Девушка в башне

Арден Кэтрин

– Хорошая сказка, – сказала Ольга натянуто. – Но она закончилась. Перейдем к

другим сказкам.

Она прошла к печи и села. Свет огня играл на ее косах. Снаружи быстро падал снег.

Ольга не посмотрела в окно, но ее плечи напряглись, когда слуги закрыли ставни.

Больше поленьев добавили в огонь, комната согрелась, заполнилась сиянием.

– Расскажешь сказку, матушка? – закричала дочь Ольги Марья. – Расскажешь о

магии?

В комнате зазвучало

приглушенное согласие. Евдокия хмурилась. Ольга улыбнулась.

Она была княгиней Серпухова, но росла далеко от Москвы, в глуши. Она рассказывала

странные истории с севера. Аристократки, живущие между часовнями, пекарнями и

башнями, были рады новизне.

Княгиня осмотрела собравшихся. Она горевала одна у окна, но теперь ее лицо

изменилось. Фрейлины отложили иголки и устроились удобнее на подушках.

Снаружи шипение ветра смешивалось с тишиной бури, что сама была шумом. Внизу

кричали, загоняя скот в сараи, укрывая от холода. Нищие на заснеженных улицах ползли к

церквям, молились, чтобы прожить до утра. Мужчины на стенах кремля жались у жаровен,

натягивали глубже шапки. Но в башне княгини было тепло, тут ждали в тишине.

– Тогда слушайте, – сказала Ольга. – В некотором царстве жили дровосек с женой в

деревушке в большом лесу. Мужа звали Мишей, а его жену – Аленой, они были очень

печальны. Они молились, целовали иконы, но Бог не даровал им детей. Времена были

сложными, а у них не было детей, чтобы помогли им горькой зимой.

Ольга прижала ладонь к животу. Ее третий ребенок – безымянный незнакомец –

пинался в животе.

– Одним утром после снегопада муж и жена пошли в лес за хворостом. Они собирали

его в вязанки, отодвигали снег, и Алена решила слепить из снега девочку.

– Она была красивой, как я? – перебила Марья.

Евдокия фыркнула.

– Она была из снега, глупая. Холодная, неподвижная и белая. Но, – она посмотрела

на девочку, – она точно была милее тебя.

Марья покраснела и открыла рот.

– Итак, – спешно продолжила Ольга, – девочка была белой и неподвижной. Но она

была еще и высокой и стройной. У нее были красивые губы и длинная коса, Алена создала

ее с любовью к ребенку, которого у нее не было.

– Видишь, жена? – сказал Миша, глядя на снежную девочку. – Ты все же сделала нам

дочь. Это наша Снегурочка, снежная девочка.

Алена улыбнулась, хотя глаза ее были в слезах.

– Ледяной ветер загремел голыми ветвями, прибыл демон холода Морозко,

посмотрел на пару и их снежную дочь. Говорят, Морозко сжалился над женщиной. Другие

говорят,

в слезах женщины была магия, она плакала над снежной девочкой, пока муж не

видел. В общем, когда Миша и Алена собрались домой, лицо девочки стало румяным, а

глаза – темными и глубокими, и живая девушка стояла в снегу, обнаженная, и улыбалась

пожилой паре.

– Я буду вашей дочерью, – сказала она. – Если возьмете меня, я буду заботиться о

вас, как о своих родителях.

Пара смотрела, не веря, а потом обрадовалась. Алена поспешила к ней в слезах, взяла

девочку за холодную руку и повела к избе. Дни проходили мирно. Снегурочка мела пол,

готовила еду и пела. Порой ее песни были странными, и ее родителям было не по себе. Но

она была доброй и трудолюбивой. Когда она улыбалась, будто сияло солнце. Миша и

Алена поверить не могли своей удаче. Луна стала тоньше, а потом шире, наступила

середина зимы. Деревня ожила звуками: колокольчики на санях, золотистые пирожки.

Люди ходили мимо избы Миши и Алены по пути в или из деревни. Снежная девочка

смотрела на них, прячась за грудой дров. Однажды укрытие Снегурочки миновали

девушка и высокий юноша, шагая рука об руку. Они улыбались друг другу, и снежная

девушка не понимала огонь радости на их лицах. Чем больше она думала об этом, тем

меньше понимала, но Снегурочка не переставала думать о них. До этого она была

довольной, а теперь стала беспокойной. Она ходила у избы, оставляя холодные следы под

деревьями. Весна была близко, и однажды Снегурочка услышала красивую мелодию.

Пастух играл на флейте. Снегурочка подбиралась ближе, зачарованная, и пастух увидел

бледную девушку. Когда она улыбнулась, теплое сердце юноши встрепенулось. Прошли

недели, и он влюбился. Снег становился мягче, небо было ясным, синим. Но снежная дева

беспокоилась.

– Ты из снега, – предупредил ее демон холода Морозко, когда она встретила его в

лесу. – Ты не можешь любить и быть смертной, – зима кончалась, и демон холода стал

едва заметным в тени дерева. Люди думали, что он – лишь ветер среди кустов. – Ты

родилась зимой и будешь жить вечно. Но если коснешься огня, ты умрешь.

Но любовь пастуха сделала деву немного насмешливой.

– Почему я должна всегда быть холодной? – парировала она. – Ты стар и холоден, но

я теперь смертная, и я узнаю об этом огне.

– Лучше оставайся в тени, – последовал ответ.

Весна приближалась. Люди покидали дома чаще, чтобы собрать зелень из укромных