Девушка в саване
Шрифт:
Откровенная ярость в ее глазах отрезвила меня окончательно.
— Ах, значит так? — очень тихо осведомилась она грозным голосом. — Значит, ты нашел это забавным? Мысль о том, чтобы заняться со мною любовью, так веселит тебя?
— Кэй, — осторожно произнес я, — мне…
— Заткнись! — Яростные ноты в ее голосе могли бы привести в смятение любого храбреца. — В конце-то концов я возвратилась сюда, чтобы загладить то… Господи, как я ошибалась! Подумала, что так жестоко посмеялась над тобой. А теперь я вижу, что случившееся тебя лишь позабавило. Поэтому мне кажется необходимым предоставить
— Послушай, Кэй, — занервничал я, — я…
— Заткнись! — Ее пальцы двигались с невероятным проворством. — Разве ты не видишь, что я занята?
Я обеспокоенно замолчал, сразу же после этого она принялась швырять в меня разные предметы. Сначала плащ и белый медицинский халат. Затем в молниеносной последовательности черную шелковую нижнюю юбку, бюстгальтер без бретелей и малюсенькие трусики.
И вот она уже стояла передо мной в центре светового пятна от лампы…
Сначала она медленно подняла руки над головой, и ее белоснежные груди приподнялись вместе с ними. Потом сцепила пальцы на затылке, все ее тело изогнулось в страстном призыве и застыло неподвижно.
Я был уже на полпути к ней, когда сообразил, что иду.
— Кэй, — воскликнул я, — ты самая прекрасная, самая желанная…
— Я просто стараюсь развлечь тебя, Эл Уилер, — пробормотала она голоском маленькой девочки. — Так что смейся! Почему ты не смеешься?
Я положил руки ей на бедра и притянул к себе. Она попыталась воспротивиться, но я был сильнее, так что она почти упала мне на грудь. Я прижал ее к себе и покрыл страстными поцелуями. Через какое-то врем длинные пушистые ресницы прикрыли голубые глаза, я почувствовал, как ее сопротивление исчезло, теперь и она прижималась ко мне.
— Эл, дорогой…
Она легонько ущипнула меня за мочку уха.
— Что? — пробормотал я.
— Засмейся сейчас — и я убью тебя!
Она лежала на спине, ее небесно-голубые глаза лениво смотрели в потолок, длинные волосы цвета спелой пшеницы разметались шелковым веером вокруг головы.
— Который час? — пробормотала она. Я сделал геркулесово усилие и поднял часы с тумбочки.
— Пять минут третьего.
— Ты представляешь, что некоторые женщины тратят по полдня на новую прическу? — со вздохом объяснила она. — В то время как на экстаз почти не уходит времени.
— Я предпочитаю краткий экстаз новой прическе в любой день недели, — твердо заявил я.
— Наш милый сторонник короткого экстаза Эл Уилер! Она ворковала с довольным смешком, — он не отличается постоянством, но когда он рядом, девушки — наслаждайтесь!
— Ты не считаешь это немного вульгарным, учитывая, что данное глубокомысленное изречение исходит от девушки, которая всегда носит сексуальное черное белье? — холодно осведомился я.
— Не думаю, — заявила она. — Разве я сейчас в нем? Или ты такой же близорукий, как я, и не хочешь в этом сознаться?
— Я не близорукий, просто у меня закружилась голова от твоей безупречной красоты, — нежно произнес я и ласково прижался к ближайшей ямочке, которая была у нее на плече.
Через мгновение я приподнял голову и пригляделся к белому сморщенному шраму, который только что обнаружили мои губы.
— Зверюга! —
— Что это такое? — полюбопытствовал я.
— Постоянное напоминание о днях моей учебы в колледже, своеобразный сувенир, — беспечно ответила она. — Ах, какие в то время у нас были невинные девичьи забавы! Дуэли на саблях. Однажды ночью мы сожгли студента-второкурсника, в другой раз…
— Это походит на ножевую рану, — сказал я.
— Неужели?
Ее голос был нарочито безразличным.
— Теперь твоя очередь продемонстрировать свои шрамы, так будет справедливо.
— Так это сюда Вики Ландау пырнула тебя ножом?
— Да, будь ты проклят! — Она порывисто отвернулась. — Неужели ты никогда не можешь хоть на какое-то время перестать быть детективом? Сначала ты занимаешься со мной любовью, затем, пока я все еще мурлычу от удовольствия, ты начинаешь применять ко мне третью степень. Ну что ты за чудовище?
— Ты хочешь мне про это рассказать? — нежно спросил я.
— Нет, но, насколько я понимаю, у меня нет выбора. Она неожиданно села и свесила ноги с кровати.
— Уж коли я должна поведать тебе о своем темном прошлом, Эл Уилер, этого не сделаю, лежа голой рядом с тобой в постели.
Она поднялась рывком.
— Где твой халат? Тут холодно.
— В стенном шкафу, — ответил я. — Там рядом висят две штуки, один надену я, хорошо?
— Ты держишь два халата в одном шкафу? — Она бросила на мен восхищенный взгляд и покачала головой. — Мне ни разу не доводилось видеть квартиру, так хорошо приспособленную для соблазнения! Это не может быть просто хобби, для тебя это дело жизни.
— Принеси халаты, — взмолился я.
Через пять минут я сидел на кухне, респектабельно облаченный в халат, и наблюдал за Кэй, выглядевшей тоже весьма солидно в другом халате; она варила нам кофе. После того как все было готово, Кэй уселась напротив меня за небольшим столиком и притворилась, что ее нет.
— Не могла же ты полностью позабыть историю своей жизни? — произнес ворчливо. — Ты не так-то долго живешь на свете!
Она отпила кофе и плотнее завернулась в халат.
— Переход оказался немного неожиданным, дорогой, только и всего, — негромко произнесла она. — Вроде бы я только что лежала рядом с тобой и наслаждалась каждым моментом нашей близости, а вот я уже сижу перед тобой, готовая сделать заявление копу, который лишь отдаленно похож на того парня, с которым я всего пару часов назад нырнула в постель. Все это страшно запутывает.
— Этот преданный своему делу доктор, . — холодно заговорил я, — молодой, застенчивый, которого все любили. У меня точно такая же реакци на его убийство. Я смущен, я окончательно запутался, потому что я до сих пор ни капельки не приблизился к решению этой загадки, к обнаружению его убийцы.
— Ладно, — вздохнула Кэй, — только я никак не возьму в толк, какое отношение имеет история моей жизни к смерти Боба Марша.
— Я тоже, пока я ее не выслушаю.
— Обещай: ты никому ничего не расскажешь, если это только не связано с поиском твоего убийцы? — пробормотала она.