Дикарь

Жигалов Александр

— Кого убиваете? — поинтересовался он, склонивши голову на бок.

— Еще не помер? Тут один… привел этих вон, которые там, — Миха махнул рукой. — И мать свою зарезал. Вот его и того.

— Это правильно, — маг глаза открыл. — Предлагаю союз?

— Вот так и сходу?

— Отчего нет.

— Чтобы опять моими руками жар загрести?

— Вроде того. Но… честно. Скажи, что я тебе не помог?

Миха задумался и вынужден был признаться:

— Помог.

— А что цели у меня свои были, так что ж тут

такого. Это как раз и нормально.

— И сейчас?

— Сейчас все сложнее, — он заложил руки за спину и пошел вдоль ограды. А в воротах появился давешний стражник. — Так уж получилось, что мы с сестрой… как бы это выразиться… нам не стоит возвращаться в Город.

Маг оглянулся, убеждаясь, что Миха никуда не делся.

— Более того, нам лучше держаться от Города как можно дальше. И не все мои родичи будут с этим согласны. В то же время изначальный план тоже не кажется удачным. Мешеки слишком другие. И вполне возможно, что они вновь схлестнутся с магами.

Миха задрал голову.

Солнце припекает. А маг опять молчит. Вопросов ждет?

— Я при чем?

Миха точно не собирается ввязываться в глобальные войны, магов ли с мешеками, мешеков ли с магами.

— Возможно, что и ни при чем. Но юный барон назвал тебя наставником.

Когда только успел, засранец.

— И заявил, что ты находишься под его покровительством.

— А ты взял и проникся?

— Не совсем, — он умел улыбаться, этот треклятый маг. — Скажем так, если бы я видел в тебе врага, это покровительство ничего бы не значило.

— А ты не видишь?

— Ты помог мне. Я тебе. Я сделал все, чтобы облегчить твою участь. Ты сделал то, чего от тебя ждали. Воевать нам не за чем. А вот союз может принести обоюдную пользу.

Ага, если Миху опять не сунут в котел чужого безумия.

— Моя сестра предложила остаться в крепости. И я согласен. Это неплохое место. Перспективное. Но для того, чтобы удержать крепость, нужно дружить с ее хозяином. И с тем, кого этот хозяин почитает для себя важным. В свою очередь два мага немалой силы тоже могут принести пользу.

Миха кивнул.

А что, польза — вещь такая. И от старого козла быть может, что уж тут о магах говорить.

— Клятва, — Миха повернулся и заглянул в глаза магу. — Ты и твоя сестрица не пытаетесь вредить. Мне. Или мальчишке. Или его невесте.

— Невесте?

— Еще не донесли?

— У моей сестры были определенные планы.

— Пусть засунет их в…

— Ты слишком прямолинеен, — маг слегка поморщился. — Но да, в этой ситуации клятва определенно будет не лишней. И да, я готов её принести.

— Вот так просто?

— Можем и сложно. Если надо. Костер. Кровь. Магия. Но вообще лучше бы так.

— Почему?

— Возни меньше, — маг пожал плечами. — На самом деле главное сила. Если есть хоть капля, то она станет свидетелем слову. Поэтому маги не

любят давать обещаний.

В чем-то их можно было понять.

— А еще нет такой клятвы, которую нельзя обойти. Надеюсь, ты это понимаешь?

Миха кивнул.

Понимает.

— С чего такая доброта?

— Нам и вправду нужны союзники, — маг смотрел устало. — А ты должен был сдохнуть, но выжил. Выбрался. И мальчишку вытащил. Ты одолел драгра. И разбойников. Это довольно много. Да и… старый мой наставник знал свое дело. Так что потенциал у тебя хороший. Не след разбрасываться.

Миха прищурился.

И потрогал макушку. Солнце припекало, припекало, как бы и вовсе не напекло-то?

— Добре, — сказал он, прислушиваясь к себе. Никакого отклика силы не последовало. — Будем союзниками. Но клятву все одно принесешь. И да, если твоя сестрица решит, что самая умная, предупреди. Голову магу свернуть ничуть не сложнее, чем обычному человеку.

Маг улыбнулся.

— Сам ей и скажешь.

Глава 49

В покоях императора едва ощутимо, но терпко, сладко, пахло кровью. И запах этот дразнил, заставляя Верховного крутить головой, пытаясь понять, откуда же исходит он.

Понять не получалось.

— Входи, — глухой голос маски вызвал желание пасть ниц. — Рад видеть тебя в добром здравии, друг мой.

А она изменилась с прошлого раза. Стала будто бы… человечней?

Пожалуй.

Черты лица другие. Тоньше. Мягче.

И походили они на те, полузабытые, которые изначально скрывали от жадных взоров. Маска сложила губы в улыбке.

— Удивлен?

— Да, — Верховный все же поклонился. Колени дрожали, а руку подергивало. Ночью золота стало еще чуть больше, а с ним и голода.

И жареное мясо, которое поднес мальчишка-раб не способно было утолить его.

Но Верховный взял кусок и положил на лепешку. И мясо, и лепешка, и даже острый красный соус показались вдруг нестерпимо пресными.

— Тебе нужно запить, — Император протянул собственный кубок.

Высочайшая милость.

И… запах крови шибает в ноздри, заставляя желудок мучительно сжаться. Руки дрожат. И рот наполняется слюной, предвкушая первый глоток.

— Пей, — Император наблюдает. — Все.

— Это…

— Кровь девицы. У девиц она более сладкая. У женщин пряная. У мужчин отдает мускусом, но если смешать, можно получить вовсе удивительный букет.

Рука дрогнула, но чашу не уронила.

Кровь и вправду оказалась упоительно сладкой. И Верховный допил. До дна. И с трудом удержался, чтобы не слизать тягучие капли со стенок чаши.

— Чем я стал?

— Существом, которому дарована была жизнь, по его просьбе, — Император откинулся на подушки, и ему поднесли еще одну чашу. — Ты принял на себя частицу благословения.