Девять дней исправления
Шрифт:
- Хорошо.
Дардарон, глядя в глаза Транона, медленно полез рукой в карман. Наконец-то, он коснулся монеты рукой.
И тут же активировал её. Пространство вокруг задрожало, засияло ослепительным светом. Очень знакомое ощущение. Потом пришлось перетерпеть падение спиной на груду ящиков. Пыль мигом забилась в ноздри, а глаза почувствовали облегчение от темноты.
Дардарон ощупал своё голое тело на предмет ранений, но, слава Богам, ничего серьёзного не нашёл. Самое плохое, что ему теперь придётся прибираться в таком виде
Хорошо, что Транон не знал, какая именно монета лежала в кармане.
* * *
Сначала вернулись чувства. Затем сознание. Он не помнил, кто он, не помнил ни единого момента своей жизни. Он только знал. Знал, что нужно бежать и прятаться. Некто идёт, чтобы подчинить себе го разум.
Он лежал на полу, в каком-то доме. Рядом валялись бумаги, какие-то бутылки, шкафчик был повален на бок, а у большой пробоины в стене сидел спиной к нему какой-то человек в мантии. Это не он. Не тот, кого нужно бояться.
Он выбежал в дверь и затрусил по лестнице. Едва не оступился и не полетел вниз, но, успев ухватиться за перила, удержался.
Выбежав на улицу, он обнаружил, что солнце садится за горизонт, и уже смеркается. Он побежал сквозь одну улицу, затем завернул и пересёк другую. Он не знал, куда бежать, но пытался сделать так, что если за ним кто-то гонится, то ему придётся постараться. Позади раздавались шаги, но почему-то казалось, что они не принадлежат тому человеку в плаще.
Он бежал долго, а солнце садилось всё ниже и ниже, пока не наступила окончательная темнота.
Некто в плаще появился из-за очередного угла. Его пугающая фигура словно сошла с воображения, в котором представала точно такой же, как и в жизни.
Он понимал, что уже не успеет убежать никуда и уже смирился со своим поражением. Это чувство безысходности было ему очень знакомо, словно в своей жизни, которую он не помнит, он уже испытывал его сотни раз.
Некто вскинул руку, и свет померк.
Девятый день
...
- Дардарон? Дардарон, ты просыпаешься?
– голос, звучащий почти шёпотом, вырвал из глубокого размышления.
Он открыл глаза и увидел просторную и почти пустую комнату, каменные, даже не обитые стены, блик солнца, обжигающий глаза, в окне, которое наполовину загораживал силуэт человека. Человек был высокий, - это было заметно, несмотря на его сидячее положение - хотя слегка сутулый, его лицо закрывала короткая борода серого цвета с проседью. На губах играла улыбка, которая говорила, что он рад пробуждению друга. Только глаза были какими-то грустными.
- С тобой всё хорошо? Ты пролежал без сознания больше недели.
- Прости я... с трудом помню, что было, - признался он.
- Дардарон, - человек повторил его имя.
– Если бы я проспал неделю, то вряд ли вообще бы проснулся. Ты помнишь сражение? Мы бились с контрабандистами.
- Сражение?
– он пошевелился
– Да, точно. Эти подонки оставили меня без пальца. Ладно бы мизинец или безымянный. Но большой палец!
- Придётся переучиваться на левую руку, - человек улыбнулся.
– Ты приспособишься.
- Я не смогу.
- Сможешь. Вот увидишь. Да, и с этим придётся поторопиться. Не могу же я один воевать со всеми этими бумагами. Пока ты спал, я позволил себе начать работы по открытию школы. Ремонт скоро закончат, разрешение скоро появится, и деньги, думаю, тоже. Так что я уже почти основал школу.
- За неделю?
- Я только начал. Мне нужно ещё какое-то время. Но когда ты поправишься, всё уже будет готово. Это примерно через месяц.
- Ещё месяц мне лежать на этой кровати? Из-за одного отрубленного пальца?
- Из-за сильнейшей лихорадки, которую тебе едва удалось пережить. И нет, ты можешь ходить в уборную, в мой кабинет, там мы обязательно ещё посидим. Но вот в город тебе лучше не выбираться, да и на первом этаже делать тоже нечего, не спускайся туда.
Дардарон откинулся на подушку, и это принесло ему облегчение. Слабость словно шептала в ухо, что его друг прав.
В дверь, которая находилась где-то за спиной, постучали. Пока мужчина отлучался, чтобы открыть её, Дардарон ещё внимательнее рассматривал комнату. Стены были чистыми, лишь слегка обросшими паутиной, мебели не видно, кроме его кровати, но кровать, судя по всему, была не новой. Такое чувство, что ремонт здесь делали уже давно. Неужели такое возможно за одну неделю?
- Магистр Трилон, - прозвучало из-за двери, которую открыл друг. Голос был женский.
– Вы просили напомнить о королевском после.
- Да, точно. Спасибо.
Захлопнув дверь, тот вернулся на место.
- Вовремя ты проснулся, - сказал он, глядя на пол, словно задумавшись.
– Скоро сюда, в Куасток, прибудет посол короля. То, что мы открываем школу, Его Величеству, конечно, нравится, но есть одна проблема, которую нужно уладить. Помнишь, я рассказывал про свою прошлую школу?
- Ту, что была в Лесдриаде?
– вспомнил Дардарон, чему сам же удивился.
- Верно. Я говорил тебе про Фаралона?
- Фаралон? Знакомое имя, не могу вспомнить.
- Вспомнишь. Он был директором в той школе, а я его прямым заместителем. Так вот, кажется люди короля обо всём прознали. Недавняя война с Лесдриадом не идёт нам на руку.
- Тебя могут обвинить в измене?
- Или даже хуже. Могут подумать, что я и сейчас предан Лесдриаду и могу предать Колорид. Нужно покончить с этими слухами. Ты можешь быть моим свидетелем? Я хочу сказать послу, когда он приедет, что Фаралон был директором в этой школе, пока не умер. Затем я занял его место, а ты моё. Ты подтвердишь мои слова, и посол отстанет.