Дейдара. Колыбель

Эрленеков Виктор Сергеевич

Подвал, буквально забитый припасами, а тут я хранил только те продукты, срок годности которых был увеличен, да и руны делали своё дело. Тут было всё, что я смог запасти, за время моего пребывания. Так как не всегда мне хотелось заниматься добычей пропитания, а развитая ферма давала достаточно продуктов, которые можно было переработать. Поэтому сейчас в подвале хранилось не только вино, но и сыры, тушёное мясо туров и одомашненных фазанов, которых я держал в качестве кур, тут были запасы зерна, соления в адамантовых бочках, варения из ягод и фруктов, вяленое мясо, и даже колбасы. Запахи в подвале витали просто умопомрачительные. Это стало заметно потому, как Бес сглатывал

слюну, проходя мимо того или иного шедевра.

Я же подошёл к большому баку, из бока которого торчал кран (тоже адамантовый, других не держим), и открыв его начал наливать вино в кувшин. Какофония запахов разбавилась потрясающими нотками фруктовых и цветочных ароматов, которые просто источало из себя золотистого цвета вино. Я долго мучался, пока у меня получилось изготовить именно такое вино, пришлось даже делать мобильный пресс, чтобы успевать отжимать сок сразу после сбора, чтобы он не успевал окраситься в красный цвет. Сейчас всё моё оборудование стояло тут же в холле подвала, возле пандуса. Хорошо, что у меня есть Земной Дух со своими элементалями, которые помогли убрать тут всё, после зверства, устроенного наречёнными. Сейчас ничего не напоминало об этом, только память сложно было деть куда-то.

– Жрать будешь? – я через плечо посмотрел на крутящего головой и носом Беса, и не дожидаясь ответа зацепил кусок подкопчённой оленины, кусок сыра и горшок кислого брусничного варенья. На своё счастье, в горах можно было найти немало ягод, одной из которых оказалась брусника.

Вот так вот нагрузившись провизией, я отправился на кухню, где у меня стоял довольно большой стол, а в шкафчиках было полно посуды из адаманта, золота, серебра, платины и тёмного ореха. Глиняной посуды у меня не было, из глины я делал только расходники – горшки для конфита и варений. Я шёл молча, точно зная, чего хочу, а Бес, как маленький мальчик шлёпал за мной следом. Впрочем, это было понятно – почти два с половиной метра, против метра семидесяти у Беса. Как Бильбо с Гендальфом. Впрочем, когда я положил угощение на стол, и поставил туда же внушительный кувшин с вином, всё внимание моего «хоббита» было привлечено только тем, что находилось на столе. Стол и основную мебель я делал, когда Урсула была со мной, поэтому основные пропорции мебели были рассчитаны на обычного человека, у меня же и тут был свой удобный стул, который больше напоминал исполинский трон, с укороченными ножками, иначе мне за столом было бы неудобно сидеть.

Большим адамантовым кухонным тесаком я тоненько порезал оленину, настругал твёрдый сыр, больше похожий на современный пармезан, в золотую мисочку положил брусничное варенье, из печи достал большую краюху хлеба (я смог договориться с Духом Огня, и теперь он работал как мультиварка, сначала подогревая форму с тестом, и опара подходила, а потом нагревал печь так, чтобы хлеб запёкся, а так как печь остывала о-о-о-чень медленно, то по утрам у меня всегда был свежий, душистый хлеб. Довершила картину золотая фаза с фруктами, которые хранились у меня в подобии холодильника, вот только основой девайса был не компрессор, а рунная магия, которая погружала фрукты в состояние подобное стазису, поэтому они на долго сохраняли свежесть.

