Диаспора
Шрифт:
— Подумай, — продолжил он. — Подумай, куда здесь, на Фронде, деваться «засвеченному» типу из Второго Посольства? Такому типу, который к тому же еще и боится идти на контакт с тобой? И не зря боится. Потому что понимает, что теперь он — отработанный материал. Куда? Сдаться госбезопасности и остаться беженцем на нищей планетенке? Нищим беженцем. Потому что за все секреты, которые он притащит с собой, не так уж много и дадут. Подумай, какие у него еще есть варианты? Подумай также, какие карты у него на руках?
Мюрид сглотнул слюну. Лицо его изобразило величайшее напряжение
— У него на руках четыреста восемьдесят килограммов «пепла», — выдавил из себя он. — На борту «Ганимеда». Он лучше всех нас осведомлен об этой операции. С этим он может пойти к кому-то, кто даст ему «крышу». К кому-то из конкурентов. К такому, который имеет партнеров там, в Диаспоре. Чтобы перехватить кораблик. К такому, кто пообещает ему выправить ксиву и оплатит билет куда-нибудь к черту на кулички...
— Неплохое предположение, — оценил его умственные труды Кубла. — Только вот для того, чтобы выйти на такого авторитета, у которого есть партнер на Инферне, в Диаспоре, надо в нашей жизни разбираться очень хорошо. Или знать такого доку, который тебя сведет с кем надо. А у Второго Посольства только один такой дока в запасе — проклятый иуда Бибер, которого ты не слишком активно ищешь...
— Он найдется. Деться ему некуда. А вот наш человек из Второго Посольства вряд ли его отыщет. А если и отыщет, то тот его, пожалуй, заложит...
— Ты все-таки плохо просчитываешь ситуацию, — с грустью в голосе заметил Кубла. — Бибер сейчас — проваленный резидент. У Второго Посольства он под подозрением. Так что шантажировать его — проще простого. А вот о той норе, в которой он сейчас сидит, человек Второго Посольства может знать гораздо больше нас. Может, он нас как раз и выведет на проклятого Бобра... Не спускай с него глаз. И не спускай глаз с этой, как ее... рыжей сучки, которая у Бобра секретарила.
Мюрид снова сглотнул ставшую горькой слюну. Чудовищный прокол с подменой Мардж Каллахан на ее сестрицу попортил ему немало крови.
— Может быть, снова поработать с ней? Поплотнее? — осведомился он.
— Плотнее надо взяться не за эту заразу, а за тех, кто будет крутиться вокруг нее и этой их конторы... Как ее... «Риалти»... Кто-то теперь туда наверняка наведается. И думаю, что этот «кто-то» будет как раз нашим человечком из Второго Посольства... Но это не главное!
Молчание повисло в воздухе. Змеиные зрачки Кублы гипнотизировали Мюрида.
— Но это не главное...
Кубла поморщился так, словно речь шла не о «засвеченном» агенте и его секретах, а о некоем докучливом насекомом, недостойном даже упоминания в приличном обществе. Но зрачки его оставались неподвижны.
— Главное — это «пепел»! Главное — знать, что с «Ганимедом»... Если мы не имеем возможности докричаться до нашего
Мюрид задумался.
— Это будет очень дорого стоить, — с некоторой робостью в голосе произнес он. — Я имею в виду корабль, бот... Набрать команду не составит труда. Безработных специалистов — как собак нерезаных...
— Мне не нужны случайные шавки! — Кубла резко взмахнул рукой. — Это должны быть люди дисциплинированные. И на все готовые в то же время!
— Все равно это не проблема, шеф, — пожал плечами Мюрид. — Наберем из бывших в Космодесанте. Но вот за корабль военные запросят много. Они у нас — люди обеспеченные. Я — про генералитет. А иметь дело придется именно с...
— С расходами считаться не приходится! — оборвал его Кубла. — Когда Большой Кир «включит счетчик», о деньгах придется забыть вообще! Но мы вернем все сторицей, когда я доберусь до «Ганимеда»...
— Как? — искренне поразился Мюрид. — На ботике Орбитальной стражи?
Кублу перекосило от глупости подручного. Он повернулся к нему спиной и решительно зашагал к ближней стене, ограждающей двор «Кречета». Похоже было, что он собирается пробить ее лбом. Однако, дойдя до стены, он резко повернулся и двинулся на Мюрида, глядя куда-то сквозь него, в затянутую сеткой реденького снегопада даль. Он уже готов был, показалось, пройти сквозь массивную тушу своего бестолкового вассала, как сквозь туман, но вдруг остановился перед ним и, уставившись снизу вверх в его преданные зрачки, заговорил тихо и зло:
— Очень жаль, что мне приходится оставлять все дела на такого ишака, как ты, Мюрид! Надеюсь, что я не застряну на Инферне надолго... Постарайся выслушать меня внимательно: операцию надо подготовить и провести быстро. Очень быстро. Молниеносно!.. Слушай и запоминай...
Выйдя за ворота «Кречета», Мюрид подошел к ожидавшему его бронированному «Опель-Даймонда», молча забрался на заднее сиденье и, бросив шоферу-телохранителю короткое: «В город!», резким движением открыл вмонтированный в стенку салона бар. Вытащив из держателя хрустальный графин с бренди, он не стал чикаться со стаканами, а просто сделал несколько основательных глотков прямо из горлышка. Сунул посудину на место, закрыл глаза и провел растопыренными пальцами по лицу.
Пальцы у него дрожали.
Восточное ущелье сначала не показалось Кириллу чем-то особенным. И только когда они зашли в него достаточно далеко, он начал понимать, насколько громаден этот каменный коридор, стиснутый с обеих сторон уходящими все круче и круче ввысь стенами скал. А по дну этой пропасти, набирая силу от сочащихся отовсюду родников, журчали сначала разрозненные ручейки, а затем шумела образовавшаяся от их слияния небольшая, но довольно бурная речка. Вдоль ее берега пролегала тропа.