Девятое сердце
Шрифт:
Я встал между ним и воином.
– Мы не убийцы! – проговорил я ему. – Неужели ты забыл?
– Нет, я не забыл. – проговорил он. – Но я прошел много сражений, где нельзя оставлять врагам жизнь. Мне нужна его голова, чтобы наши братья, были отмщены! Или тебя плохо учили в ордене? Мы не проявляем милосердия к врагам своим! Уйди в сторону, или же, как ни печально будет, я сражусь и с тобой!
– Нет, Двейл, отпусти секиру! – проговорил я. – Ты не знаешь, что было на самом деле.
– А тут и знать
Одним ударом он отбросил меня в сторону, замахнувшись на воина. Тот стоял с готовностью принять свою судьбу. Двейл схватил его одной рукой, занося секиру над головой. И он бы обрушил секиру, если бы я не подоспел, и не отрубил ему руку, держащую воина за шею. Воин упал вниз, но зацепился за свисающие лианы. Двейл даже не вскрикнул, но не попал по мне секирой, лишь разрезал воздух. Следующий выпад меча прорезал его насквозь.
– Брат, почему? – проговорил он перед тем, как упасть вниз, на камни.
Никогда так отвратительно я себя не чувствовал. Я только что сам убил своего брата по ордену. Я знал, что он поступает не правильно, но с другой стороны он поступал правильно, выполняя свою работу. И это чувство сейчас засело во мне. Я не знал, правильно ли поступаю здесь я? Но одно я знал, что я не убийца. Я склонился, смотря в пропасть, где болтался на лианах воин. Он тоже был ранен, все-таки секира разбила доспех, и он держался, как мог. Посмотрев по сторонам, я нашел моток веревки. Привязав ее к каменному алтарю, а другую часть к себе, я свесился с утеса, протягивая воину окровавленную руку. Он непонимающе смотрел на меня. Лианы же тем временем начинали отрываться.
– Хватайся! – проговорил я ему.
Он продолжал висеть, смотря на меня.
– Хватайся, если хочешь жить! – крикнул я ему. – Ну же!
Воин потянулся к моей руке и успел схватиться, прежде чем лиана оборвалась. Я потянул его на себя, подбросив вверх, а затем поднялся сам. Мы оба уселись друг перед другом, тяжело дыша.
– Спасибо. – произнес женский голос. – Но зачем ты решил спасти меня? Чтобы самому забрать награду, отведя меня к Рэджу?
Это меня немного шокировало. Я не думал, что воин окажется девушкой.
– Нет, не с целью этого я решил спасти тебя. – ответил я. – Я сделал это, потому что счел это правильным делом. Хотя, может, это и не было правильным. Мы с ним придерживались одного кодекса, и были как братья.
– Но ты все же выбрал то, что выбрал. А правильно это или нет, рассудит время. – сказала она, снимая с себя черную маску, из-под которой показались черные, кудрявые волосы и немного разбитое лицо.
На вид ей было около двадцати пяти лет, и, не смотря на кровь на лице, она все же была красивой. Ее глаза были узкими и черными.
– Я увидел на вратах половину эмблемы. Как я помню, это знак одного из шести
– Остановился. – перебила меня она. – Я видела, как ты пощадил тех воинов. Они и правда, не очень хорошо обучены. Но ты сохранил им жизнь. А это уже говорит о том, что у тебя есть честь.
Она приставила кулак к ладони, выставив перед собой и склонив голову.
– Ты очень хорошо тренирован, здесь спору нет. – произнесла она.
Я достал пару бинтов, перевязав себе разбитые руки.
– Ты тоже очень хорошо сражаешься, – ответил я, – и все же извини за то, что побил тебя. Я не знал, что под маской девушка.
– Если в ваш орден берут только мальчиков, то в наших домах обучали всех желающих. – проговорила она. – Я тоже была готова сразиться до самого конца, даже если и проиграю. Но я увидела, что тобой движет не месть, как твоим братом. Ты не такой как он. А еще я увидела во время боя с тобой еще что-то. Можно посмотреть?
Она придвинулась ближе, а я, немного с недоверием отпятился назад.
– Если не доверяешь, то не нужно было вытаскивать меня оттуда, – чуть улыбнувшись, сказала девушка.
Все же она приблизилась к моему плечу, разглядев несколько меток. Затем она посмотрела на меня, затем вновь на метки.
– Именно это я и заметила у тебя на плече. Но ты же еще так юн, а уже стал герцогом и братом дома гномов. – она немного недоумевающе посмотрела на меня. – Сколько времени прошло с момента твоего становления братом ордена?
– Несколько месяцев, – ответил я.
– Простите, герцог, – произнесла она, поклонившись, – за все то, что произошло здесь. Мы были бы рады встретить вас в другой, более дружелюбной обстановке. Но этого, больше не будет здесь, к сожалению.
– Потому я и остановился. – проговорил я. – Я не знаю, что здесь произошло, почему все здесь разрушено. Но я знаю, что так не должно быть.
Вдруг, сквозь двери ворвался очнувшийся воин, размахивая мечом, но девушка сделала ему пас рукой, и тот остановился.
– Знаю, что не совсем правильно рассказывать чужестранцам большие истории, но, теперь, кроме нее, у нас нет ничего. – проговорила девушка, потупив грустно взор.
– Думаю, я тут все равно до утра. – ответил я. – И если вы не против, я бы хотел услышать то, что было здесь, даже если это будет больно. А если нет, то я просто уйду, и никому не скажу дорогу сюда.
– У тебя есть честь, и мы тоже избрали путь чести, – сказала девушка, – я расскажу, и ты тоже будешь знать о том, что произошло здесь на самом деле…