Дезертир

Гиренко Геннадий

– Ну, и что это было?

Стив пожал плечами.

– А то ты сама не знаешь! – буркнул он, кривя лицо.

Мэг кивнула, словно такой ответ мог её удовлетворить. Как ни в чём не бывало, она отвернулась и продолжила трёп с сержантом Йомингом по поводу того, как ей лучше спустить получку, накопленную за последнюю многомесячную операцию.

Он посмотрел на руку, где объёмным изображением светился коммуникатор, и, не обнаружив в нём никаких новых вводных, немного успокоился.

Матиста Блюм чертыхнулся, взбил подушку по-новому и повернулся на другой бок, явно собираясь продолжить прерванный сон. Жизнь возвращалась в привычное русло.

Планета, так несвоевременно

нарушившая своим тяготением строй боевых кораблей, приближалась прямо на глазах. Уже были различимы коричневые пятнышки материков, разбросанные на голубом фоне океанов. Облака, закрученные в спирали зарождающихся циклонов. Она плыла в окружении серебристой мерцающей атмосферы, отражавшей свечение далёкой звезды, в компании двух неброских, более похожих на булыжники, спутников.

Стив Хопкинс поглядывал на голографическое изображение и мысленно улыбался. Сколько его здесь не было? Возможно, семь месяцев и двадцать один день. А кто их считает? Совсем немного. За это время он уже успел соскучиться по этому затерянному среди сотен тысяч звёзд мирку. Его сюда тянуло. Влекло, необъяснимо маня в поросший зеленью уютный уголок оазиса жизни, со странным названием Ари.

Мир океанов, тропических островов, окружённых нескончаемыми пляжами, утонувшими в зелени, причудливой растительности и взметнувшихся ввысь стеклянных столичных небоскрёбов. Мир, просто созданный, чтобы провести здесь то недолгое время после изнурительной пустоты космического пространства. Не случайно крейсер «Блэкстарс» Федеральных Сил Урегулирования Конфликтных Ситуаций для своей новой дислокации выбрал именно эту планету.

Неизвестно, сколько сил и красноречия потребовалось генералу Гордону, чтобы уговорить совет дать им отдых именно в этой зоне обитаемого содружества. Никто не знал, а генерал, ясное дело, старался об этом не распространяться.

В сущности, никакой стратегической целесообразности в подобном решении для генерала не было. Планета Ари находится далеко от основных торговых путей содружества, чьи интересы по долгу службы крейсер обязан был охранять. Он нёс вахту на протяжении полугода плюс-минус пару недель пути до точек своего патрулирования. Просто подобная блажь иногда посещала генерала, чему экипажи, входившие в боевую группировку, были несказанно рады.

Система Конопуса разместилась на периферии обитаемого сектора. Её светило – звезда Эпсилон – вообще примостилось на ещё большем отдалении от основных скоплений жизни. А так как она причисляется к тем немногим мирам, имеющим статус планет-курортов, то и военно-космических баз на её поверхности в принципе существовать не могло. За исключением ремонтных доков, блуждавших в открытом космосе, где-то за пределами её спутников-сателлитов.

Правда, с Ари, как могло показаться на первый взгляд, дело было не таким простым. Её определили под место для отдыха вооружённых сил федерации и объявили частично закрытой для простых обывателей, при этом толком не пояснив, что значит слово «частично». Впрочем, кого волнуют подобные запреты, если планет, способных похвастаться букетом из климата, моря и экзотики, несмотря на кажущуюся безграничность Вселенной, не так уж и много? По правде говоря, никого, а прочитав в рекламных буклетах о сезонных аукционах на дорогостоящие побрякушки и новых ставках в казино, простые миллионеры теряли головы, драили свои разукрашенные яхты до зеркального блеска и мчались сюда, наплевав на всё и желая с головой погрузиться в сказочные развлечения планеты грёз.

Космос вокруг буквально кишел от различного вида и предназначения транспортных средств. В основном туристических яхт.

Разгонные

линии, висевшие на более высокой орбите, подсвеченные для пущей визуализации красными посадочными огнями от непрерывно стартовавших или прибывавших с них кораблей, были похожи на муравьиные тропы со сновавшими по ним туда-сюда аппаратами. А совсем рядом, всего в трёхстах километрах от поверхности, огромным раздувшимся шаром плыла станция космопорта, озарённая бликами голограмм непрерывно транслируемой объёмной рекламы, сообщавшей, что ядовито-зелёные шарфики снова вышли из моды, а на смену им пришли золотые галстуки, потрясающе сочетавшиеся с новенькими аэрокарами, только что поступившими на распродажу в местные аэросалоны.

И так не вязалась эта обыденная повседневная жизнь с проследовавшими по направлению к планете грозными боевыми кораблями, что диспетчеры чесали затылки, придумывая пути, куда бы перенаправить новые партии прибывающих туристов, сохранив гармонию, с таким трудом поддерживаемую целой армией служащих космопорта.

Стайкой перепуганных рыбёшек брызнули во все стороны курсировавшие между планетой и космопортом орбитальные такси. Сменил курс тянущий кавалькаду грузовых вагонов трудяга-контейнеровоз. Все старались как можно быстрее увеличить дистанцию между своими кораблями и этой непредсказуемой группой возвращавшихся из далёкого похода вояк. Упаси боже, если они своим присутствием смогут потревожить столь величественное шествие! Неприятностей не хотелось никому.

Стив движением руки стёр со стены голограмму планеты и вернул на прежнее место унылый, но нравящийся всем в его отделении пустынный пейзаж. Скучающим взором он посмотрел на Мэг, а та бесцеремонно пихнула его в плечо и, вопросительно заглядывая в лицо, спросила:

– Ты в спортзал? – Она ткнула ему под нос полотенце. – Спарринг?

Стив отрицательно мотнул головой. После того как они вышли из гиперпространства и планета так ощутимо заявила о своём присутствии, идти на тренировку ему резко перехотелось. Хотя всего час назад он сам подбивал капрала провести с ним поединок.

– Как знаешь. Я пойду.

Она вышла из их четырёхместного кубрика, чьё пространство кроме неё, Стива и Блюма занимал ещё один жилец. Но в данный момент тот шлялся неизвестно где, коротая время до предстоящего отпуска где-то в стальных дебрях крейсера. Одному богу известно, куда Томми в поисках развлечений мог отправиться в данный момент.

Браслет на руке у Стива едва ощутимо завибрировал. Пришло сообщение от Крейга. «Надо пошептаться», – прочитал он.

Стив отставил в сторону недопитую чашку. Поднялся на ноги и с тоской, а может, и с чуточкой зависти посмотрел на Матисту. Тот, кажется, мог заснуть при любых обстоятельствах, что бы вокруг ни творилось. Стив покачал головой, вышел из-за стола и, прихватив с собой недопитую чашку, решив выкинуть её по дороге.

«Где встречаемся?» – Отослал он ответ.

Это была очередная причуда Ричарда Крейга. Кстати, они у него никогда не заканчивались. Служба в корпусе электронной поддержки наложила заметный отпечаток на его поведение в повседневной жизни. Будучи в курсе всех событий, зная об электронной слежке за каждым из солдат, лейтенант Крейг страдал параноидальным синдромом преследования, что совершенно не отражалось на его профессиональных качествах.

Стив ему доверял. Всегда относился серьёзно, мало обращая внимание на бросавшееся в глаза странное поведение. Всегда внимательно его выслушивал, а кажущиеся порой совершенно бредовыми сногсшибательные теории воспринимал всерьёз, без улыбки, в отличие от остальных вояк, с кем тому по долгу службы приходилось общаться.