Девственница
Шрифт:
— Где он сейчас?
Она качает головой.
— Не важно.
— Расскажи мне о моем отце, мама. Пожалуйста. — Умоляя прошу ее.
— Когда ты вырастешь, я тебе расскажу.
Я с отчаяньем качаю головой.
— Почему Мэри Мэйвезер знает о моем отце больше, чем я? Если ты не скажешь мне, я не смогу противостоять вранью Джонни Меттесона, как и другим мальчишкам.
Она долго молчит, а потом кивает.
— Пойдем, — и ведет меня в свою комнату. Мамина комната пропахла застарелым потом и спиртным. Она садится на кровать и
— Это твой отец.
Я забираю и внимательно смотрю на фото. Я не могу поверить, что молодая смеющаяся девушка, наполненная жизнью, моя мама. Узнать ее сейчас невозможно. Я вглядываюсь в мужчину, в его лицо. Я похож на него, у него, как и у меня прямые темные волосы и яркие голубые глаза.
— Он знает обо мне?
— Он знал, что я беременна.
— Где он сейчас? — вздыхаю я, голос немного дрожит. Всю свою жизнь я думал о своем отце. Моя мать никогда не говорила о нем. Каждый раз, когда я спрашивал, она начинала плакать, поэтому я перестал спрашивать, хотя вопросы никуда не делись.
Она грустно улыбается.
— Он живет в Чертси.
— Мы можем поехать и увидеться с ним?
Слезы начинают катиться у нее из глаз.
— Нет.
Я беру ее за руку. Моя рука почти стала такая же большая, как ее.
— Не плачь, мама. Пожалуйста, не плачь. — Я не могу видеть ее слезы, но я хочу узнать о своем отце все. Мне хочется, чтобы мой отец пришел и помог нам. Я хочу, чтобы он настоял, чтобы моя мама прекратила пить. Я хочу, чтобы она снова стала счастливой и похожа на ту девушку с фотографии. — Он не хочет нас видеть?
Она отрицательно качает головой.
— Тогда почему? — шепотом спрашиваю я.
— Потому что... — ее голос дрожит, — потому что... у него есть другая семья.
У меня глаза тут же расширяются от удивления.
— Другая семья? — словно эхом повторяю я.
— Да, у него жена и дети, — рыдает она.
— Дети? У него есть еще дети.
— Да. — Она закрывает глаза и пытается успокоиться.
— Сколько?
— Три мальчика и девочка.
— Значит у меня есть три сводных брата и сестра.
— Да, — признается она.
— Они знают обо мне?
Она тут же отрицательно энергично трясет головой.
— Нет. Никто ничего о нас не знает. И ты должен мне пообещать, что никому не расскажешь.
— Как его зовут?
— Это не столь важно.
— Скажи мне. Я должен знать. У меня есть право знать, мама.
— Какая разница?
— Я хочу знать. Я заслуживаю узнать имя своего отца.
Она прикусывает губу.
— Пожалуйста, мам. Я никому не скажу.
Она колеблется пару минут.
— Я обещаю, что никогда никому не скажу.
— Ты не должен никому об этом рассказывать, — всхлипывает она.
—
— Твоего отца зовут Патрик Иден.
(Через Неделю)
— А зачем тебе дом Патрика Идена? — рычит на меня мужчина, сверля с подозрением своими черными глазами.
Я открыто смотрю на него.
— Я друг его сына.
Он прищуривается.
— Какого сына?
— Джейка. Джейка Идена.
— Его дом с голубой дверью и занавесками. — Он указывает грязным пальцем на дорогу.
— Спасибо, мистер, — говорю я и отправляюсь в путь. Дом стоит напротив поля и леса. Здесь же находится крытая цыганская кибитка. Я иду мимо дома и деревьев. Идет дождь. Я прохожусь по мокрой траве поля и ложусь на живот в дупло у земли. Запах мокрой земли наполняет мои ноздри. Запах листьев, свежий и хороший. Здесь так хорошо. Не как в Килберн, где пахнет выхлопными газами от машин, смогом и каким-то отчаянием. Трава холодит голые ноги.
Лежа на животе, я жду.
Солнце выходит, и голубая дверь дома открывается, выбегает маленькая девочка. Моя сестра! На ней желтое платье. Она стоит у ворот и с нетерпением прыгает вверх и вниз. Из дома я слышу крик женщины.
— Шейн, иди на улицу и последи за сестрой.
Появляется мальчик с темными волосами, открывает деревянные ворота, и девочка тут же выбегает на улицу. Она держит воздушного змея. Мальчик выше меня. Я смотрю, как они управляют воздушным змеем. Потом появляется еще один мальчик постарше. У меня даже не возникает сомнений, что он мой брат. Он очень похож на меня. На самом деле, он выглядит один в один как я, только старше.
— Джейк! — кричит девочка. — Посмотри на меня. Посмотри, как высоко я могу запускать воздушного змея.
Он смеется и идет к ним. На пороге дома появляется еще один мальчик, младше Джека, но явно старше Шейна и девочки.
— Дом, иди ко мне, — с восторгом кричит девочка.
Старший из всех разворачивается, поджидая Дома. Пока я разглядываю сводных братьев и сестру с очарованным удивлением, подъезжает машина, и у меня перехватывает дыхание. Выходит высокий мужчина. Моментально девочка выпускает своего змея, он улетает в облака, а она бежит к мужчине с протянутыми руками и кричит:
— Папа.
Это мой отец!
Я вижу, как он подхватывает ее на руки и начинает кружить, она визжит и смеется. Потом вся семья собирается вокруг отца, моего отца. Я наблюдаю, как он открывает багажник и вытаскивает подарки. Я даже слышу их возбужденные голоса. Я вижу женщину, которая выходит из дома, как она гордо улыбается своей счастливой семье.
Я ощущаю такую жуткую ненависть к ней. А как же моя мама?
Горячие слезы скатываются у меня по щеке. Проходит много времени, когда они наконец заходят в дом и закрывают дверь. Я лежу на холодной, влажной земле. Это несправедливо. У них есть все, а у нас с мамой ничего нет.