Дикие
Шрифт:
– Мда… - нервно поднявшись и заложив массивные руки за спину, Тимофей тяжеловато прошелся по офису. Выбритые брови нестерпимо чесались, но он стоически терпел. Достаточно было и тех насмешек, что высыпали на его голову Юрик с Серегой в первый час прихода на работу. И ведь понимали, что не сам он навел столь сомнительную красоту, а все равно подшучивали. Впрочем, спустя какое-то время, Тимофей в свою очередь стал взирать на все случившееся с долей юмора. В определенном смысле он тоже был виноват. Праздновал день рождения малолетнего сынишки
Продолжая расхаживать по офису, Тимофей вполуха прислушивался к бубнящему радио, - кажется, снова передавали об очередном теракте. И конечно же, снова бабахнуло в Москве, - столица все более превращалась в испытательный полигон моджахедов.
– Ну вот, снова дождались… - сердито пробормотал он.
– Вот увидите, скоро народ из Москвы валом побежит.
– Скучным голосом прокомментировал Юра Пусвацет.
– Побежит-то побежит, только куда?
– Лосев вздохнул.
– Теракты нынче повсюду - и у нас, и у них. Разве что рвать когти за Полярный Круг.
– Туда тоже скоро дотянутся. Там ведь у нас атомные захоронки, опять же - химическое оружие. Словом, есть что взрывать.
– А все Буш с Горби!
– ругнулся Маркелов.
– Рейтинг себе, понимаешь, зарабатывали! Вот и получили горячие очаги. Зуб даю, вся эта бодяга еще лет сто протянется.
– Ну, сто - это ты загнул.
– Точно вам говорю! Только вместо тротила в ход что-нибудь потяжелее пойдет. Тут и Нострадамусом быть не нужно, чтобы выдавать верные прогнозы.
– Типун тебе на язык!
– Причем тут язык? Я только констатирую факт и ничего больше. Хорошо если только ядерные заряды в ход пойдут, а то ведь найдутся козлы - могут и про биологическое оружие вспомнить. Трудно что ли скотомогильники взрывчаткой поддеть?
– Это точно!
– поддакнул Пусвацет.
– Я как раз на дневном учился, когда свердловчане от сибирской язвы умирать стали. Тысячи три на тот свет отправилось. Мы студентами были, мало что понимали, а все одно вибрировали, в коридорах шептались, чеснок к шее подвязывали.
– Да уж, страху тогда натерпелись!
– подтвердил Маркелов.
– Ты что, тоже помнишь?
– Такое захочешь - не забудешь! У нас сразу двоих из подъезда в мешках целлофановых увезли. Народ как от прокаженных стал шарахаться, а врачи прививки какие-то болезненные ставили. Мы-то верили, что помогает, а оказалось - нет.
– Они, кстати, и сейчас живее всех живых.
– Вмешался Лосев.
– Это я о бациллах. Краской-то крыши замалевали, дороги - асфальтом свежим прикрыли, а уничтожить заразу не уничтожили. Потому как вирус боевой был - особой живучести. Если память
– Ни хрена себе! Чего же они там наверху в ус не дули?
– А зачем? Наверху, Сергуня, в ус никогда не дуют, там, в основном, руки потирают. Потому как имеют навар с любого страха и любого конфликта… Кстати, наш с вами Афган - тоже полешко в ту же печь. Что Вьетнам, что Чечня с Ираком - одна хрень. Считай, сами всех террористов взрастили. Америкосы - Усамчика, а мы с вами - Басайчика.
– Не дрейфь, мужики! Как говорил Мао Цзэдун своему другу Хошимину: «нас слишком много, керя. Потому и нужны атомные бомбы с напалмом».
– Он что, действительно, так говорил?
Юрик Пусвацет пожал плечами.
– Не говорил, так думал, какая разница! За прогресс приходится платить - только и всего. Потому и превращается жизнь в рулетку.
– Это как же?
– А так: утром встаешь живой, и сосед твой, к примеру, живой, а к вечеру оба можете кони двинуть от какой-нибудь уличной бомбы. Словом, как фишка ляжет, так и получится.
– Да уж, вся эта бодяга с шахидами еще долго полыхать будет. Вроде сегодняшних крестов.
– Ну, это ты брось, от крестов один пепел остался. Я специально у ментов справлялся, - всего-то минут пятнадцать и горели.
Тимофей сумрачно покачал головой.
– Не знаю… Помяните мое слово, сегодняшние кресты - только первый звоночек. А там уже не рулетка пойдет, а настоящая борьба за выживание.
– Хрустнув мощными кулаками, он свирепо оглядел коллег.
– Так что, милые мои, сушите сухари, растите жировую прослойку и закупайте золото.
– Золото покупать бессмысленно, - возразил Маркелов.
– Главной валютой в ближайшем будущем станут патроны.
– Вот-вот! Значит, патрончики в загашник откладывайте.
– Не в загашник, а ко мне в бомбоубежище.
– Поправил Юрик.
– У тебя что же, бомбоубежище собственное имеется?
– А то нет! В родном городе Сарапуле. Еще батя во времена холодной войны постарался. Вырыл на казенном экскаваторе ямину и обложил со всех сторон бетонными плитами. Да не просто плитами, а в три или четыре слоя. Соседям объяснил, что погреб строит, а получилось бомбоубежище. Где-то ведь еще фильтры угольные раздобыл, вентиляцию организовал.
– Думаешь, спасет твоя вентиляция?
– Кто его знает. Смотря от чего…
– Опаньки!
– Маркелов возле мониторов встрепенулся.
– Вот и гости наши пожаловали. Его высочество Димыч под руку с главным поджигателем. Еще и Зимин их конвоирует…
Он оказался прав. Спустя пару минут, в офис действительно вошли Шебукин с Зиминым и Харитоновым. Оказавшись на ярком свету, Мишаня попытался было стеснительно отвернуться, но шагнувший навстречу Лосев требовательно развернул приятеля к себе лицом. Глаз, подбитый бдительными милицонерами, успел основательно заплыть, так что полюбоваться было на что.