Дикая лихорадка

Грант Донна

Перевернувшись на спину, девушка зевнула и потянулась. После того жуткого ощущения ночью, ей потребовалось несколько часов, чтобы заснуть.

Она хотела отшутиться, будто это игра её воображения, но она не могла. Страх охватил её и не отпускал, вплоть до предрассветных лучей.

Оливия выдохнула, посмотрела в окно, где золотые лучи утреннего солнца пробивались сквозь жалюзи. Звук мягкой работы её потолочного вентилятора перемешанного со звуками из кухни и мягким напевом её бабушки вернул её обратно в детство.

Если бы она

только могла вернуться назад в ту ночь, когда уехала. Насколько бы отличалась её жизнь, если бы она осталась. Но нет смысла уже думать о том, что могло бы быть или как следовало бы поступить.

Оливия скинула одеяло и, поднявшись, направилась в ванную. Простояв пятнадцать минут под душем, она оделась и была готова встретить новый день. Что бы он ни принёс.

— О, прекрасно. Ты встала, — сказала бабушка с улыбкой, прежде чем повернулась к плите. — Бекон на столе.

Оливия схватила кусочек и откусила. Она потянулась за кухонным ножом и начала резать все еще теплый хлеб.

— Какие планы на день?

— Мне нужно сходить к Грейс. Я испекла ей хлеб и еще отнесу гамбо.

Грейс была лучшей подругой бабушки еще с тех времен, когда они были девчонками. С тех пор как Грейс упала и сломала шейку бедра три года назад, бабушка носила ей еду и делала уборку по дому.

— Мне нужно кое-что купить в городе. Сделаешь это для меня? — спросила бабушка.

Оливия молчала. Она точно знала, что бабушка собирается делать — заставить её столкнуться с миром и маленьким городом, от которого она хотела спрятаться.

Она отложила нож и повернулась.

— Маман, я…

— Ты Бро, — перебила она и разбила яйца в миску, которую поставила на стол. Положив руки на спинку стула, женщина взглянула на Оливию. — Мы бойцы, Оливия, даже когда мы не думаем, что сможем.

Эти слова ещё долго звучали в её голове после завтрака, и даже когда бабушка отправилась к Грейс. Оливия отложила список продуктов на стол, стараясь изо всех сил игнорировать его, пока убиралась на кухне.

Она закончила вытирать последнюю тарелку и убрала её, только чтобы повернуться и увидеть этого проклятый список. Оливия повесила полотенце на край раковины.

Разочарованно зарычав, она схватила сумку, кинула в нее список и направилась к машине. Весь путь к маленькой бакалейной Оливия молилась, чтобы её никто не узнал. Прошло почти десять лет с тех пор, как она уехала. Несомненно, она достаточно изменилась, чтобы люди её не узнали.

В доказательство того, какая она неудачница, не успела Оливия войти в магазин, как буквально налетела на Шона.

— Ох, прости. Мне жаль, — поспешно сказала она.

— А мне нет. — Его улыбка была слишком яркой, говоря о том, что их внезапное столкновение друг с другом не было случайностью. — Каково это, вернуться домой?

Оливия облизала губы и проскользнула мимо него, беря корзину и вешая её на руку.

— Хорошо.

— Рад слышать.

Она поджала губы, придумывая способ заставить

его уйти. Так ничего и не придумав, она прошла в отдел с продуктами и начала выбирать сладкие перцы.

— Я могу устроить вечеринку и пригласить всех.

Оливию затошнило. Без сомнений Шон рассказал каждому, а он знал всех, что она вернулась. Это слишком для неё: прятаться и вернуться маленькими шажками в мир, который она оставила позади.

— Шон, кажется, кто-то ударил твою машину, — раздался позади Оливии глубокий голос.

Она продолжала перебирать перцы. Это было самая худшая идея — закупить продукты здесь. Надо было уехать в Кроули. По крайней мере, там у неё был шанс войти и выйти без остановки.

— Он ушёл. Можешь опустить перец.

Оливия взглянула на свои руки и обнаружила, что сжимает сладкий перец так сильно, что проколола пальцами кожуру. Господи Боже, да что с ней такое?

— Спасибо, — сказала Оливия. Обернувшись, она взглянула в ярко-голубые глаза. Она знала только одну семью, которая обладала таким цветом глаз — Чиассон.

Волнение пробежалось по ней, когда она подумала, что это Винсент. Хотя у мужчины были тёмные волосы, и он был похож на Чиассон, это был не Винсент.

Её разочарование было ощутимо.

Он мягко улыбнулся, глядя на неё.

— Оливия, верно? Я Бо Чиассон.

— Бо, да, — ответила она, кивнув.

Он оглянулся и переложил корзину из одной руки в другую.

— Шон будет достаточно долго занят, чтобы ты могла выйти. Рад увидеть тебя, Оливия.

Она наблюдала, как он уходит, прежде чем схватить список и быстро пробежать по магазину хватая продукты, которые необходимы её бабушке.

~ ~ ~

Свист Бо вернул Винсента из собственных мыслей. После очередной неудачной ночи, он был в дурном настроении. Три смерти слишком тяготили его.

Винсент налил себе чашку кофе и поднес дымящуюся жидкость к губам. Едва сделав глоток, он заметил, как Бо косится на него краем глаза.

Бо ловко нарезал лук, перец и ветчину для омлета.

— Никогда не догадаешься, кого я встретил сегодня утром.

Винсенту не надо гадать. Он и так знает. Оливию Бро. Те несколько часов, что ему удалось поспать, были наполненными мыслями лишь о ней. Её чёрных глазах, волосах цвета полуночи и полных губах.

Он отказался подыгрывать Бо. Не говоря ни слова, он повернулся к столу, на котором лежала карта пэриша, нарисованная их пра-пра-прадедом. Поверх карты лежал прозрачный лист, защищая ее, чтобы они могли выделять области, не портя карту.

— Оливия Бро, — сказал Бо. — Чёрт, Винсент, она выглядит горячее, чем прежде. Неужели ты не думал о ней в школе?

Взяв чёрный карандаш, Винсент отметил места, которые обыскал ночью.

— Я собираюсь отправиться и изучить юго-западную часть болота. Там гнездятся аллигаторы, вряд ли существо обитает близко к ним, но я все равно хочу проверить.