Диалоги
Шрифт:
Исполнение нравственного закона — это то, что должен сделать человек. Именно об этом нравственном усилии говорится в следующих словах Спасителя: «…Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф. 11, 12). Но спасение, то есть жизнь в Боге, «Царство Небесное» — хотя и не даруется без этих усилий, но и одними этими усилиями не достигается. Оно есть действие благодати, и потому: «Помилование зависит не от желающего и не от подвизавшегося, но от Бога милующего» (Рим. 9, 16).
Я поясню тебе это таким примером: представь себе прекрасный дворец. Двери его закрыты. Дорога к нему трудная и опасная. И хозяин дворца говорит людям: «Хотите войти во дворец?» Двое из них отвечают: «Хотим».
Хозяин отвечает этому человеку: «Помилование зависит не от желающего и не от подвизающегося, но от Бога милующего», — и не впускает его.
Другой скажет: «Я пришел, как Ты велел. Если возможно, окажи мне Свою милость и впусти меня. А если нельзя, если Ты считаешь меня недостойным жить во дворце, благодарю Тебя, что Ты указал мне этот путь, и позволь мне жить хотя бы около его дверей». И хозяин отворит двери и скажет: «Иди, ибо Царство Небесное силою берется и употребляющие усилие восхищают его». Но что скажет хозяин тем, которые не пошли вовсе и все же будут надеяться, что они окажутся во дворце? Хозяин скажет им: «Идите от меня проклятые в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его».
Неизвестный. Постой! Но ведь если так, если все от милости, то, очевидно, хозяин может не допустить прошедшего путь и, напротив, впустить того, кто прошел его плохо или не прошел вовсе?
Духовник. Твой вопрос так же нелеп, как — помнишь — вопрос: «Может ли согрешить Бог?» и вывод: «Если не может, значит Он не всемогущ!» Ведь Бог не только всемогущ, но и всесовершенен, и потому Он «не может» согрешить не потому, что не всемогущ, а потому, что всесовершенен. Так же и здесь. Не потому отворит двери хозяин дворца, что он обязан это сделать, не потому, что человек, пришедший ко дворцу, имеет право этого требовать «по делам закона», а потому, что хозяин — совершенная Любовь и совершенный Судья.
Неизвестный. Ну, кажется, я тебя начинаю понимать. Вопрос, значит, переносится в область внутреннего самочувствия. Спасение — не по формальному признаку, а по духовному состоянию.
Духовник. Совершенно верно.
Неизвестный. Но все же не можешь ли ты пояснить мне взаимоотношение закона и благодати?
Духовник. Взаимоотношение закона и благодати таково же, как взаимоотношение человеческой воли и воли Божественной. Человек для своего спасения должен привести к некоему единству свою волю с Божественной волей. И исполнение закона должно быть в полном единстве с действием благодати. Благодать не отменяет закон, а восполняет его. И Господь не упраздняет свободной воли человеческой, а восполняет и объемлет ее своей Божественной волей. Иногда воля Божия может на время приостанавливать действие свободной воли человека. И благодать выше закона и потому в отдельных случаях может приостанавливать действие закона.
Неизвестный. Что ты разумеешь под словами: «Приостанавливать действие закона?»
Духовник.
Неизвестный. Понимаю. Но вот вопрос о практическом, а не о теоретическом взаимоотношении закона и благодати все же для меня еще недостаточно ясен.
Духовник. Представь себе, что ты должен поднять тяжесть в несколько пудов весом, сил у тебя мало, но Господь повелевает поднять ее. Как тебе поступить? Отказаться? Сказать: «Не под силу, не могу?» Это — страшный грех. Взяться за дело, рассчитывая на свои силы? Это — грех еще более страшный. Ты должен исполнить повеление Божие в полном сознании ничтожности своих сил и в твердой уверенности в Божественной помощи. Что от тебя требует Господь? Он требует от тебя непосильного. Он требует, чтобы ты встал, протянул свою руку и начал всеми своими силами поднимать тяжесть. Это и есть нравственный закон и личное твое участие в достижении совершенства. Когда ты будешь исполнять это — невидимо всемогущая рука соединится с твоею рукою и вместе с тобой будет поднимать непосильную для тебя тяжесть. Это — благодатная помощь в самом исполнении нравственного закона. Это то, что преподается тебе в таинствах. А дальше всемогущая рука возьмет тяжесть из твоих рук и сама поднимет ее на ту высоту, до которой не могут дотянуться твои руки — это то высшее благодатное состояние, которое совершенно не зависит ни от твоих усилий, ни от твоих заслуг, которое дается милосердием Божиим по Его святой воле. Вот тебе наглядное изображение практического взаимоотношения закона и благодати.
Неизвестный. Теперь мне это совершенно ясно, но я должен спросить тебя еще об одном. Ведь достигающих этого высшего состояния — ничтожное меньшинство, можно сказать — единицы, а ты приводишь следующие слова св. Симеона Нового Богослова: «Если у нас нет этого искания Духа Святого, то напрасен всякий труд и суетно всякое делание наше, бесполезен путь, не ведущий к сему». Значит путь громадного большинства бесполезен, потому что большинство этого высшего благодатного состояния не имеет. Как же так?
Духовник. Отвечу тебе словами св. Макария Великого из его 38-й беседы «О совершенстве». Там говорится:
«Вопрос: Если некоторые продают имения, отпускают на свободу рабов, стараются исполнить заповеди Божии, но не стараются в мире сем принять Святого Духа, то неужели не войдут они в Царство Небесное?
Ответ: Это предмет тонкий для рассуждения, ибо некоторые утверждают, что Небесное Царство одно и геенна одна; мы же говорим, что много степеней, различий и мер и в Царстве Небесном, и в геенне».
Неизвестный. Этот ответ не вполне удовлетворяет меня. Но я понимаю, что, может быть, большего человек и не может в этой области знать.
Духовник. Какие же еще вопросы остались у тебя?
Неизвестный. Как всегда самое трудное я оставляю на конец.
Духовник. Что же именно тебя затрудняет?
Неизвестный. Вопрос о самом идеале христианской жизни.
Духовник. Поясни это.