Я рукой показал Бесу на стул (на нём раньше составляла мне компанию Урсула), а сам поставил на стол два кубка. Мой кубок, тот самый, который оставил валяться на полу Кок, я поставил себе, а Бесу выставил чуть меньше, но тоже из золота и камней, тоже сделанный когда-то для Урсулы. Также молча я налил серебрящуюся жидкость в кубки, уселся в кресло, и подняв свою чашу произнёс короткий тост:

– За встречу, Бес, -затем молча отпил

половину своего божественного напитка, и закрыв глаза наслаждался вкусом. Мой «гость» аккуратно попробовал напиток, потом жадно прильнул к бокалу губами и долго и медленно цедил ароматный напиток, а пока Бес впадал во вкусовой оргазм, я сложил вместе кусочек оленины, кусочек сыра, и обмакнув в брусничное варенье, отправил всё в рот.

– Офенил? – Произнёс я с набитым ртом, – не боись, мало будет, я ещё налью. У меня его много.

– Это божественно, – произнёс бес оторвавшись от кубка, и теперь с интересом рассматривал сам кубок, – а у тебя тут всё из золота?

– Нет, только то, что не особо важно конструктивно, – я откинулся на стуле, – скверный металл. Слишком мягкий. Я бы предпочёл титан, но его тут слишком технологически сложно обрабатывать. Условий нет.

– А ты знаешь, как обрабатывать титан? – Бес с интересом уставился на меня.

– Не только, – я пристально посмотрел на беса, – но ведь ты не затем притащил сюда свою тощую задницу, чтобы узнать, могу ли я обрабатывать тугоплавкие металлы. Так?

– Ну в общем, да, – Бес поёрзал на стуле, – у меня есть несколько вопросов и предложений.

– Ты угощайся. Мясо с сыром и брусничным соусом великолепны! – я кивнул на доску с нарезками.

Бес как-то робко взял пару кусочков, попробовал, а потом начал уплетать нарезку за обе щёки.

– Вас там плохо кормят, – с усмешкой сказал я, кивнув головой вверх, – так ты оставайся, подкормлю.

– У тебя всё исключительно натуральное, и методы сохранения продуктов своеобразные, – как-то со вздохом пролепетал Бес, – а в условиях дальнего рейда это не позволительная роскошь. В основном синтезированная пища.

– А у меня общение синтезированное, – сказал я, постучав пальцем по виску, – подруга ушла лет десять назад, теперь только с интерфейсом общаюсь.

– Куда ушла, – поинтересовался у меня Бес, – тут у тебя вообще всё очень хорошо устроено.

– Растворилась в эфире, – скиснув физиономией поведал я Бесу, – она же не вечная, в отличии, так сказать…

В воздухе повисла пауза. Каждый думал о чём-то своём, и в помещении повисла тишина, нарушаемая только звуком дыхания.

– А ты хотел бы, чтобы тут появились ещё люди, – нарушил тишину Бес, – такие же, как и ты?

– Были уже, – насупился я, – только у них крыша быстро потекла, а других тут нет.

– А я не про тут говорю, – посмотрел на меня осоловевшим взглядом Бес, видимо вино взяло своё, – я говорю про людей оттуда.

Бес ткнул пальцем в потолок кухни.

– Из моей спальни? – я посмотрел на Беса, как на полоумного, – Там нет никого.

– Дурак, – Бес совсем поплыл, – я говорю оттуда!

– Откуда? – до меня начало доходить, но я хотел понять, что мне предлагал Бес, – ты конкретнее говори.

Но Бес, допивший свой более чем поллитровый кубок, уже клевал носом в тарелку. Мне не оставалось ни чего, кроме как собрать его в охапку и отнести в комнату прислуги, где я его оставил в полной нирване, а сам пошёл на любимую скамейку, чтобы подумать в тишине сада. Хотя тут везде тишина, но в саду, возле памятника любимой мне думалось лучше. Что имел в виду Бес? Он хочет подселить ко мне соплеменников? Зачем? Что им делать на этой отсталой планете? Это лишь зародыш мира, тут нет ни чего, кроме этого, маленького поселения с единственным жителем, не считая домашних животных. Конечно, сейчас всё сопровождение хозяйств, особенно фермерских, велось с помощью элементалей, и неплохо бы добавить в них немного разумного, но мне совершенно не хотелось воспитывать новых людей из местных, ну вот совсем.