Дичь
Шрифт:
— Вот бабы, да? Вот бабы! Ну, на кой черт она побежала? А? И где ее бравада недавняя! Обделалась больше других в итоге! Вот бабы, да? — скороговоркой твердил Семен, — Я же говорил, что Зона не любит женщин! Я говорил!!! Зачем она побежала? Да просто Зона позвала! Я же говорил! Я говорил! Зачем она побежала? Себя погубила, дура, и тебя тоже! Вот бабы, да?
— Помоги, — прохрипел генерал, булькая рвущейся из раны кровью, брызжущей сквозь пальцы сжимающих горло ладоней.
— Слышь, Дудко, я не могу тебе помочь. Нечем просто. — Он щелкнул затвором своего ВССа.
Генерал
— И еще, генерал, я ведь так и не простил тебе, что ты с депутатом против меня взбунтовались. Не простил. — Наставник выстрелил генералу в голову.
Воцарилась тишина. Семен поднял «Абакан» генерала и, включив рацию, стал быстро говорить.
— Суккуб, времени нет, поэтому слушай молча и запоминай. Я в живых остался один. Этот Сотник просто дьявол какой-то. Мы в паре километрах от финиша. Если через десять минут я с тобой не выйду на связь, то жди гостя. Вся надежда на тебя. Все. Надеюсь, до связи… Семен выключил рацию и стал осторожно подниматься к железнодорожному полотну.
— Один значит остался? Я все слышал, Упырь! — раздался голос совсем рядом.
Охотник бросился на землю и кубарем покатился вниз. Оказавшись в траве, он замер.
— Не старайся. Я тебя вижу, Упырь.
— Дима. Это ты, — усмехнулся Семен.
— Что же ты меня дичью не зовешь? А?
— Зауважал. Ты молодец, Сотник. Ты не представляешь, какой ты молодец. Ты победил, понимаешь? — охотник напрягал зрение, глядя в прибор ночного видения, но так и не мог увидеть жертву. Судя по направлению голоса, тот явно прятался за цистерной. Где-то среди колес.
— Я еще не победил. Ты ведь еще жив. — Ответил Сотник.
— Так мы вместе теперь, напарник! Все! Мы богаты! Послышался злорадный смех.
— Как же ты боишься, Упырь.
— Откуда ты кличку мою знаешь?
— Знаю.
— Неужели, мы себе в жертвы сталкера выбрали? Не может быть такого.
— Нет. Я не сталкер. Вчера еще им не был.
— Кто же ты? — Семен медленно вынул чеку из гранаты.
— Я — ДИЧЬ!
Охотник замахнулся, чтоб швырнуть гранату за цистерну, но Дмитрий, державший его на мушке, опередил своего врага. Пуля разворотила Семену плечо. Граната упала прямо перед ним. Он попытался отпрыгнуть, крича от боли в плече, и грянул взрыв.
Оторванная нога лежала рядом. Семен глядел на нее непонимающим взглядом. Как его, матерого сталкера, смог обойти этот мальчишка?
— Ну что, Упырь, я же говорил, что убью вас всех и нассу тебе в череп, — покачал головой Сотник, склонившись над изуродованным охотником. Но ты избежишь позора и умрешь быстро, если скажешь мне, с кем ты говорил по рации. Ты называл его Суккуб.
— Суккуб… — простонал Семен.
— Это тот, кто охраняет мою девушку?
— Да… Суккуб тебе не по зубам…
— Ну, это не твоя забота. Скажи мне правду, она жива?
— Она жива… Но Суккуб не позволит тебе… Ты не одолеешь Суккуба…
— Поглядим, — Дмитрий вставил ствол автомата охотнику в рот и нажал на курок.
*
Здание,
Дмитрий блуждал по этажам и коридорам здания, но так и не нашел никого. Даже намека на то, что тут держали пленницу, не было. Уже стало светать. Остальные строения сортировочной станции были небольшими и также пустовали. Сотник все время возвращался к этому люку. И с ужасом думал, что вероятно Суккуб, поняв поражение, сбросил Лену кровососам и ушел. Дмитрий светил фонариком вниз, но никаких следов растерзанного тела не видел. Зато кровососы начинали истошно вопить и бежать на луч света.
Сотника охватила паника. Он боялся не за себя. Он боялся за Лену. Этот страх заставил его пойти на отчаянный шаг. У него была рация генерала. Единственная целая рация, которая ему досталась от мертвых преследователей. Дмитрий включил ее.
— Суккуб! Это Сотник говорит. Это ваша ДИЧЬ! Верни мне Лену. Я прошу тебя. Я знаю, что ты меня слышишь. Вы проиграли. Но с тобой мы квиты. Только отдай мне мою девочку! Не молчи!!! Я знаю, что ты меня слышишь!!! Дай мне хотя бы услышать ее!!!
Рация затрещала, послышался какой-то шум и возня. Затем знакомый и ласковый голос прошептал из динамика…
— Димка, родной мой, со мной все в порядке. Я жива. Не бойся, мой золотой.
— Лена! — слезы счастья покатили по щекам Дмитрия. — Лена, где ты!
— Погоди. Он уходит. Дай слово, что не будешь стрелять в него. Я обещала. Он отпускает меня. Он уходит.
— Да! Да конечно, Лена! Я клянусь, я не причиню ему вреда!
— Родной мой… — шептала девушка. — Я так боялась за тебя. Я так по тебе истосковалась! Я люблю тебя мой золотой!
— Где ты?
— Я сейчас приду к тебе, Димка… — девушка тоже плакала.
Он был счастлив. Он прошел все испытания. Он сейчас увидит Лену. Его радость поддержал рассвет. И чистое небо. Необычно чистое для Зоны. Он хотел увидеть этого Суккуба. И хотел прикончить его. Но он дал слово Лене.
Лена! Она возникла так неожиданно. Она стояла у него за спиной и улыбалась. Такая красивая! Но почему она в камуфлированном комбинезоне?
Выстрел был подобен грому, а жгучая боль в боку была подобна удару молнии. Дмитрий выронил оружие и упал на колени, схватившись за рану.
— Суккуб, это я, — пропела томным голосом улыбающаяся Лена. — Там на пикнике, я подсыпала тебе клофелин.
Большую боль, чем прошившая его пуля, доставляла эта нереальная дикая правда. Лена сдала его охотникам. Лена выстрелила в него из пистолета. Лена — Суккуб! Лена! Он не хотел верить в это. Его разум боролся с реальностью.