Девушка-лиса
Шрифт:
«Тьфу ты, не сошёлся же свет клином на этих иностранцах, чёрт их раздери!» — Невесёлые мысли разозлили его.
— А ну, ребята, бегом марш. Быстрее, быстрее, вы чё, прогуливаться сюда пришли? Не стройте из себя жеманных принцесс, мужики вы или нет?! — заорал преподобный Сян Цзун, увидев, что ребята воспользовались его задумчивостью и снизили темп (ничего, если мы лис-игроков будем звать ребятами? Ведь кто же они, как не ребята? Больше того, Сян Цзун не раз говорил, что его игроки сущие дети — их надо разбудить, накормить и натренировать. Да и сами лисы были согласны с тем, что тренер
Вообще, этот маленький толстяк с отвисшим брюхом и короткими ногами был очень строгим тренером. Он требовал от своих подопечных высокой самодисциплины, соблюдения режима (главное — не объедаться цыплятами на ночь), умения не терять чувство локтя и, наконец, беспрекословного следования указаниям тренера.
Хэшан целый день наравне с остальными своими товарищами по несчастью занимался по полной программе, поэтому с непривычки быстро выдохся, с бедняги пот катился градом, на лице было такое тоскливое выражение, словно он буквально сегодня похоронил всех своих ближайших родственников, которых у него и не было, но продолжал упорно тренироваться. Ведь Сян Цзун, после того как позволил Хэшану заниматься с ними, сделал оговорку:
— Только запомни, у нас команда, я не потерплю, чтобы мои ребята, глядя на твои индивидуальные занятия: «хочу — буду, хочу — не буду», распустились. Поэтому станешь заниматься под моим началом вместе со всеми. А я не посмотрю, что ты изнеженный красавчик, у меня тут все работают как волы тягловые. А не хочешь — тебя тут никто не держит.
Хэшана злил такой диктат тренера, но, закусив губу, он сдержал себя. Уйти — означало показать себя слабаком. Просто он не привык к авторитетам (кроме духовного своего наставника Конфуция. Но Конфуций не мог в любой момент припечатать тебе пару крепких словечек или лишить обеда за нерадивость, а такое здесь было в порядке вещей — очень скоро Хэшан почувствовал это на своей шкуре).
Как-то ребята отдыхали после очередной изнурительной тренировки. Они развалились на траве — кто просто сидел, кто-то лежал, кто-то играл в кости, кто-то зашивал залатанную форму (бюджет команды был слишком мал, чтобы покупать новую). У «Крыльев» она представляла собой широкий красный пояс по талии. Он очень подходил по цвету к их ярко-рыжему меху. У других лисьих команд, которые играли в образе людей, соответственно были рубашки с короткими рукавами и спортивные трусы — всё это клубных цветов.
— Говорят, ты женишься на Сяо, — произнёс Да Чен. Это был талантливый парень, но почему-то попавший у тренера в немилость. — Она у нас первая красавица, повезло тебе.
— Я знаю, — ответил Хэшан, с подозрением глянув на Да Чена, и, поразмыслив, поинтересовался: — Слушай, а что вы всё никак в лидеры не выйдете? Команд-то всего восемь. Не думаю, что на самом деле вы из худших. Пьёте умеренно (Хэшан уже пару раз совершал с новыми товарищами рейды в трактир), тренируетесь по новейшим методикам. Преподобный Сян Цзун — неплохой специалист (хотя и злобный старикашка). Упорство в вас есть — не каждому под силу ежедневно утром и вечером пробегать
Он окинул взором эту самую базу — маленькую полянку, через которую воробей пролетал за полторы секунды, при этом успев сделать свои дела, то есть удобрить газон.
Слушая такие речи, его товарищи притихли и задумались. Глубоко мыслить они не могли — что поделаешь, ребят с детства учили только гонять мяч и пинать по ногам соперника незаметно от судьи. Но всё же, пораскинув мозгами, Да Чен, кажется, начал понимать.
— Ты хочешь сказать, что мы можем…
— Вот именно! — обрадовался такой сообразительности Хэшан. — Вам только не хватает духу. Вы не верите в свои силы. Тренер считает вас олухами и бездарями, не забывая повторять это каждый день. Вот вы и поверили в это, потому что слишком уважаете старого маразматика. — Но, спохватившись, что нельзя ронять авторитет тренера, он добавил: — Нет, наш преподобный — классный парень. Что поделаешь, если он рычит, зато умеет держать команду.
— Всё это мы знаем, — проворчал Тин Чен, молодой длинный игрок с худыми лапами. Он почесал за ухом и добавил: — Значит, ты говоришь — стоит только поверить в себя?
— Да! Только это, и мы возьмём Кубок!
— Не больно ли легко всё получается, по твоим словам? — спросил опытный лис с длинными усами, судя по всему, ветеран клуба.
— Всё зависит только от нас, ребята, — возразил Хэшан и торжественно заявил: — Я тоже решил с вами сыграть. Если вы не против, конечно, и тренер согласится.
— Тебе давно лапы не ломали? Думай, куда лезешь. Не так это легко — играть в мяч, как тебе представляется, — немного заносчиво сказал Да Чен. — Вон, посмотри на Цзо Дуна — тридцать лун назад ему ущемили правый окорок, а он до сих пор хромает, бедняга.
Тот с готовностью продемонстрировал повреждённую лапу. Парень гордился боевой травмой и по десять раз на дню показывал всем ребятам, так что уже в кишках у них сидел со своим «окороком».
Но Хэшан уже всё обдумал:
— Ничего, главное, что мы одна команда. Конфуций говорил: «В единстве помыслов и гармонии тела — победа над всеми силами Вселенной». И мы сделаем всех остальных и завоюем Кубок уже в этом сезоне.
Счастливое улюлюканье в поддержку его слов было прервано грозным окриком тренера, идущего к ним:
— Я вижу, вы уже слишком отдохнувшие. Сейчас мы это исправим. Поднимаемся. Живо! Живо! В распорядке дня у нас отжимание на передних лапах с отскоками от земли.
Хэшан вздохнул и присоединился к ребятам, которые уже резво выполняли задание.
Вы пробовали когда-нибудь отжиматься на руках, при том что ноги должны быть в воздухе, да ещё прискакивая при каждом отжиме? Вот и Хэшан не пробовал до этого дня. Не знаю, как такими акробатическими навыками овладели лисы, но они делали это упражнение почти свободно. С таким тренером и не то освоишь. Он ходил мимо парней туда-сюда, зорким оком следя, чтобы никто даже не пытался сделать хоть минутную передышку. В общем, после тренировок ребята были никакие.
— Дочка, ты думаешь, он выиграет Кубок? — вопрошал занятую починкой крыльца девушку отец.