Девон: Пробуждение

Tom Arrow

«Око! Оно плачет … тьмой.»

— Бедствие по наши головы. — Только и сумел прошептать Джон, — Кара, за наши грехи!

И стоило ему только произнести эти слова, как черная субстанция пришла в движение и рванулась своими щупальцами, к живому теплу, к Джону.

Тот испуганно вскрикнул, попятившись назад, изображая в воздухе давно забытый охранительный жест.

— Да, защитит нас золотой… — договорить слова заговора он не успел, под его пяткой оказался выбившийся кусок ковра, другой ногой он наступил

на кусочек угля, поскользнулся и потеряв равновесие кубарем полетел с лестницы четвертого этажа на первый.

Буря заглушила долгий грохот.

Как и последовавший за ним тихий, болезненный стон.

* * *

Их поглотила, тьма…

— А, что-то ползет по моей руке!

— Ауч, больно! Это моя рука — придурок!

— Ты это видел? Что это за жуть была?!

— Я ничего не вижу! Я что ослеп?

— Да включите вы уже свет!!!

Заорал толстяк Бор. Паника стучала адреналином в его ушах.

«Что это было? Что это было там, на кровати?! Что за чертовщина!»

Шорох и яркая вспышка от спички осветила три мертвецки бледных, испуганных лица. Кое-как им удалось поднять и снова зажечь лампу освещая … мансарду?

Ее стены, потолок, окно и мебели или … нет, погодите!

Очертания комнаты вдруг поплыли. Нет, не так они осыпались. Так осыпается песчаный замок под натиском волн. Очертания комнаты исчезли так словно их никогда и не существовало. Окно и стоявшие, на подоконниках в разбитой посуде цветы. Кровати и те тени, что спали на них. Все исчезло.

И только тогда прижавшиеся к друг другу юноши заметили нечто важное.

— Вы слышите?

Они слишком поздно поняли, что было не так с самого начала.

Звуков шторма не было.

Света в окне не было.

Ничего не было.

На мгновение лампа мигнула и погасла, а когда загорелась вновь, их окружение изменилось. Пускай не сразу, но они узнали его.

Широкий зал и уходящие в потолок полки с корзинами и банками.

— Погреб?! Как мы могли оказаться в погребе?!

— Это ведь должен быть чердак. Мансарда!

— Быстрее, я знаю где выход!

Бор машинально взял одну из банок и попытался ее открыть, по привычке заедая стресс едой.

— Нет. — Клод попытался отнять у него банку, но было слишком поздно. — Толстяк и сам уже увидел, что вместо соленьев в ней плавали глазные яблоки, которые сразу уставились на него.

Взвизгнув, он выронил банку. На их счастье, она не разбилась, а лишь укатилась в дальнюю часть погреба.

— Вы разве не видите это место неправильное, искаженное! Ничего не трогайте.

И правда, полки были невообразимо высокими и уходили ввысь как деревья. То, что покоилось на них. В банках, в тарах и корзинах. После инцидента с глазами

они решили не рассматривать.

— Где мы? Что происходит?!

— Ушедшие боги… Мы на ИЗНАНКЕ.

— Око ночи! Нужно было послушать Джона.

— Мама. Мамочка. Это проклятие!

— Не проклятие. Бедствие.

— Да заткнитесь вы или нет?!

Растущая паника в их голосах все возрастала.

Тут свет лампы снова погас, и они остались в темноте и тишине.

Которую нарушил далекий шум.

Тук — Тук. Бам — Бам.

— Что, что это?

Тук — Тук. Бам. Бам. Бам.

Звук нарастал, становился ближе.

Свет в лампе мигнул и вновь разгорелся.

И только тогда они заметили его.

Самое реальное, что было в этом месте. То, что последовало за ними с мансарды в искаженный погреб. Огромный дубовый шкаф. С причудливыми узорами, на дверцах.

Старинный шкаф, принадлежащий предкам Энни и Лили.

Но именно его вид напугал их больше, чем все пережитое ранее.

Хотя, казалось бы, это ведь простой шкаф, в котором хранят забытую одежду. Выстиранную и выглаженную. Без пуговиц, украшений и с обчищенными карманами.

Что в этом может быть страшного?

Ведь вся эта одежда просто была оставлена их бывшим постояльцам?

НЕТ.

Внутри этого шкафа хранились вещи, принадлежавшие их жертвам за последние пять лет.

ТУК. ТУК. ТУК. БАМ. БАМ. БАМ.

Стук и грохот из шкафа повторился.

Громче.

Настойчивее.

Что-то было внутри.

И когда парням казалось, что их ужас не может быть еще больше, еще сильнее.

Дверца с тихим скрипом отворилась.

Троица затаила дыхание.

…

..

.

Ничего не происходило.

Все резко стихло.

Нервный смешок покинул жабий рот Бора. Клод и Плут нервно рассмеялись в ответ, переглядываясь между собой.

И тут раздалось хихиканье.

Домовые.

Они копошились на полках, как зрители в ожидании представления. Их были десятки, сотни. Мерцали во тьме их серебряные глаза. Они сновали то тут, то там потешаясь над напуганной троицей.

Взбешенный Бор бросил в них дубинку.

— На что пялитесь паразиты?! Больно уж вам весело я погля…

Договорить, он не успел. Он, как и его товарищи, упал поваленный разбившимся на мелкие щепки дверцами шкафа. Огромная лапа показалась из зияющей тьмы шкафа и, сорвав остатки дверей с петель, скребя когтями по полу, высекая синие искры. Огромный светящийся глаз смотрел на них из черной дыры шкафа. Оглушительный рык и скрежет. Нечто вытаскивало себя наружу с грохотом и треском, как трещат вековые деревья.