Девятый талисман
Шрифт:
— Это… весьма грандиозный план, — неуверенно сказал Меч.
— Полагаю, да. — Артил опустил руки на ручки кресла. — Тебе нравится?
— Не знаю, — честно ответил Меч. — Мне нужно над этим подумать.
— Ну конечно, думай на здоровье! Уверен, ты поймешь, какая это великая идея. Твой собрат понял. И твой бывший Вождь тоже. — Он указал на Всезнайку с Фарашем.
Мечу этот аргумент не показался столь уж веским, как, судя по всему, полагал Лорд-Чародей.
— А с другими Избранными ты говорил? — поинтересовался
— Я разговаривал с новым Вождем — она себя называет Вожак, как, видимо, всегда поступали все Вожди. Она считает, что ей не положено работать со мной вместе, но сочла, что все это звучит весьма многообещающе.
— Довольно благоразумно.
— Красавица отказалась со мной разговаривать, а с остальными я еще не связывался. Был занят другими вещами.
— Понятно.
— Но надеюсь скоро их отыскать. Ты избавил меня от лишних забот, придя сюда вот так, незваным.
— Неужели?
— Ну да! Серьезно, Воин, я хочу, чтобы все власти Барокана — Лорд-Чародей, Избранные, Совет Бессмертных и многочисленное жречество — вместе поработали над тем, чтобы превратить наш Барокан в еще более процветающий край. Я хочу, чтобы вы все присоединились ко мне, помогли осуществить мои проекты, выдвигали свои предложения и давали советы, как лучше помочь нашему народу.
— Похоже, не больно-то ты нуждался в наших советах, когда начал строить дороги и дворцы.
— Ну, откровенно говоря, Воин, если бы я попытался заранее получить от всех согласие, как по-твоему, что бы из этого вышло? Мы бы и поныне спорили, кто должен говорить первым и как подсчитывать голоса. Нет, я предпочел взять инициативу в свои руки, чтобы все могли убедиться в полезности сотрудничества. Как только фургон стронулся, его двигать куда легче.
— Я… Могу я говорить откровенно, Артил?
Лорд-Чародей, откинувшись на стуле, махнул рукой:
— Да конечно, говори все!
— На первый взгляд, твои планы кажутся чудесными, но хоть я и молод, все же пожил достаточно, немало поездил и повидал и отлично понимаю, что далеко не всегда вещи оказываются такими, какими кажутся на первый взгляд. Я не готов вскочить и громко объявить, что твои замыслы — задел для великого будущего. Так что я подожду высказывать свое мнение, пока не увижу больше.
— Честные слова, — снова широко взмахнул рукой Лорд-Чародей. — Ты только дай мне шанс, и увидишь, что я руководствуюсь лишь благими намерениями и готов изменить все, что приносит больше вреда, чем пользы. — Повернувшись, он указал на очередное принесенное блюдо, на котором лежал десяток жутких мертвых паукообразных тварей: — Попробуй-ка вот это. Это называется крабы. Они водятся в мелководных морях возле Северных Болот. Я специально в первую очередь проложил дорогу до Северных Болот, чтобы их могли поставлять сюда и мне не приходилось бы летать туда всякий раз, когда захочется отведать крабового
— Крабы? — вытаращился Меч.
— Да-да, крабы. Вскрываешь панцирь и высасываешь мясо и сок. На побережье и Западных Островах они считаются деликатесом. Но пока не проложили дороги, их было невозможно доставить в глубь страны. Они не хранятся долго, и приходится их везти живыми в бочках с морской водой, а затем уже варить. Такое было невозможно, пока не построили дороги и фургоны. Правда, попробуй. Объедение!
Меч поглядел на мерзких тварей и содрогнулся.
— Нет, спасибо.
— Как хочешь. — Лорд-Чародей был явно разочарован. Он с хрустом оторвал ногу одной из тварей, вскрыл руками и, как и говорил, с явным удовольствием высосал мясо.
Меч отхлебнул пива, вытер губы и сказал:
— И еще одно.
— Что же?
— Я хочу поговорить с тобой частным образом. А потом с Фарашем и Всезнайкой. По очереди. Есть вещи, которые мне неловко обсуждать при всех. — Меч обвел рукой стол, за которым, помимо Лорда-Чародея, двух его советников и самого Меча, сидели еще пара дюжин секретарей, служащих и придворных, затем охватил еще и стражников в дверях и прислуживающих за столом служанок.
— Ну и насколько «частным» тебя устроит?
— Я имею в виду — наедине с каждым из вас. Без охраны, без слуг, и ты дашь слово, что не станешь использовать магию или какие-либо приспособления, которыми ты нашпиговал этот дворец, чтобы подслушать, о чем я говорю с другими.
Лорд-Чародей, немного подумав, подозвал одного из стражников.
— Воин, это Азал ори Таф, капитан моей гвардии, — сказал он, когда стражник приблизился к столу.
Меч кивком приветствовал капитана.
— Капитан, ты слышал, что он сказал?
— Конечно.
— И что думаешь?
Капитан окинул Меча оценивающим взглядом:
— Если он разденется догола и пойдет на встречу с тобой в той одежде, что мы ему дадим, и в то место, что мы укажем — где точно будем знать, что не припрятано никакого оружия, — и если ты будешь вооружен, то я считаю, что риска особого не будет.
— А моего слова, что я его не трону, недостаточно? — спросил Меч.
— Нет. Не тогда, когда жизнь моего господина под угрозой.
— Я не собираюсь делать ему ничего дурного.
— Ну, значит, тогда не станешь возражать и против выставленных условий.
— Ладно, принимаю, — вздохнул Меч. — Просто я считаю, что это лишнее. В конце концов, ты уж точно не заставляешь всех и каждого, кто приближается к Лорду-Чародею, следовать таким правилам.
— Ты не «каждый», — указал капитан. — Ты один из Избранных.
— Я и впрямь один из Избранных, — кивнул Меч. — Что ж, так тому и быть. Значит, после ужина?