«Волошин прятал белых от красных и красных от белых…»
Волошин прятал белых от красных и красных от белых.Но красные – белые презирали таких мягкотелых.Таких поэтических, в греческих балахонах,таких бородатых, как в церквях на иконах,таких, живущих среди книжек под курчавыми облаками,с видом на море, которое Бог сотворил своими руками.Красные, белые, умирали и убивали,не глядели с балкона за горизонты, за дальние дали,не прибавляли в весе, не старели, не слушали птичьи трели,не рисовали бесчисленные киммерийские акварели.У кого-то был царь, у кого-то красные флаги,у всех во рту привкус крови, а также сивушной браги.И всех друг от друга нужно спрятать надежно.Лучше
бы всех, навсегда, но это вряд ли возможно.
«Всюду порча и сглаз, повторяю – порча и сглаз…»
Всюду порча и сглаз, повторяю – порча и сглаз,порча и сглаз – повторяю в последний раз.Всюду ведьмы и колдуны, повторяю – ведьмы и колдуны.Злоба в сердцах, в густых волосах колтуны,ведьмы и колдуны. Бог за нас – и кто же на ны?Шепчут, тычут иглой в образ твой восковой,окропляют его оскверненной святой водой,ведьмы трясут головой, колдуны – бородой седой.Всюду мрак и нечестие, колдовство, ведовство,человек это та еще бестия, всюду заговоры, воровство,ведьмы и колдуны – сотоварищи Сатаны.Все вокруг осуждены, только на нас нет вины,только на нас юбки до пят, платки до бровей,ангелы справа, бесы, известно – левей,ангел к правому, бес к левому полушарию или плечу,через левое полушарие нельзя передать свечу.Нельзя передать свечу ни к иконе, ни к алтарю.Всюду порча и сглаз – в последний раз говорю.
«в те времена когда сюжетом рассказа…»
в те времена когда сюжетом рассказамогла быть полоска рассвета или краски закатакогда у семи полководцев был Кутузов без глазаи колосками пшеницы выдавалась в колхозе зарплатакогда выходя из райкома барин распахивал полы халатаи в свинарку пастух влюблялся с первого разавместо хора о вечном звучала песня о встречномгудок заводской кудрявая что ж ты не радапейзаж городской был канально-фонарно-аптечнымв душной ночи не отличить конокрада от казнокрадакалинина от твери петербурга от ленинградаи только млечный путь всегда оставался млечнымв те времена когда сюжетом поэмымог быть урожай на нищем колхозном полеи не было в мире подлунном почетней темычем девка которая принесла ублюдка в подолекогда мы ходили согнувшись от страха или от боликогда мы ели то были слепы глухи и немыстояла в поле березка да некому заломатиклен опавший заиндевелый качаясь стоял над неюв церкви на пасху пели не рыдай мене матия слезу твою оботру и на груди согреювот только слова сказать не посмею и не сумеюпоскольку любое слово не к месту некстати
«кружись на одной ноге резко остановись…»
кружись на одной ноге резко остановисьмир начнет кружиться вокруг тебя как вокруг осисловно вода в воронку душа устремится ввысьпощады не жди и прощения не проситак из облачка белого рождается фронт грозовойи прогибается небо под тяжестью колесництак молнии сообщают вести с передовойтак дышат духи небесные с тысячей крыльев и лицтак узнаешь спасителя в давнем привычном врагетак исчезает цивилизация без следавот ребенок крутится на одной ногесейчас остановится что случится тогда
«я имею тебе сказать – так говорил мне дед…»
я имею тебе сказать – так говорил мне дед.I have to tell you – скажет когда-нибудь внук.когда я уйду – никто не посмотрит вслед.когда постучу – не отворят на стук.поколение-мостик над подземной рекой.переходный период из ничто в никуда.все это не оплатить стихотворной строкой,и даже музыкой – не залатать никогда.а казалось, что строить нужно на месте пустом.а казалось не нужно идти, куда не зовут.вода изгнанья течет под старым мостом.облака изгнанья над землею изгнанья плывут.
