Девушка из грез

Гаврилова Анна Сергеевна

– И о чем же вы печалитесь, госпожа Соули? – Рэйс пошел в атаку раньше, чем успела рот раскрыть. Вопрос прозвучал учтиво, почти невинно, но я не обольщалась.

– Гроза, господин Рэйс. Гроза… – А ведь почти правду сказала.

Усмехнулся. Сделал большой глоток из бокала и вновь уставился на меня. Улыбка, как ни странно, была приятной и, кажется, искренней.

Несколько минут взаимного молчания, и я все-таки сумела взять себя в руки, отбросить воспоминания о беспрецедентной

наглости и спросить:

– Надолго в Вайлес?

– Нет. Уеду сразу же, как закончу дела.

Очень хотелось поинтересоваться: а куда уедете? Но я не решилась. Уточнять статус гостя тоже боязно было – мало ли! Дарайхарки очень ценны и очень дороги, а те, для кого их растим, невероятно богаты. Ну а в том, что у богачей даже слуги с причудами, любой знает. Задашь вот такому господину Рэйсу «не тот» вопрос, и все, прощай сделка.

Гостиная опять потонула в молчании. В этот раз тишину нарушил не голос – стук каблучков. Фиска принесла чай. Она же передвинула столик так, чтобы и я, и господин Рэйс могли спокойно дотянуться до закусок.

– Может, пирожных подать? – уточнила прислужница.

Я отрицательно качнула головой, с благодарностью приняла чашку. Увы, сделать больше одного глотка мне не удалось…

– А альбомы с фотографическими карточками у вас есть? – поинтересовался седовласый.

– Конечно. – Я едва удержалась, чтобы не стукнуть себя по лбу. Как сама не додумалась?! Отец совсем недавно эти альбомы сделал, все уши прожужжал, что теперь, прежде чем отправляться на конюшни, будет демонстрировать карточки.

Увы, Фиска уже ушла, поэтому пришлось топать в кабинет отца самолично. Гость меня извинил и, кажется, тоже испытал облегчение. Все-таки взаимное молчание – штука крайне неприятная. Зато когда я вернулась и протянула увесистый альбом – просиял, отставил бокал и занялся разглядыванием фотокарточек.

Я же с чувством выполненного долга вернулась на место и ухватила чашку.

– Очень красивые лошади, – протянул господин Рэйс.

Улыбнулась уголком рта и мысленно взмолилась Богине, чтобы альбома хватило надолго. Сделала глоток чая, потом еще один, третий… и лишь на четвертом заметила странный привкус.

– Что-то не так? – не отрываясь от карточек, осведомился гость.

– Не так, – ответила я и едва не опрокинула чашку. О Богиня! Я же совсем не это сказать хотела!

Меня смерили пристальным взглядом. А потом назвавшийся Рэйсом громко захлопнул альбом и спросил:

– Так что же вас печалит, госпожа Соули?

– Гроза, – уверенно повторила я.

– А если подумать?

– О Богиня… Если подумать, меня печалит Линар, Райлен, сестры. Неуместная отлучка родителей, поведение слуг и вы, господин Рэйс.

–

Я? – искренне изумился гость.

– Ну да. Мы едва знакомы, а вы смеете распоряжаться в нашем доме и вообще… ведете себя так, словно я вам задолжала.

Брови собеседника вползли на середину лба, а я почему-то добавила:

– Шестьсот тысяч золотых, не меньше.

– Что? – тихо переспросил он.

– Что слышали.

Седовласый откинулся на спинку кресла, смерил очень пристальным взглядом.

– Рассказывай, – строго велел он.

– О чем? – парировала я, вернула чашку на столик.

Это действие сопровождалось все тем же невероятно пристальным взглядом, а едва я потянулась за кусочком сыра, господин Рэйс шумно вздохнул и сказал:

– О Всевышний! Неужели не действует?

– Что не действует? – борясь со странной апатией, переспросила я.

Гость замолк, но ненадолго.

– Госпожа Соули, вы упомянули долг. Почему именно шестьсот тысяч?

– Это сумма, которую Райлен заплатил за назначение в Вайлес, – зачем-то призналась я.

Рэйс подавился. Чем не знаю, но закашлялся знатно.

– Даже так?! – ошарашенно воскликнул он.

Я же лишь плечами пожала.

– Ну Рай, ну поганец… – протянул беловолосый. Не злобно, а как-то… гордо, что ли. И тут же пристал опять: – Госпожа Соули, а что еще вам известно о Райлене?

– Много чего.

Седовласый задумался на мгновение.

– А сыворотку правды вы когда-нибудь пробовали? – вкрадчиво поинтересовался он.

– Нет. Но визит в пятый мир показал, что некоторые зелья на меня не действуют. Вернее, действуют не так, как нужно.

Господин Рэйс едва из кресла не выпал.

– Та-ак… – протянул он. – А почему? Откуда такой эффект?

– Думаю, это из-за оборотня.

– Какого оборотня? – не отставал седовласый.

– Ну того… того оборотня, который деда покусал. Райлен говорит, в моей крови оборотнической заразы нет, но сами оборотни… В общем, они, когда меня увидели, решили во что бы то ни стало у себя оставить. Даже жениха нашли.

– Какого еще жениха?!

Я лукавить не стала. Сама не знаю почему.

– Красноглазого.

Гость вновь откинулся на спинку кресла, а его глаза… они вспыхнули не хуже магических фонариков. По губам растеклась улыбка.

– Та-ак… А почему именно красноглазый?

– Понятия не имею, – все так же честно ответила я. А потом попыталась встать, потому что было во всем происходящем нечто неправильное. Вот только ноги повиноваться отказывались, пришлось вновь упасть в кресло и выслушать следующий вопрос:

– Зачем вы ходили в пятый мир, госпожа Соули?