Девушка в башне
Шрифт:
следов? Они могли быть опаснее, чем выглядели.
«Безнадежно», – подумала Вася. Их было много. Как она представляла…? Ее зубы
впились в нижнюю губу.
Три ребенка сидели у костра, грязные и испуганные. Старше всех была девочка лет
тринадцати, младшая была маленькой, ее щеки были в слезах. Они жались для тепла, но
даже из кустов Вася видела, что они дрожат.
За кольцом света покачивались во тьме деревья. Вдали выл волк.
Вася беззвучно ушла
грудь. Как увести детей от костра? Где–то снова завыл волк. Соловей поднял голову,
слушал вопли, а Вася поразилась красоте его мускулистой шеи, изящной головы и темных
глаз. И ей в голову пришла дикая идея. Она задержала дыхание, но не мешкала.
– Хорошо, – она не дышала от страха и волнения. – Есть план. Идем к тому тису.
Соловей пошел за ней к старому кривому тису, что рос недалеко от тропы. Вася по
пути шептала ему на ухо.
* * *
Мужчины ели украденную курицу, девочки устало жались друг к другу. Вася
вернулась на место в кустах. Она пригнулась, задержала дыхание.
Соловей без седла выскочил на свет. Мышцы двигались на спине жеребца, он был
огромным.
Мужчины вскочили на ноги.
Жеребец прошел ближе к огню, насторожив уши. Вася надеялась, что бандиты решат,
что он – приз боярина, сорвавшийся с привязи.
Соловей вскинул голову, играя роль. Он посмотрел на других лошадей. Кобылица
позвала его. Он буркнул в ответ.
Один из бандитов держал кусок хлеба в руке. Он медленно склонился, взял веревку,
издавал звуки, направившись к жеребцу. Другие встали так, чтобы зверь не сбежал.
Вася подавила смех. Взгляды мужчин были зачарованными, как у мальчишек весной.
Соловей был робким, как дева. Мужчина дважды почти ловил его веревкой, но Соловей
отступал. Немного, не давая им надежды.
Конь медленно уводил мужчин от костра, от пленниц, от их лошадей.
Вася решилась, бесшумно прокралась к лошадям. Она скользнула среди них, шепча
утешения, скрываясь между их тел. Старшая кобылица тревожно слушала гостью.
– Погоди, – прошептала Вася.
Она ударила ножом по колу. Два взмаха, и лошади были свободны. Вася бросилась к
деревьям и изобразила вой волка.
Соловей с остальными встал на дыбы, вопя от страха. Лагерь стал бурей испуганных
зверей. Вася вопила, как волчица, Соловей бросился бежать. Многие лошади устремились
за ним, другие последовали с неохотой. Они пропали в лесу, лагерь был в хаосе. Тот, что
выглядел как лидер, вопил, чтобы его было слышно в шуме.
Он рявкнул слово, и все затихли. Вася лежала на снегу,
задержав дыхание. Она утащила кол в хаосе, спряталась в лесу. Следы лошадей
перекрыли ее следы, и она надеялась, что никто не задумается, как лошади так легко
убежали.
Лидер отдавал приказы. Мужчины послушно бурчали, хотя один был явно недоволен.
Через пять минут лагерь опустел, было проще, чем Вася представляла.
«Они были самоуверенны, – подумала она. – Ведь не оставили следов».
Один из мужчин – недовольный – получил приказ остаться с пленницами. Он хмуро
сел на бревно.
Вася вытерла потные ладони о кафтан и крепче сжала кинжал. Желудок был комком
льда. Она старалась не думать, что будет, если там был страж.
Она вспомнила пустое от горя лицо Рады и стиснула зубы.
Одинокий бандит сидел на бревне спиной к ней, бросал шишки в костер. Вася
подкралась к нему.
Старшая из пленниц увидела ее. Глаза девочки расширились, но Вася прижала палец
к губам, девочка подавила вопль. Три шага, два… Не думая, Вася погрузила острый
кинжал во впадинку у основания черепа часового.
«Здесь, – говорил Морозко, касаясь ледяным пальцем ее шеи. – Проще, чем
перерезать горло, если лезвие хорошее».
Это было просто. Ее кинжал скользил легко. Бандит дернулся и обмяк, кровь текла
из раны в шее. Вася выдернула кинжал, бросила его, прижав ладонь ко рту. Она дрожала.
«Это было просто, – подумала она. – Это было…».
На миг тень в черном плаще накрыла труп, Вася моргнула, и на снегу было лишь
тело, а три испуганных ребенка глазели на нее. Ведущая рука была в крови. Вася
отвернулась, ее стошнило на примятый снег. Она четыре раза вдохнула, вытерла рот и
встала, ощущая горечь.
«Это было просто».
– Все хорошо, – сказала Вася детям, ее голос хрипел. – Я заберу вас домой. Минутку.
Мужчины бросили луки у костра. Вася порадовалась своему топорику, разбила их
оружие, как хворост. Она испортила все, что видела, порвала их мешки, бросила
содержимое в лесу. Она забросала костер снегом и погрузила поляну во тьму.
Она опустилась рядом с детьми. Маленькая девочка плакала. Вася могла лишь
представлять, как выглядела, в капюшоне и в свете луны.
Девочки застонали при виде окровавленного ножа Васи.
– Нет, – сказала Вася, стараясь не пугать их.– Я перережу веревки, – она легко
вспорола путы на руках старшей, – а потом мы с конем заберем вас домой. Ты Катя? –
сказала она старше. – Твоя мама ждет тебя.