Девочки.Дневник матери
Шрифт:
Очень сообразительна. Пока мы были в Ленинграде, она попросила меня показать ей, как шьют на ножной машине, и, представь себе, что то, что не давалось Лие до 16-ти лет, она освоила (движение машины) за час и самостоятельно строчила тряпочку. Также освоила вязание крючком, на что было затрачено больше времени, но и это преодолено, и она взялась вязать себе косыночку. Она очень сообразительна и настойчива в своих желаниях, очень деятельна. Она уже загорела, очень свежо и весело выглядит, ест хорошо и все, что даю. Спорит из-за молока, предпочитая простоквашу, и бегает целый день без оглядки вокруг
14 июля 46.
Саша ежедневно доводит меня до исступления одним и тем же вопросом:
— Мама, кого ты больше любишь — меня или Галю?
— Одинаково, — отвечаю я.
— Одинаково не любят, — говорит Саша.
25 июля 46.
Саша:
— Мама, дай, пожалуйста, попить!
— Сейчас…
— Мама, если ты не дашь мне пить, я улечу, как та кукушка.
Я молчу. Тогда Саша усиливает впечатление:
— Приедет папа, — говорит она, — и скажет: «Фрида, где Саша?» А ты что скажешь?
— Я скажу, что ты улетела.
— А он что скажет?
Чувствуя, что я даже предположить затрудняюсь, что скажет папа Шура, Саша спешит мне на выручку:
— Не бойся, я прилечу и преврачусь опять в маленькую хорошенькую девочку.
Саша и Сева собирают малину. Оба одновременно увидели одну и ту же ягоду и поссорились: каждый хотел ее сорвать.
Я стала стыдить их за жадность.
Через полчаса они снова встретились в малиннике, и Саша ежеминутно рапортовала мне: «Мама, я нашла ягоду и отдала ее Севе. Мама, Сева нашел две ягоды и отдал мне. Мама, я найду три ягоды и отдам ему».
Саша:
— Мама, у меня по руке ползет какой-то босикомый.
Мальчик Шура (драчун и забияка) говорит:
— Я мальчишек во дворе не боюсь. Я говорю им: «Только троньте меня, вам же хуже будет!»
Саша:
— А почему им будет хуже?
— А если они меня побьют, я пойду к их родителям и скажу: «Ваши дети меня побили!»
Саша, спокойно:
— А они скажут: «Правильно сделали».
1 августа 46.
Выдумала новую игру и очень любит ее:
— Мама, будем играть, как будто ты мне незнакомая. Спроси: «Девочка, как тебя зовут?»
— Девочка, — послушно говорю я, — как тебя зовут?
— Фаничка! — отвечает Саша.
— А фамилия твоя?
— Фамилия моя… фамилия моя… Моя фамилия — Крошкина! Я знаю ваших дочек. Вашу младшую дочку зовут Сашенька Раскина, а старшую — Галя Кулаковская. Я с ними познакомилась. Мы с ними играем… Мама, ну
Я спрашиваю, она отвечает, не забывая обращаться ко мне на «вы». Но в ответах своих не изобретательна. Всегда отвечает одно и то же. Правда, что и я задаю одни и те же вопросы.
Мальчик Шура часто обижает ее: толкнет, осыпет песком, выругается. И Саша страстно уповает на Галин приезд.
— Вот, — кричит она, — приедет моя сестричка Галочка. Она старше тебя, вы померяетесь, и ты увидишь, что она старше тебя, она большая, она не позволит тебе меня обижать, она тебя побьет. Я ей скажу, как ты меня обижал, она тебе покажет!
В последнее время часто вспоминает про Галю: «Мама, когда же приедет Галочка? Я хочу ее видеть, я по ней скучаю!»
Саша:
— Мама, ты едешь в Москву на четверг? [22]
— Да.
22
В «Комсомольской правде», где тогда работала Ф. А., устраивались так называемые «четверги» — вечера типа «Клуба интересных встреч».
Саша укоризненно:
— Но ведь папа тебе не разрешает?
— Я своего дедушку называю папа Аба, потому что дедушка Аба — это нескладно.
— Мама, ты едешь в четверг? Передай привет… Передай привет кому-нибудь! Передай кому-нибудь привет!
4 августа 46.
Саша прислушивается к моему разговору с Верой. Верочка рассказывает, как Женя поссорилась с Котей, как Котя, сказав: «Не провожайте, сам дойду», ушел. Саша слушает внимательно и когда Верочка кончает, спрашивает:
— А кот был ваш?
Ей и в голову не пришло, что Котя — это мальчик. Она решила, что это обыкновенный кот, и ничуть не удивилась, что он разговаривает. Ей только было любопытно узнать — чей он?
12 августа 46.
Саша добросовестно отчитывается перед соседями:
— Что делает папа? — спрашивают ее.
— Стоит! — отвечает она правдиво.
— Где?
— На полу.
Вчера один из гостей долго улещивал Сашу, уговаривал стать его дочкой. Чего он ей только ни обещал — и шоколад размером в метр, и тьму игрушек, и двух братцев. Но она осталась непреклонна: «Какие родители у меня родились, с тоими я и останусь».
Я уже писала об этом: не терпит в сказках ничего печального, ничего грустного. «Ну вот, — говорит она с тревогой, — теперь ты начнешь рассказывать, как старушку съели волки, или как мальчик попал под трамвай. Очень тебя прошу: не говори зло, не говори обидно, не говори плохо. Не надо, чтоб мальчик попал под трамвай».
Соня рассказывала Саше сказку:
— И говорит солнце тучам: «Уходите, тучи!..»
В Сашиной передаче это звучит так: