Девственницы Вивальди
Шрифт:
Доктор Франческо Фанна, директор вышеупомянутого института, являл бесконечную любезность и великодушие, снабжая меня фотокопиями редких публикаций по теме и позволяя пользоваться своей электронной почтой для общения с редактором, пока я наконец не освоилась в Венеции настолько, что смогла это делать самостоятельно. Он благосклонно
Не меньшую помощь оказал мне и исследователь жизни и творчества Вивальди Джузеппе Эллеро, возвратив меня на верный путь, когда я чуть было не погналась за весьма интригующими фактами, найденными в Интернете и касающимися совершенно другой (как оказалось) Анны Марии из Пьеты.
Эта книга, пожалуй, не состоялась бы, если бы не возможность приобщиться к обширной эрудиции тех, кто изучал и описывал Венецию восемнадцатого века. Таков Майкл Толбот — профессор музыки Ливерпульского университета и действительный член Британской академии, высший авторитет в вопросах жизни и творчества Вивальди. Я также благодарна Филиппу Монье с его основательно подзабытым историческим экскурсом, изобилующим самыми пикантными подробностями. Что же касается трудов ныне покойной Джейн Л. Бальдоф-Берде и «Биографических заметок» Мики Уайт относительно «дочерей хора», то я постоянно держала их под рукой, сочиняя этот роман.
Преподаватель Калифорнийского университета Лора Маккрири обеспечила доступ к фондам их великолепной библиотеки, что позволило мне целый год без помех работать с редчайшими сборниками исследований. Итальянская журналистка Катерина Беллони исправляла мои бесконечные грамматические и орфографические ошибки и не уставала всячески подбадривать меня. Профессиональные знания виолончелистки Вивиан Уоркентин подсказали мне ряд «изюминок», до которых я сама ни за что бы не додумалась. Лютнист и afficionado 98
98
Поклонник, любитель (ит.).
Я также признательна продюсеру и писателю Рону Левинсону: его энтузиазм и вера в мои силы поддерживали меня, когда я еще только задумывала этот опус. Седрик Шэклтон взял на себя организацию моей поездки в Венецию, где я и начала писать историю, которая не давала мне покоя последний десяток лет.
Мой агент Фелисия Эт сразу же оценила мой замысел и пестовала его вместе со мной, помогая полусотне страниц вырасти в полновесный роман. Она же отыскала для него подходящего редактора и издателя в лице Гейла Уинстона из «Харпер Коллинз», сочетающего в себе высочайший профессионализм и литературное чутье.
Джон Квик, которому я также благодарна по очень многим причинам, изъявлял неизменную готовность оборонять форт во время моих отъездов. И под конец, ничуть не умаляя этим значимость благодетеля, я говорю спасибо нашему сыну Джулиану, свету жизни моей, который помогал мне вспомнить, как выглядит мир на полпути от детства к зрелости — в отрочестве.