Девон: Пробуждение
Шрифт:
Хаунд достал из кармана каменную пташку и показал его Грифу. Тот удивленно моргнул.
— Откуда?
— Сувенир из рощи Олании. Оно?
— Да… — Он немного помолчал, разглядывая статуэтку, а затем тихо спросил. — Во, что этот ребенок ввязался и во скольких же интригах он увяз?
— Ну не зря же Совет беспокоится, не является ли он ходячим Бедствием.
Фыркнул Борзай.
— А не является ли и это еще одной интригой? — Задумчиво протянул Хаунд.
Двое уставились на него, пытаясь понять,
— На что ты намекаешь?
— «Прекрасная Леди» использовала дитя штормов как ездовую зверушку. — Хаунд указал глазами на следы «догонялок» вокруг них. — Отрицать его присутствия мы не можем.
— Драконы подчиняются матриарху и Нуаир ни за что не отдала бы кому попало одного из своих слуг.
«Разве ты не одолжила ей одного из своих слуг?»
«Одолжила. Если оба убьются, не жалко.»
"…"
— А это значит, что уже как минимум двое в Совете «предположительно» причастны к этому делу. И действуют наперекор распоряжениям этого самого Совета.
— Но погоди капитан, ты всерьез подозреваешь Иных в какой-то закулисной игре?
— Я верю только в то, что вижу.
— Неприятно признавать, но кэп прав. — Развел руками Борзай. — Это очень мутная история и яснее не становиться.
— Какие мы можем сделать выводы?
— Наемники работали на «Прекрасную Леди». Хозяин постоялого двора Роах и Бриар на Нория ван Астру. И те и те хотели добраться до Эвана. Однако в роще Олании вмешалась третья сила…
— И говоря о ней… Вы словно забываете об еще одном действующем лице этого спектакля.
— Ты про неизвестную спутницу Эвана ван Астры?
— Таинственный персонаж, чье имя никто не запомнил, а в показаниях внешности расходятся. Разве что глаза у нее синие, а еще Эван называл ее наставницей.
— Еще одна выжившая при инциденте в роще Олании? Или неизвестная тварь с Изнанки?
— Если она и правда то, что вылезло из рощи Олании, то непременно бы наследила. Женщина ходила по дому, но в самом доме, нет ни одного явного проявления Изнанки, домовые все еще в доме, а защитные амулеты висят на своих местах.
— Может прибралась за собой?
— Не говори ерунды. С каких пор их беспокоят такие мелочи?
— Тоже, верно.
Борзай раздраженно всплеснул руками:
— А ведь такая хорошая теория — была! Значит, исключаем тварь с изнанки? О! Тогда у нас остается еще один вариант. Как думаешь Хаунд она, может быть, одной из них? — Поймав их удивление взгляды Борзай уточнил. — Иная! Разве не самое подходящее для еще одной объявиться?
Гриф
«— Что-то мне подсказывает, что Совету такая новость понравится еще меньше, чем пробуждение Великого бедствия…»
— Угу.
— ?
Между гончими повисла тяжелая пауза.
Гриф обратился к Хаунду:
— Ты решил, что доложишь Совету? Когда в деле замешаны политика и теневые игры…
Их прервал окрик разведчика.
— Капитан пришла черная птица Великий магистр Альбин и Совет Иных требуют отчет!
Хаунд задумался, а затем обернувшись к разведчику спокойно сказал.
— Доложи, что мы напали на след.
— А разве этого будет достаточно?
— Здесь нужно более тщательное расследование, на которое у нас нет времени. Наша первостепенная задача найти Эвана ван Астру. Ответы мы получим непосредственно от главного действующего лица этого спектакля.
— Думаю… ты прав.
— Мы нагоним их раньше, чем они достигнут перевала.
— Что до «контрабандистов»…
— Ха! Ты правда думаешь, что они будут помехой?!
Однако прежде, чем Борзай успел разразиться бахвальством. Хаунд его прервал.
— У Алабая должна быть веская причина, чтобы стягивать к перевалу так много людей и делать это именно сейчас, когда приближается зима.
— Разве дело не в обычной перестраховке?
— Нет, не думаю. Там что-то более серьёзное. — Взгляд Хаунда зацепился за высокие верхушки далеких гор. Внутри скребло неприятно предчувствие. — Я принял решение. Скажи Пастухам, что мы отправимся в горы вместе с ними.
Интерлюдия «Послевкусие мести»
Тряпичная Энни шла по холму, а ее сплетенные из ниток косы трепетали на ветру. Одна из лент развязалась и бриз, подхватив ее, унес вдаль, но Энни не обратила на это внимания.
Перед ее глазами все еще были картины прошлого и того момента, когда псоглавцы уводили ее отчима после оглашения приговора.
Их взгляды встретились, и он печально ей улыбнулся.
— Ты теперь здесь хозяйка, поздравляю. Постоялый двор вернулся к тебе.
Псоглавец нахмурился, но позволил им продолжить разговор.
— Вернулся ли?
Энни показала отчиму старый кожаный блокнот.
— Все, что тут написано… Это правда?
Его глаза на миг зажились, а затем окончательно потухли. Он устало вздохнул.
— Да, но теперь все долги погашены. Мы…Вы свободны.
— Что насчет тех людей?
— Они заблудились … в лесу. И никогда больше никого не побеспокоят.
— …
Между ними повисла тишина.
— Ты позаботишься о Лили?
— Она моя младшая сестра. Я обещала маме заботиться о ней, что бы ни случилось.