«Человек надевает военную форму…»
Человек
надевает военную форму,надевает и не снимает ее несколько лет.Потом надевает штатское и хочет вернуться в норму,но понимает, что в норму возврата нет.Потому что военный и штатский – это разные стили.Потому что только в окопах знаешь, кто враг, кто друг.Многим хочется убивать, чтобы их за это хвалили,жаль только кровь никак не отмывается с рук.Зато остается много невеселых историй,которые за стаканом рассказывать сыновьям:о том, как хрустит на зубах песок чужих территорий,как трупы однополчан выкапывают из ям.О том, что не жалко баб – этих блядей, подстилок,которых вести что в стога, что в ближний лесок.О том, что расстрел – это пуля в затылок,а самоубийство – это пуля в висок.
«брак царя был свободен от секса: супруг уважал супругу…»
брак царя был свободен от секса: супруг уважал супругу.они гуляли вместе, не прикасаясь друг к другу.то по дворцовым залам, то по дворцовому парку.она выводила левретку, а он – овчарку.они оставались чисты, как жители сельской читальни.во всем дворце не нашлось ни кровати, ни спальни,не было ни сортира, ни, тем паче – алькова.он был не слишком умен, она – совсем бестолкова.Бог давал им деток задаром, без зачатья и родов.их семьею была семья различных народов.южные были смуглы, а северные бледнолицы.и это все, что известно о жизни царя и царицы.
«они говорят: „в наше время“, имея в виду мезозой…»
они говорят: «в наше время», имея в виду мезозой.они говорят: «наше будущее», ничего не имея в виду.тучи над джунглями встали. в воздухе пахнет грозой.динозавры не верят в наследственность. вымиранье у них в роду.в роду монументов-ящеров, ходящих на задних ногах,соперничающих с кенгуру, которых в помине нет,их долг – расчистить пространство. они как в шкуре – в долгах.на них сошелся лазером белый свет.их каменные зародыши лежат в пустынных песках.смертоносное солнце не в силах их отогреть.холодная кровь пульсирует в их висках.эволюция-сука над ними свистит, как плеть.а мы говорим: «в наше время», имея в виду совок.а мы говорим: «наше будущее» – и считаем гроши.эволюция дремлет, забившись в живой уголок.рядом с ней примостилась вера в бессмертье души.
«получай фашист гранату от советского бойца…»
получай фашист гранату от советского бойцаполучай прораб зарплату вдруг дотянешь до концаполучай Моисей скрижали разбивай их о скалуда под старость нас прижали словно бабочку к стеклуполучай не по заслугам по потребностям своимпогуляй цветущим лугом горним ангелом хранимполучай не по законам воцарилась благодатьибо счет не по поклонам нам предъявит Божья Мать.получай свое чужое до получки дотяничтобы счастье небольшое осветило наши дничтоб бухгалтерские счеты не стучали на столечтобы помнил для чего ты оказался на земле
«девицы ходили в лодочках мальчики в мокасинах…»
девицы ходили в лодочках мальчики в мокасинахстуденты писали конспекты по основам марксистской наукиненависть продавали в продовольственных магазинахв бумаге оберточной по килограмму в рукируки мозолистые гордость пролетариатаглотка луженая гордость и слава прорабаесли завтра война если завтра зарплатамальчик не плачь потому что вырастешь будешь бабадевочка девочка вырастешь будешь девицав лодочках на каблучках в ботиках или сапожкаххочется перехочется перетерпится удавитьсякомнатная антенна телик на тонких ножкаххочется есть но лень с утра в гастроном тащитьсяможно что-то стащить коллектив возьмет на порукидлинная очередь громоздкая продавщицаотпускает отборную ненависть по килограмму в руки
