Диалоги
Шрифт:
e
– Какое же мы собираемся приобрести знание, если правильно к этому приступить? Не то ли, попросту говоря, что принесет нам пользу?
– Несомненно, – сказал он.
– Ну а принесло бы нам какую-то пользу уменье обнаруживать, обходя землю, большие залежи золота?
– Быть может, – отвечал он.
– Но ведь перед этим, – возразил я, – мы установили, что ничего бы не выгадали, даже если бы без хлопот и раскопок у нас в руках оказалось все золото; и если
289
бы
– Конечно, – отвечал он, – припоминаю.
– Точно так же, видимо, и от любого другого знания не будет никакой пользы – ни от уменья наживаться, ни от врачебного искусства, ни от какого иного, если кто умеет что-либо делать, пользоваться же сделанным не умеет. Разве не так?
Клиний согласился.
b
– Даже если бы существовало уменье делать людей бессмертными, но мы не знали бы, как этим бессмертием пользоваться, и от этого не было бы никакой пользы, – если только данный вопрос надо решать на основе того, в чем мы ранее согласились.
Все это он подтвердил нам.
– Следовательно, прекрасный мой мальчик, – продолжал я, – мы нуждаемся в таком знании, в котором сочеталось бы уменье что-то делать и уменье пользоваться сделанным.
– Это ясно, – отвечал он.
c
– Значит, как видно, нам вовсе не нужно становиться искусными в изготовлении лир и сноровистыми в подобном уменье. Ведь здесь искусство изготовления и искусство применения существуют порознь, хотя и относятся к одному и тому же предмету, ибо искусство изготовления лир и искусство игры на них весьма отличаются друг от друга. Не так ли?
Он согласился.
– Точно так же не нуждаемся мы в искусстве изготовления флейт: ведь и здесь такое же положение.
Он выразил согласие.
– Но, во имя богов, – сказал я, – если мы изучим искусство составления речей, то именно приобретение этого искусства сделает нас счастливыми?
d
– Я этого не думаю, – отвечал Клиний, схватив мою мысль.
– А как ты можешь это обосновать? – спросил я.
– Я знаю некоторых составителей речей, не умеющих пользоваться собственными речами, которые сами они сочинили, подобно тому как изготовители лир не умеют пользоваться лирами. В то же время есть другие люди, умеющие пользоваться тем, что первые приготовили, хотя сами приготовить речи не умеют. Ясно, что и в деле составления речей искусство изготовления – это одно, а искусство применения – другое.
e
– Мне кажется, – сказал я, – ты достаточно веско доказал, что составление речей – это не то искусство, обретя которое человек может стать счастливым. А я уж подумал, что здесь-то и явится нам знание, которое мы давно ищем. Ведь мне и сами эти мужи,
290
Только искусство заклинателей – это завораживание гадюк, тарантулов, скорпионов и других вредных тварей, а также недугов, а искусство сочинителей речей – это завораживание и заговор судей, народных представителей и толпы. Или ты думаешь, – спросил я, – иначе?
– Нет, я думаю то же, что ты говоришь, – отвечал он.
– Так к чему же, – спросил я, – мы еще обратимся? К какому искусству?
– Что-то я не соображу, – отвечал он.
– Но, – вставил я, – кажется, я нашел!
– Что же это? – спросил Клиний.
b
– Мне представляется, – отвечал я, – что искусство полководца более чем какое-либо другое, если им овладеть, может сделать человека счастливым.
– А я так не думаю.
– Почему? – спросил я.
– Да ведь оно напоминает искусство охоты – только на людей.
– Ну и что же? – спросил я.
– Никакое охотничье искусство, – отвечал он, – не идет далее того, чтобы схватить, изловить. А после того как дичь, за которой охотятся, схвачена, звероловы и рыбаки уже не знают, что с нею делать, но передают
c
свою добычу поварам; а геометры, астрономы и мастера счета, которые тоже ведь охотники, ибо не создают сами свои задачи, чертежи и таблицы, но исследуют существующие, – они (поскольку не знают, как этим пользоваться, а занимаются лишь охотой), если только не совсем лишены разума, передают диалектикам [37]заботу об использовании своих находок.
– Значит, прекраснейший и мудрейший Клиний, вот как обстоит дело?
d
– Конечно. И стратеги, – продолжал он, – таким же точно образом, когда захватят какой-либо город или военный лагерь, передают их государственным мужам, ибо сами они не умеют воспользоваться тем, что захватили, наподобие того как ловцы перепелов передают их тем, кто умеет перепелов откармливать. И если нам необходимо искусство, которое, сделав какое-то приобретение, создав что-либо или изловив, само же и умеет этим воспользоваться, и такое искусство сделает нас счастливыми, то надо искать какое-то иное искусство, не полководческое.
e
Критон.Что ты говоришь, Сократ? Этот юнец мог произнести такие слова?
Сократ.А ты не веришь этому, Критон?
Критон.Клянусь Зевсом, нет. Я думаю, что, если он такое сказал, он не нуждается в обучении ни у Евтидема, ни у кого-либо еще из людей.
Сократ.Но, быть может, во имя Зевса, это молвил Ктесипп, а я просто запамятовал?
Критон.Какой там Ктесипп!