Девочки.Дневник матери
Шрифт:
Из-за коклюша Галя не ходит в детский сад. Ведет себя хорошо, помогает мне по хозяйству, охотно играет с Сашей, к которой по-прежнему относится с большой нежностью. Стала мягче, ровнее.
15 июля 43.
— Сашенька, покажи: зубки, животик, ножку, головку, где папина родинка, где у мамы пуговички. Как Саша плачет? Пойди, принеси — мячик, газету, рыбку, камень.
— Сашенька, ложись бай-бай! — ложится и даже закрывает глаза.
На вопрос:
Кашляя, очень мучается. Почти не спит по ночам. Днем капризничает. Одичала. Раньше была чрезвычайно общительной, охотно шла на руки к незнакомым. Теперь от меня не идет почти ни к кому. Плачет, кричит — если берут насильно.
Игрушки: кольцо, рыбка, погремушка — ее не развлекают, повертев в руках, она просто выкидывает их из кроватки. Зато охотно возится с рваным папиным носком, с ложкой, с крышкой от кастрюли. Сама не своя становится, завидев кастрюлю, чайник, ведро — в особенности помойное. Любит возиться с бумагой — рвет, жует.
20 июля 43.
Галя помогала мне стирать белье. Сама выполоскала носки, отжала и повесила. Я подошла к веревке, пощупала:
— Галя, ты плохо отжала: носки совсем мокрые — видишь, вода льется?
— Нет, я отжала хорошо, они просто вспотели — жарко ведь, а носки висят на солнышке.
29 июля 43. Все еще Ташкент.
У Саши множество выразительных горестных жестов: плача, хватает себя за голову, прикладывает руки к щекам, прикрывает руками глаза.
Стала очень капризной — добиваясь, чтоб я взяла ее на руки, рыдая, каталась по земле, дрыгала ногами и даже колотила себя по своей кудрявой голове.
Коклюш внезапно прекратился. Изредка слегка покашливает — главным образом во сне.
При виде незнакомых кидается в поисках защиты — ко мне, к Шуре, даже к Гале.
Просыпаясь ночью, первым долгом говорит: дай!
23 сентября 43.
— Как тебя зовут?
— Тятя.
Изучила вопросительную интонацию, но на все вопросы отвечает утвердительно:
— Хочешь есть, Сашенька?
— Да.
— Не хочешь есть, Сашенька?
— Да.
— Где чулочки?
— Да.
— Ты глупенькая, ты маленькая дурочка?
— Да.
Стала оправляться после болезни, повеселела, потолстела.
Обольстительно улыбается.
27 сентября 43. Ташкент (все еще…)
В гостях Саша впервые увидела кошку. Очень хотела погладить ее и очень боялась — со страхом отдергивала руку, не успев прикоснуться. Но кошка так поразила ее, что она тут же произнесла: «Кик-ка!» (киска).
На каменных львов у подъезда сказала: «Бати…» (собачки).
У
22 октября 43.
— Где папа?
— Ту-ту! [А. Б. уехал в Москву: выхлопатывать пропуска для всей семьи. — А. Р.]
Смотрит в зеркало, протягивает своему отражению яблоко и дружелюбно говорит: «На…»
2 декабря 1943 года вернулись из эвакуации в Москву.
В квартире собачий холод. Галя тут же простудилась, ее приютили друзья. А Саша, несмотря на свое узбекское происхождение, холод переносит очень бодро и даже научилась согревать ручки своим дыханием.
Дедушку называет «дядя» и «Аба». Говорит «огонь», «мать». По остроумному замечанию Володи Дыховичного, может командовать батареей: «Огонь!» А когда снарядов не хватает: «Мать!»
Отличается невероятным аппетитом. Зубов — 12.
Очень обидчива.
6 февраля 44.
Саше 1 год 9 месяцев.
Саша произносит фразы в три и четыре слова:
— Папа, дай папинчики, папа!
(Папинчик — синоним всего вкусного и сладкого. Произошло от «печеньица».)
Бывают предложения вопросительные:
— Где ани, мама? (Ани — валенки.)
Бывают и отрицательные:
— Не бай, мама! (Это обыкновенно кричится дурным голосом — не хочу спать.)
По примеру Гали называет бабушку «мама Шоня». К Шуре иногда обращается так: «папа-Шуля».
Умеет говорить «дура». («Дуля».)
Все понимает, обижается на окрики, плачет. Няню свою, семидесятилетнюю Елену Васильевну, не очень жалует.
Няня очень культурная и многоречивая.
Няня говорит так:
— Я слишком долго бравировала своим здоровьем. Катаральное состояние моего желудка не позволяет мне употреблять в пищу мяса. Но масла и молока вашего есть не стану — нет, нет. Я человек глубоко порядочный.
В разговоре с Шурой называет Софью Борисовну «Ваша belle-m`ere».
К евреям относится благосклонно, считает, что они «гуманнее русских».
Галя ходит в детский сад. Ею довольны там. Говорят, что она рассказывает детям сказки, а они подолгу и охотно ее слушают. Ходим мы домой из сада вместе с Галиным ровесником Вовой. Перед тем как выйти на улицу, Галя завязывает Вове шарф вокруг шеи, заботливо поднимает воротник, а затем берет за руку. В таком составе мы шествуем до нашего дома — Вова живет тут же.