Девятка
Шрифт:
Он не пытается помочь – просто наблюдает.
– Что здесь делают тройка и девятка? – спрашивает Гортей хриплым басом. – Как они додумались сюда прийти? Почему девятка не лишен воли?
– Я не надзиратель, – ответил черт. – Я привратник. Не по моей вине у девятки остались мысли и воля.
– Ты обязан следить за пересечением границы, – Гортей поставил черта на ноги.
– Я кинулся за ними, как только почуял неладное.
– Кто сейчас на вратах? – Гортей посмотрел через плечо на ангела, который все еще держался
Мой хранитель не ответил.
– Никого, – тихо проговорил Гортей. – Никого нет на вратах! – крикнул он.
Я почувствовал, как ангел содрогнулся.
– Гортей… – начал было он.
– Молчать! – Гортей оторвал руку ангела от моего плеча и резко дернул на себя. – Я поговорю с Сеиром о твоей судьбе.
Где-то я уже слышал это имя.
Гортей смотрел на бледного ангела сверху вниз. Да, ангел бледен, но других признаков страха не показывает.
– Я понял. Мы можем забирать души и уходить? – спросил бывший хранитель.
Гортей помедлил с ответом. Он еще раз посмотрел на нас, затем на черта.
– Тебе назначу исправительные работы. Подойдешь ко мне в течение часа. Можете убираться.
Хозяин замка прошел между мной и Аодом и остановился у окна.
– Идем, – строго сказал нам черт.
Впервые я услышал подобный тон от искусителя.
Мы пошли по дворцу следом за привратниками. Они идут ровно, будто бы и не пережили ужасный стресс минуту назад. Мы с Аодом несколько позади, видим их спины.
– Кто это был? – тихо спросил я, когда мы вышли на холодную улицу.
– Демон, – ответил Аод, и голос его дрогнул.
Ангел и черт продолжали молчать, пока мы не пересекли стену и не оказались в жарком тумане Ньяда. Легкие склеились.
Как только мы вышли за дверь, привратники преградили нам путь, уперев руки в бока. Оба бледные, видно, еще напуганы прошедшим разговором.
– Вы что творите?! – прикрикнул ангел.
– Смерти моей желаете?! – спросил черт.
Оба смотрели на меня, будто не замечая Аода.
– Однажды я тебя уже развернул отсюда, – спокойнее продолжал хранитель. – Неужели с первого раза было не ясно, что здесь опасно находиться? Зачем ты лезешь в огонь?
– Мне стало любопытно, – оправдывался я, пряча взгляд, как ребенок, отчитываемый отцом.
– Забудь про любопытство, пока ты в Ньяде! – ругался черт. – Гортей никогда не щадит дважды. Просто запомни и сиди тихо! Почему ты не можешь быть как все? Тихо работать, притворяясь, что лишился воли? Ну, а ты? – искуситель переметнул взгляд на Аода. – Ты-то куда поперся? Столько лет уже здесь живешь и не знаешь прописных истин? Что за границу нельзя ходить!
– Мы бы потом жалели, – ответил Аод.
– Да какого черта… – начал ангел, ловя на себе взгляд коллеги.
– Напомню, что врата еще пустуют, – перебил его Аод.
Ангел тихо фыркнул и пошел к рабочему месту. Черт рядом, привычно находясь слева от него. Мы с Аодом медленно тащились
– Работать, оба, – сказал черт, когда мы достигли дверей. – Видеть вас больше не хочу, – последняя фраза была адресована мне.
Мы поволочились по горячей земле в центр Ньяда. Я молчал. Стыд и совесть обрушились на мою голову, ведь я подставил хранителя и искусителя уже во второй раз. Снова подставил тех, кто меня оберегал от всего. И тех, кто продолжает оберегать после смерти.
– Ты чего так за грудь держишься? – отвлек меня Аод. – Не притворяйся, в Ньяде не может болеть сердце.
Я огляделся – рядом вроде бы никого, кроме снующих горбатых теней девяток. Просунув руку через свободный ворот серого балахона, я вынул книгу с непонятными знаками на корешке и пустыми страницами. Книгу демона.
Глава 7
В положении умирающего есть свои преимущества. Когда нечего терять – не боишься риска.
Рэй Бредбери – «451° по Фаренгейту»
Аод уставился на книгу, будто видел впервые.
– Ты что наделал… – едва слышно проговорил он, проводя пальцами по символам.
– Я не знал, что это книга демона. Да и в конце-то концов, как-то он ее читал, значит, там все же есть содержимое.
Аод отступил на шаг, огляделся по сторонам, развернулся и ушел в туман. Я остался стоять с книгой посреди Ньяда, совершенно один.
– Аод! – позвал я.
Никто не откликался.
Должен быть способ докричаться до него. Ведь как-то же надзиратели зовут кушать весь Ньяд разом? Я так же говорю без голоса, я так же говорю в чужих головах. Так почему бы и мне не попробовать? В самом деле, чем я хуже чертей?
– Аод! – настойчивее позвал я.
– Я работать, чего орешь? – раздался голос из тумана.
– Я думал, ты меня предал, – честно сознался я, идя на голос.
– Не ходи за мной с этой книгой.
Я послушно остановился и убрал книгу обратно под балахон. Интересно, как скоро Гортей заметит пропажу? Может, он уже отправил полчище чертей на наши поиски.
– Будь это так, – услышал я знакомый мягкий голос, – тебя бы уже поймали.
– Ты чего тут? – я повернулся к искусителю.
В руке он держал плеть, какими обычно орудуют надзиратели, наводя порядки в Ньяде.
– На исправительных работах. Временно исполняю обязанности надзирателя.
– Грязное дело, – сказал я, но тут же опомнился: передо мной все же надзиратель, а не искуситель. Надзиратель, который знает об украденной книге.
– Не нервничай, – сказал черт, подходя ближе. – Я не одобряю твоих поступков, но сейчас ты нуждаешься в помощи. Нуждаешься, как никогда раньше.
– И какую помощь ты можешь мне предложить, черт? – скептически спросил я. – Мы как на ладони. Бог знает о каждом моем шаге. А демон?