Девять дней до весны
Шрифт:
Он невольно поморщился:
— Не надо. Я помню. Но она же не могла знать, что на самом деле произошло между мной и Яной!
— Янович вам звонила вчера вечером. А потом вы ушли из дома. Куда? К ней? Родители так поняли, что вы опять ругались.
— Мама так сказала?!
— Ваша мать, естественно, во всем обвиняет ее. Мол, прохода не давала, звонила каждый день, угрожала тем, что будет преследовать вашу жену. Все знали о вашем романе, Илья Борисович. Ни у кого из свидетелей не возникает сомнения, что
— Нет. Там были холостые патроны, — упрямо повторил он.
— Ну, хорошо. Давайте проанализируем ситуацию. Она вас преследовала. Красивая была женщина, а? — сказал следователь, Илье показалось даже, что подмигнул при этом. Мол, хороша штучка, как мужик я тебя понимаю. И разложил на столе фотографии, словно пасьянс. Сплошь черная масть, пиковая дама красуется на каждой карте. Действительно, хороша! — А жену вашу я видел.
— Ну и что?
— Да так. Хочу понять, почему же вы бросили такую женщину, как Янович?
— Полюбил другую. Что тут непонятного?
— Да все мне понятно! И не только мне! Всем понятно! Богатый папа, владелец солидной фирмы. Напомните, что он вам презентовал в качестве свадебного подарка? Трехкомнатную квартиру в спальном районе Москвы, элитный дом, улучшенная планировка? Сколько бы такая квартирка могла стоить? А?
Илья начинал уставать от этих бесконечных «А»? Всем все понятно! Да если бы они знали, как было на самом деле!
— Я устал. Мне идти надо. Возможно, что вы забыли, что я сегодня женился, а вот я еще помню об этом.
— Вот как? — с откровенной иронией спросил следователь.
— Я должен был сегодня венчаться. В церкви. С Тамарой.
— Жаль, что венчание не состоялось. Сами виноваты.
— Ну, как вы не можете понять, что я не убивал Яну?! — не выдержал и сорвался на отчаянный крик.
— Все видели, как вы стреляли! — следователь тоже перешел в другую тональность. — Даже те, кто пытается вас выгородить, не могут отрицать того, что в ваших руках был пистолет Макарова!
— Но патроны в нем были холостые!!! Я уже сто раз повторил: холостые.
— А зачем вы вообще стреляли?
— Ну, вот, по второму кругу пошли, — вздохнул он устало. — Ладно, повторю: я был счастлив, это вы понимаете? Глупо счастлив. Палил в воздух от радости, как дурак.
— Если вы еще не поняли, мы можем пойти и по третьему кругу, и по четвертому. Пока не выясним правду. Работа у меня такая. А про счастье я пока не очень понимаю. Не понимаю, как можно расписаться с нелюбимой женщиной и в тот же день убить любимую. Свидетели в один голос утверждают…
— Что?!! Какие еще свидетели?! Что они понимают, эти свидетели?! Да люблю я Тамару! Люблю! А с Яной давно уже все было кончено!
— Врете.
— Слово офицера.
—
— Нет. — Он устал, очень устал. Столько сегодня на него свалилось! И это «нет» прозвучало так тихо и так неуверенно, что следователь тут же сказал:
— Не слышу. Уверенности в вашем голосе нет. Ладно. Не хотите сегодня — завтра будут результаты баллистической экспертизы, а лучше, если в понедельник. Зачем горячку пороть? Денечка три посидите, подумаете. Имеем право.
— Я знаю, что имеете. А если я и в самом деле не убивал?
— А кто? Дело-то простое. Так называемый любовный треугольник. Мужчина бросил женщину, с которой у него была любовь, чтобы жениться из-за денег на другой. А если в результате вскрытия окажется, что Янович была беременна? А?
— Да не была Яна беременна.
— Вы так в этом уверены?
— Она сказала, что поставила спираль. Давно еще, до меня.
— Не врач же сказал, а Яна ваша. Могла и обмануть, чтобы забеременеть. Чтобы вы на ней женились.
— Я бы знал о беременности.
— Вот и узнали накануне свадьбы. И испугались, что выгодное дельце сорвется. Янович пригрозила рассказать о беременности вашей жене, и вы ее убили. Чтобы не потерять богатого тестя и трехкомнатную квартирку в престижном районе столицы. А может, и хорошую должность в папиной фирме. Из армии-то наверняка увольняться собрались. А?
— Я в отпуске. И вообще, это только мое дело.
— Да теперь уже нет. Не было бы трупа — было бы только ваше. А теперь это уголовное дело. За номером таким-то.
— Кошмар какой-то! Я столько ждал этого дня! У меня же сегодня свадьба! Я никогда не был женат!
— А что так долго ждали? Подходящей невесты не было? Богатой?
— Да далось вам всем ее богатство!
— Кому это всем? — сразу вцепился следователь.
— До того, как будут результаты экспертизы, я отказываюсь отвечать на вопросы.
— Ну да. Еще попроси у богатого тестя адвоката. Боевиков насмотрелся? Тебе тут не Америка.
— А почему вы со мной разговариваете таким тоном?
— Да потому что я от тебя уже устал! Мне тоже домой хочется. К жене, к детям. А ты уперся, и все тут.
— Яна убита не из моего пистолета.
— Упрямый какой! Ладно, черт с тобой. Но в понедельник у нас уже другой разговор будет.
— Хотелось бы.
— Послушай, а может, все-таки не будем тянуть? А? До понедельника? Раньше сядешь — раньше выйдешь. Ну, зачем нам с тобой эти догонялки, Илья Борисович? Боишься, что много дадут? Так она же сама тебя преследовала, не состоял, не привлекался, чист, как младенец, ну и, конечно, чистосердечное признание…