Девятая директива
Шрифт:
Он неподвижно стоит в нескольких сантиметрах от белой линии. Офицер отошел, посоветовался с человеком в штатском и вернулся к Куо. Но Куо даже не шелохнулся. Один шаг, и он на другой стороне границы. Там его возьмут под защиту вооруженные соотечественники. Но он знает, что
Снова наступила тишина. Наша и китайская группы застыли по обе стороны белой линии и смотрят друг на друга. За ними у въездов на мост с оружием наизготовку стоят солдаты.
Я весь в поту. Мне кажется, приклад “хускварны” стал тяжелее. Крест нитей оптического прицела сдвинулся на сантиметр в сторону, я вернул его в прежнее положение. Ощущение времени постепенно терялось. Ломэн считал, что у нас один шанс на успех из ста. Сейчас и его, пожалуй, нет. Куо продолжает говорить, некоторые слова доносятся до меня: солдат Китайской Народной Республики должен выполнять приказы, а не интересоваться высшими государственными тайнами. О любом нарушении этого священного долга будет доложено командованию.
Офицер коротко ответил, Куо размахнулся и удалил его по лицу.
Раздался крик — с той стороны моста послышался лязг затворов. Все замерло.
Бешено стучит мой пульс. Именно этого боялся Ломэн: двести вооруженных людей, друг против друга на мосту Кемерадж, а между ними — Представитель.
Мое левое веко задергалось, и я проклял свои нервы. Винтовка стала очень тяжелой, перекрестье прицела снова ходит по спине Куо. Пот стекает мне на руку, на палец,
Офицер отошел, теперь с Куо разговаривает человек в штатском. Я раньше такого произношения не слышал, но понимаю, что речь идет об ответственности. Куо яростно кивает. Человек в штатском обращается к заместителю офицера, что-то говорит ему, тот четко берет под козырек.
Отдан приказ, эхо крика отдается между балками моста. Солдаты берут на караул. Человек в штатском сначала обращается к британскому поверенному в делах, который стоит по другую сторону белой линии, потом что-то говорит Представителю.
Неожиданно Куо повернулся и посмотрел прямо на меня. Оптический прицел опустился, задрожал, но остался наведенным на Куо. Вокруг все пришло в движение: зашевелились люди, хлопнула дверь машины, заработали моторы.
Я держу Куо на прицеле. Праздновать победу рано, эта тварь что угодно может выкинуть. Палец на спусковом крючке сводит судорога, левое веко дергается еще сильнее, когда же все кончится? Никогда еще винтовка не казалась мне такой тяжелой.
Мимо меня на нашу сторону проезжают одна за другой две машины. Топот марширующих мимо солдат. Резкий запах выхлопных газов в воздухе.
Куо стоит неподвижно и смотрит в оптический прицел.
Рядом раздались шаги, и я услышал голос Ломэна:
— Все в порядке, Квиллер. Представитель здесь.
Я опустил винтовку.
По дороге к караульному помещению, где собрались все остальные, я разрядил “хускварну” и швырнул обойму в реку.