Девяностые годы
Шрифт:
— Я пойду с тобой. Не могу я сидеть тут целый день, — нетерпеливо сказала Салли.
— А где же мой бумажник? — Моррис посмотрел кругом, поискал в кармане.
— Твой бумажник? — повторила Салли, стараясь припомнить, что он сказал ей накануне о бумажнике.
Моррис наклонился над сундучком, выбросил оттуда платья. Салли тоже принялась искать. Они перевернули все, обшарили весь пол, но бумажника не было.
— Я ведь просил тебя спрятать его. Я тебе сказал, что в этих акциях целое состояние! — вскипел Моррис.
— Ах, Моррис, —
— Но я просил тебя спрятать его! — закричал Моррис. — Разве я не говорил, что здесь тебе не Крест и не Кулгарди? Тут подметки на ходу срезают. Боже мой, если предсказания Зэба Лейна насчет этого рудника оправдаются, я тебе никогда не прощу.
Чуть не плача, Салли проговорила:
— Если это моя вина, Моррис, я очень сожалею, только…
Но Моррис уже бросился вон.
Салли слышала, как он кричал в лавке. А старик Монти и миссис Баггинс сердито кричали ему что-то в ответ.
В дверях кухни появилась миссис Баггинс.
— А ну, собирайте ваше барахло и выкатывайтесь отсюда, — завизжала она. — Если вы воображаете, что можете, глядя мне в глаза, обзывать меня воровкой, вы очень ошибаетесь, мистер Гауг. Катитесь и прихватывайте свою барыню. Являются сюда со всякими фанаберия-ми, а потом обвиняют честных людей. Обокрали вас, говорите? И правильно сделали! Так вам и надо! — вот что я вам скажу. Вы сами нас не первый день обворовываете; никогда гроша не платите, а сами золото прячете. Вас давно следовало бы выгнать из лагеря, вот это было бы дело!
— Я только сказал, что у меня украли бумажник. Я же вас ни в чем не подозреваю, — пытался ее успокоить Моррис. Его раздражение сразу стихло перед бурей, обрушившейся ему на голову. — А золота там никакого не было, только немного денег и несколько акций.
— Акций? — завизжала хозяйка. — Так на акции у тебя деньги нашлись? Но мне ты не мог заплатить — весь месяц в долг жрал. Нет, тебе понадобилось тащиться в Кулгарди и приволочь сюда эту девку. Сразу видно, что за птица. Никогда не поверю, что порядочная женщина свяжется с таким жуликом, как ты, Моррис Гауг.
— Оставьте мою жену в покое, — сказал Моррис.
— Да молчи ты! — зарычал на жену старик Монти. — Что она тебе сделала?
— Так их! Задай им хорошенько! — раздался насмешливый мужской голос. Салли сразу узнала его.
Фриско и несколько старателей входили во двор.
— Вон отсюда! — неистовствовала хозяйка, окончательно разъярившись. — И забирай эту потаскушку! А вы, ребята, можете все у меня обыскать, если вы думаете, что я или Монти хоть пальцем притронулись к его паршивому бумажнику. Я не собираюсь защищать того, кто его украл. Можете вздернуть его, коли мне из-за него такая неприятность вышла. А в нашей лавке никогда еще никого не обкрадывали! И вы, ребята, это знаете. Я никого не обижаю, но и себя в обиду не дам. А он, лодырь несчастный, является сюда и скандал устраивает, будто мы
Салли вся дрожала, когда Моррис вошел в пристройку. Он и сам был ошеломлен и пристыжен вспышкой миссис Баггинс.
— Собирайся, — сказал он угрюмо, — мы пойдем в лагерь.
Салли побросала обратно в сундучок те несколько вещей, которые вынула накануне, а Моррис свернул свои одеяла. Она надела плащ и шляпку, взяла в руки саквояж, свертки и вышла во двор, где ярко светило солнце.
Несколько человек стояло во дворе, обсуждая происшествие. Среди них она заметила Фриско и Пэдди Кевана.
— Насчет акций ты не волнуйся, Морри, — заметил один из мужчин. — Тебе только нужно известить компанию, что ты их потерял. А мы поспрошаем, кто был здесь сегодня, и, когда поймаем вора, созовем общее собрание.
— А ты где околачивался, Пэдди? — спросил Фриско.
— Ну вот, Фриско! — возмутился тот. — Уж не на меня ли вы думаете? Мы же во время похода были товарищами с Морри, и я бы никогда такой подлости не сделал! И потом я отводил его лошадей к Кассиди на водопой вчера вечером, и утром меня здесь совсем не было.
— Ну ладно, держи ухо востро и дай нам знать, если что-нибудь услышишь, — сказал Моррис.
Он взялся было за сундучок Салли, чтобы взвалить его на спину, но к нему подбежал Пэдди.
— Нет, уж давайте я, Моррис, — крикнул он.
Моррис передал ему сундучок и облегченно вздохнул. Он пошел вперед, неся свои одеяла и свертки Салли, но тут снова появилась миссис Баггинс.
— А как же насчет того, чтобы со мной расплатиться, перед тем как уйти, мистер Гауг? — крикнула она. — Вы мне должны за обеды и провизию около пятидесяти фунтов.
Моррис остановился и растерянно оглянулся на нее.
— Все мои деньги были в бумажнике, — сказал он. Салли почувствовала, что ей надо вступиться за мужа.
— Не беспокойтесь, миссис Баггинс, мы вернем вам все, что задолжали, — сказала она. — В жизни моей не было случая, чтобы я осталась должна хотя бы пенни.
Миссис Баггинс насмешливо закудахтала.
— Вот как? — сказала она. — Ну, значит, у вас легкие денежки. Но я хочу получить с вас сейчас.
— Мы не можем дать вам то, чего у нас нет, — сказал Моррис.
Подошел Фриско и вытащил из-за пояса замшевый кошелек.
— Нате, отвесьте себе и заткнитесь! — крикнул он нетерпеливо.
— Наш пострел везде поспел! — захохотала миссис Баггинс. — Желаю вам получить сполна за свои денежки!
Салли вспыхнула, и глаза ее засверкали от гнева. Она рада была, что может наконец повернуться спиной к лавке и к этой злой женщине. Моррис пробирался между палатками и шахтами, направляясь к горам, видневшимся по ту сторону дороги. Но он шел слишком быстро для Салли, и она не поспевала за ним. Тогда она отстала и пошла рядом с Пэдди, который брел, спотыкаясь, с тяжелым сундучком за плечами.