Дикарка
Шрифт:
Лия слишком поздно поняла, что гораздо большая опасность может подстерегать ее внутри дома.
«Если ты переступишь этот порог, тебе придется провести еще одну ночь наедине с Марко…
А ты поклялась, что никогда больше этого не допустишь».
– Иди же, – нетерпеливо сказал Марко.
Она, колеблясь, остановилась на пороге и нервно оглянулась через плечо.
Солнечный свет уже почти погас, на лесную чащу легли зловещие тени. В водах озера не отражалось больше яркое солнце, вода стала мрачной и темной, теперь
– Подумываешь о бегстве? – спокойно спросил Марко.
Она медленно посмотрела на него, не желая признаваться в своих тяжелых предчувствиях.
– На твоем месте я не стал бы этого делать. До ближайшего города много миль. Гарантирую, что в этом лесу полно медведей и диких кошек. Здесь еще водятся гремучие змеи, я уж не говорю о комарах, – ручаюсь, таких ты еще не видела.
Лия не сказала ни слова, молча содрогнувшись от его слов.
– Здесь, со мной, ты будешь в полной безопасности, – сказал ей Марко. – Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, Лия. Я уже обещал тебе это сегодня на границе. И знаю, что ты поверила мне. Не надо идти на попятную.
– Кто сказал, что я тебе поверила?
– Ты, – ответил Марко. – Ты же ничего не сказала таможенному чиновнику на границе. Этим ты мне все сказала.
– Ты ничего не понимаешь.
– Нет, понимаю.
Придерживая одной рукой дверь, Марко шагнул к Лии. Свободной рукой он взял девушку за подбородок и приподнял ей голову.
На мгновение Лии показалось, что сейчас Марко наклонится и поцелует ее.
Но он не стал ее целовать, и Лии стоило большого труда скрыть свое разочарование.
– Я все вижу по выражению твоих глаз, – объяснил Марко.
– Вот и отлично. Теперь ты прекрасно знаешь, что я тебе не доверяю.
Он тихо рассмеялся:
– Знаешь, я увидел совсем другое.
Она опять ощутила страстное желание, чтобы он поцеловал ее. Она даже прикрыла трепещущие веки в ожидании.
Однако Марко отнял руку от ее подбородка.
– Только после вас, – произнес он, галантно подталкивая Лию к входу в хижину.
Марко не был здесь с июля, но впечатление было такое, словно он и не уезжал.
Надолго отлучаясь, он всегда боялся по возвращении обнаружить, что какие-нибудь бродяги, грызуны или насекомые-древоточцы привели дом в негодность.
Но опасения были напрасны, такой беды не случилось за все пятнадцать лет, что простояла хижина. Не стал исключением и нынешний приезд. В домике было чисто и уютно.
Оставив Лию спящей в машине, Марко прошел в дом и первым делом открыл все окна, чтобы проветрить помещение. Конечно, с этим можно было и подождать, потому что сначала надо было позвонить по сотовому телефону, а Марко очень хотелось оттянуть разговор.
Звонок означал, что план задуманной и выполненной им операции вступает в решающую стадию.
Придирчиво
– Все сделано, – произнес он, услышав на противоположном конце линии знакомый голос. – Мы в хижине.
– Отлично, а теперь слушай внимательно.
Слушая инструкции, Марко думал, что должен существовать способ отказаться от плана, который он сам с таким усердием разработал.
Но Эстевес лучше других понимал, что это невозможно.
Завтра все закончится, и Лия исчезнет из его жизни навсегда.
Правда, у них впереди еще сегодняшняя ночь.
Оставив Лию в дверном проеме гостиной, он подошел к низенькому столу у большого двухстворчатого окна и зажег старинную керосиновую лампу.
Мерцающий огонек отбрасывал мягкие блики на стены единственной комнаты хижины, если не считать маленькой кладовки и не закрытой занавеской ванной.
Марко оглянулся, пытаясь взглянуть на убранство дома глазами Лии.
Заметила ли она грубо обработанные потолочные балки, резные внутренние наличники окон, гладкий дощатый пол, окрашенный в светло-желтый цвет?
Заметила ли она сложенный из камней камин, украшенный старинной плиткой, и каминную полку со свечами?
А длинную низкую книжную полку, сделанную из сосновых досок и поставленную на опоры из добротного красного кирпича, уставленную томами классиков, которых Марко когда-то открыл для себя на уроках английской литературы в средней школе?
Оценила ли она покрытый затейливой резьбой столик, купленный по случаю на блошином рынке в Гамильтоне, два кресла-качалки по сторонам камина и плетеный веревочный коврик на полу?
Марко увидел, что Лия заинтересованно посмотрела в укромный угол, служивший кухней.
В «кухонном» углу Марко оборудовал навесные полки, уставленные самым необходимым: консервами, сухим молоком и бутылками с водой. Там же стояли плотно укупоренные емкости с рисом и макаронами. К стене была подвешена раковина с краном холодной проточной воды. Возле печки аккуратной поленницей были сложены дрова.
Бегло осмотрев кухню, Марко взглянул на Лию. Увидев, что она покраснела, Марко проследил за ее взглядом и понял, что Лия внимательно рассматривает главную достопримечательность гостиной. Кровать.
Это было массивное дубовое сооружение с четырьмя высокими, под потолок, стойками. Спинки были покрыты резным растительным орнаментом, в изголовье лежали две взбитые подушки, матрас покрыт стеганым одеялом, купленным в магазине уцененных товаров много лет назад.
Старуха – владелица магазина сказала тогда Марко, что для своего почтенного возраста, а одеялу без малого сто лет – «как мне», подмигнула старая женщина молодому человеку, – оно прекрасно сохранилось.
Потом хозяйка спросила Марко, не знает ли он, что означает круглый узор, украшавший одеяло.