Девушка в переводе
Шрифт:
Я помнила, кто ждет его по окончании рабочего дня. К счастью, из-за скользящего графика я не слишком часто встречалась с ней, но мне и малого было достаточно. Хуже того — она мне нравилась. Вивиан была доброй и неглупой девушкой. Она же не виновата, что родилась такой эффектной. Множество картин хранилось в моей памяти: Мэтт с пакетиком сладостей — засахаренные семена лотоса — для нее; обнявшись, они входят в аптечную лавку: однажды я даже видела их в храме, они зажгли благовония от лампы и вместе опустились
В конце концов я во всем призналась Аннет, своему верному советнику, и та сказала:
— Со стороны отношения могут выглядеть совершенно иначе, чем они есть на самом деле. Можно гораздо сильнее любить кого-то недоступного, чем человека, с которым встречаешься каждый день.
Аннет единственная знала о моих страданиях, но, похоже, и она не подозревала об их истинной глубине. Сама она всегда влюблялась совершенно безнадежно и безответно. Но ее слова пробудили во мне надежду, чего я, собственно, и добивалась.
Перед вечеринкой у Курта я пришла к Аннет пораньше. Меня, конечно, огорчало, что Ма осталась на фабрике одна, но так хотелось разочек повеселиться, как все нормальные ребята моего возраста.
— Рада видеть тебя снова. — Миссис Эйвери поцеловала меня в щеку.
Она мне очень нравилась, хотя мы редко встречались.
Аннет одолжила мне одежду, из которой сама выросла. Кремовое платье сидело на мне отлично, но оказалось короче любого из моих нарядов. Я чувствовала себя невероятно отважной, прислушиваясь к шуршанию ткани над голыми коленками. Размер обуви у нас был одинаковым, так что удалось позаимствовать и пару босоножек. Потом Аннет накрасила меня. Со времен нашего первого похода в кино она стала опытным визажистом. А уж когда она привела в порядок мою прическу, я с трудом узнала себя в зеркале.
— Потрясающе выглядишь, — констатировала подруга.
— Ты лучше всех! — бросилась я ей на шею.
Аннет нарядилась в обтягивающее платье с разноцветным принтом, прихватила кожаную сумочку своей мамы.
— Ты тоже великолепно выглядишь. — Я осторожно поправила прядь, упавшую ей на лоб.
До дома Курта, в районе Семидесятых улиц, нас подбросила миссис Эйвери. Швейцар открыл дверь машины. В холле за стойкой портье сообщил, как найти квартиру Курта.
Я изо всех сил старалась не таращиться по сторонам, зато Аннет шествовала как ни в чем не бывало, гордо вскинув голову и небрежно помахивая сумочкой, — настоящая леди. Перед огромными букетами цветов около лифта я онемела, осторожно коснулась лепестков — настоящие.
— А что будет, когда цветы завянут? — спросила я у Аннет.
— Поставят свежие, разумеется.
Представляю, во что это обходится.
Дверь квартиры открыл сам Курт. Грохочущая музыка почти заглушала слова.
—
Непохоже на обычный игривый намек. Так он глядел на любимые скульптуры.
— Спасибо. Это заслуга Аннет.
Подруга за моей спиной хихикнула.
— Заходите. Все лишнее можете бросить в родительской спальне.
Вечеринка уже была в разгаре. Верхний свет погашен. Но даже в полумраке угадывались размеры помещения — окна оказались так далеко от входа, что стало ясно: гостиная просто огромная. Далеко внизу я различила огни города и маяки на Ист-ривер.
В одном из углов гостиной с потолка свисал блестящий шар, как на дискотеке, и несколько человек танцевали в мерцающих бликах. Маленькие лампы, расставленные тут и там, давали приглушенный свет. Я-то думала, что родители Курта для начала произнесут небольшую речь о нем и его успехах, но, похоже, их — да и вообще взрослых — не было дома.
— Ой, там, кажется, ребята из театральной студии, — показала в сторону танцующих Аннет.
— Иди к ним. Давай свою сумочку, я отнесу.
Аннет мгновенно растворилась среди гостей, а я направилась к спальне родителей. Спокойно открыла дверь, щелкнула выключателем. На кровати красного дерева — гора одежды и сумочек. Вдруг что-то зашевелилось. Я едва не вскрикнула от ужаса, но тут же поняла, что это просто мой одноклассник с какой-то девицей. Они страстно целовались, явно готовясь раздеться.
На миг оторвавшись от ее губ, он обернулся:
— Не возражаешь?
— Ой, простите. — Я поспешно выключила свет, бросила сумочку Аннет на кровать и выскочила за дверь.
Аннет у барной стойки болтала с каким-то парнем из школьной газеты. Она сделала мне джин с тоником — почти один тоник вообще-то. Музыка грохотала, как машины на фабрике. Аннет вытащила меня на танцпол. Я впервые пробовала танцевать под такую музыку, но это оказалось совсем просто. Вокруг было много других ребят из школы, я кружилась под вращающимся шаром и чувствовала себя обыкновенным американским подростком.
Чья-то рука легла на плечо. Курт. Наверное, он давно наблюдал за мной. Взяв за руку, повел куда-то.
— Хочу показать тебе кое-что, — сказал он. Скорее всего, это была его спальня. Он открыл дверь, и нас окутало облако сладковатого дыма. Несколько ребят кружком сидели на полу, в центре стояли горящие свечи. Здесь было гораздо тише.
— Ребят, надо бы открыть окно, — заметил Курт.
— Оно открыто, — отозвалась Шерил. Думаю, она, как и все остальные, удивилась, увидев меня, но никто не сказал ни слова.
Мы с Куртом присели на пол. Одного из парней я узнала — мы с ним как-то раз целовались. Он явно обрадовался мне, но Курт это заметил и решительно устроился прямо между нами.