Девушка с тюльпанами
Шрифт:
– Он не появляется здесь просто так, только когда ему что-нибудь нужно, – зло закончил Крид.
– Это ложь! – воскликнула Майя, а ее темные глаза еще больше потемнели от негодования.
Крид вскочил на ноги.
– Майя, он использует тебя, разве ты этого не видишь? Ты ему не нужна, его интересуют лишь деньги нашей семьи. Он уже…
– Крид! – крикнула Элиза. – Прекрати нести чушь, сейчас же!
Майя покраснела, и ее глаза наполнились слезами.
– Заткнись, Крид, – приказала она. –
Нэш подошел к ним ближе и тихо, но твердо произнес:
– Успокойтесь. Оба. Крид, ты переходишь все допустимые границы!
Патриция тоже встала и медленно сказала, обращаясь непосредственно к Криду:
– Ты расстроил Майю. Зачем?
– Ей нужна встряска, Патриция. Майя должна, наконец, открыть глаза и увидеть, что творит ее дружок.
– Хватит! – воскликнула Майя. – Не желаю ничего слушать. Мама, прости, но… я не могу остаться. – Слезы хлынули из ее глаз, и Майя выбежала из гостиной.
Элиза отбросила салфетку и укоризненно посмотрела на Крида.
– Ну что, теперь ты доволен? – Элиза подошла к Патриции и ласково прошептала ей на ухо: – Я догоню ее и успокою, не волнуйся.
Патриция благодарно сжала руку Элизы и проводила свою падчерицу теплым взглядом. Потом холодно посмотрела на Крида и произнесла, обращаясь к мужу:
– Это уж слишком. Я поднимусь в свою комнату. Прошу извинить меня.
Нэш подождал, пока Патриция скроется из виду, а потом налетел на сына:
– Что с тобой происходит? Почему ты так отвратительно себя ведешь?
Риз почувствовал себя неуютно, поэтому поспешно встал.
– Это дела семейные, – пояснил он. – Не буду вам мешать, спасибо за чудесный ужин. Пожалуйста, передайте Элизе, что я буду ждать ее на улице.
Нэш проводил его до двери, извиняясь и приглашая заходить.
Риз обещал подумать, попрощался с хозяином дома и вышел. Мысленно он благодарил Бога за то, что не родился в большой семье.
Элиза вышла на улицу, подставив разгоряченное лицо под порыв холодного ветра. Она только что успокоила Майю и уговорила ее провести немного времени с Патрицией. Оставалось лишь гадать, что происходит с ее мачехой, но, как бы там ни было, Майя всегда благотворно действовала на мать.
Риз стоял спиной к ней, облокотившись на машину. Она подошла к нему и тихо произнесла:
– Ну, вот ты и познакомился с моей семьей.
– У вас все время так?
– Нет, что ты, – постаралась разуверить его Элиза. – Конечно, у нас случаются стычки, как сегодня, ведь каждый человек – индивидуальность, со своими достоинствами и недостатками. У каждого свой характер, и иногда кто-нибудь может вспылить. Но поверь, мы любим друг друга, даже если не показываем этого.
Риз неопределенно кивнул. По правде
Элиза поежилась и обхватила плечи руками. В этом году март оказался на удивление холодным. Риз заметил это и, не спрашивая разрешения, набросил ей на плечи свою куртку. Запах его тела и знакомого парфюма обволакивал теплой волной, кружил голову.
– Что ты здесь делаешь? – устало поинтересовалась Элиза.
– Кроме того, что ужинаю с моей… женой? – усмехнулся Риз.
– Тсс, – встрепенулась Элиза. – Говори тише.
– Никто нас не услышит. А если бы ты не скрывала свое семейное положение, сейчас тебе не пришлось бы трястись от каждого шороха и гадать, открою ли я твой маленький секрет. Твои родные слишком поглощены своими проблемами. Они нормально восприняли бы это известие.
Элиза хотела опровергнуть его слова, но не стала. Она совсем запуталась. И дело уже не в том, боится она или нет рассказать обо всем своей семье. Дело в том, хочет ли она представить им Риза как своего мужа?
– И все же, зачем ты пришел сегодня? – повторила она свой вопрос.
Риз засунул руки в карман и прислонился спиной к машине. Его взор устремился в ночное небо, освещаемое миллиардами звезд.
– В прошлом месяце умер мой отец, – начал он.
– Риз, мне так жаль! Он был удивительным человеком и хорошо ко мне относился, – растерянно пробормотала Элиза.
Риз слабо улыбнулся.
– Он не просто хорошо относился к тебе, он любил тебя как дочь. Но дело не в этом. Перед смертью он взял с меня обещание, что я… налажу свою личную жизнь. Вот поэтому я и здесь.
– И как ты собираешься ее налаживать? – поинтересовалась Элиза, все еще шокированная новостью о смерти Паркера-старшего.
Риз наклонил голову и пристально посмотрел в глаза Элизе.
– Есть только один способ – развестись с тобой. Я все подготовил, бумаги у меня в номере.
Элиза удивленно ойкнула. Она ожидала, что рано или поздно это придется сделать, но все равно оказалась не готова услышать такие слова.
– Хорошо, – выдавила она из себя.
– Ты согласна? А сегодня можешь уйти из дома и поехать со мной в гостиницу?
– Ужин все равно испорчен, все расстроены. Мое отсутствие даже не заметят. Я только поднимусь в свою комнату, возьму сумочку и куртку.
– Не спеши, – иронично отозвался Риз. – Я ждал шесть лет, могу подождать еще несколько минут.
Элиза стояла посередине номера Риза, чувствуя себя неуверенно и неуютно, словно на первом свидании. Риз, наоборот, вел себя как хозяин. Он откупорил бутылку шампанского, и Элиза вздрогнула от резкого звука.
– Не желаешь? – предложил он.
– Будем праздновать наш развод? – уточнила Элиза.