Дикие
Шрифт:
– А зачем?
– директор «Кандагара» пожал плечами.
– Она ведь все равно никуда не ведет. Кроме того, эти партизаны могли там знаков запретных наставить, а то и шлагбаум организовать.
– Так уж и шлагбаум!
– усомнился Маратик.
– А что? С них станется! Наркобароны в Колумбии, говорят, не то что дороги, - даже тоннели собственные отрывали.
– Ну, они нам не пример. У них и подлодки собственные имелись. Нам, по счастью, до этих купчил далеко.
– Не уверен, что далеко.
– Харитонов покачал головой.
– Боюсь, мы по всегдашней российской привычке эту стадию
– Это хорошо или плохо?
– Да никак. Куда важнее, чтобы правительство не плясало под их дудку. А оно, похоже, начинает уже пританцовывать.
– Дмитрий поморщился.
– Но это другая тема. Нам сейчас о Стасике надо думать, а эта дорога - единственный к нему путь.
– Ты учти, эти партизаны могли и посты на ней организовать.
– Предположил Тимофей Лосев.
– А что? Очень даже просто.
– Постов я тоже боюсь.
– Харитонов кивнул.
– Затем и взяли с собой инфракрасные очки. Будем смотреть в оба.
– Эх, - вздохнул Гриша Росомаха.
– Нам бы в идеале вездеходами бесшумными обзавестись - в армии давно такие есть. Пока в зад броней не толкнет - мотора даже не услышишь.
– Это да, - Дмитрий вздохнул, - только чего об этом толковать, если все равно недоступно. Понадеемся, что ночью они тоже спят. Тут ехать-то всего ничего. Даже самым черепашьим ходом к рассвету доберемся.
– Если, конечно, у Мишани с Василисой все сладится.
– Типун тебе на язык!… - Харитонов осекся, почувствовав трепет сотового аппарата. На время операций звуковые сигналы «кандагаровцы» как правило отключали, предпочитая реагировать на «дрожь» трубок.
– Сдается мне, это Мишаня с Юриком.
– Не стесняясь товарищей, Гриша Росомаха бегло перекрестился.
Предупреждающе подняв палец, Дмитрий поднес трубку к уху. Уже через полминуты одними губами он шепнул:
– Василиса у нас!
– Так поехали!
– встрепенулся Маратик. Хмуро взглянув на него, Харитонов покачал головой.
– Не спеши…
Слушал своего абонента он довольно долго и отключился только минут через десять.
– Ну что? Как оно там прошло?
– не сдержал любопытства Маркелов.
– Или есть какие-то проблемы?
– Не совсем… То есть возле дома не одни менты паслись, так что пришлось нашему Юрику одного кента всухую завалить.
– Во как!
Дмитрий сумрачно кивнул.
– Но, в общем и целом, все обошлось: ребята живы, старуха у нас.
– Тогда о чем вы так долго трепались?
– Тут, понимаешь, такое дело… - Дмитрий вздохнул.
– Василису-то они вытащили, но старушка в порыве благодарности успела им кое-что рассказать. Информация, надо сказать, более чем ошарашивающая.
– Ну-ну?
– Словом, это не простые уголовники. Похоже, мы столкнулись с сетью серьезных заговорщиков. Причем одна банда обитает в лесу, другая - здесь, в городе. И эти же мерзавцы жгут в городе кресты.
– На фига?
– изумился Тимофей.
– Видимо, работают под новорусский Клан. Против желтых, черных и голубых. А заправляет всем некий Атаман, истинное звание коего - полковник федеральной службы безопасности. Так что в этом смысле первоначальная информация подтвердилась.
–
– Вот тебе и «ух ты»! Ну, а бабульки - в смысле, значит, Василиса с Горбуньей, тоже в этом деле играют свою немаловажную роль. Кто знает, возможно, без них с организацией клана вообще ничего бы не получилось.
– Ты это о чем? О гипнозе?
Харитонов кивнул.
– Уж не знаю в точности - гипноз там у них или что другое, но искусством оболванивания эти божьи одуванчики владеют в совершенстве. Потому и неведомы господину Атаману ни трусость, ни дезертирство.
– Вот уж никогда не поверю!
– фыркнул Маркелов.
– А тут и верить нечего. Группировка, если верить Василисе, действует в области уже не первый год, но ни власти, ни милиция о них ничегошеньки не знают.
– Так, может, они тихо сидят! Я о своих клопах домашних тоже мало что знаю.
Дмитрий взглянул на Маркелова с осуждением.
– Это не клопы, Сергунь. По-моему, кресты, что горели на улице, ты сам видел. Своими собственными глазами. И Мишаня видел, и Тимоха с Маратиком.
– Подумаешь, крест! Нам с него ни холодно и ни жарко.
– А трупы в банке «Возрождения»? А украденный сейф? Кроме того, Василиса утверждает, что они обносят квартиры, убивают бомжей, занимаются похищением людей.
– Харитонов покачал головой.
– Нет, ребятки, это далеко не клопы! Ну, а то, что об их деятельности милиция ничего не знает, говорит только о высокой квалификации этих упырей.
Маркелов посрамлено опустил голову. Приходя ему на выручку, Лосев поинтересовался.
– Ну, а наши похитители - что сейчас делают? Это я о Мишане с Юриком?
– Да ничего.
– Дмитрий хмыкнул.
– Как-никак, у Юрика стресс, так что пробуют его лечить. Старуха - гипнозом, а Мишаня - водкой…
Конечно же, кабина машины была чересчур низкой, а ремни, на которые возлагал надежды Мишаня, оказались чрезвычайно неудобными. Но хуже всего было то, что их существенно поджимало время. Конечно, труп неизвестного киллера они не оставили на лестнице, перетащив по совету Василисы в ее квартиру, однако было ясно, что долго он там не пролежит. Рано или поздно его хватятся, а тогда непременно вспомнят и подозрительного хромоножку в очках, и внеурочную, сунувшуюся во двор машину. Неожиданно выяснилось и то, что эвакуировать старушку из окна - задача далеко не из простых. Не то чтобы Василиса была очень уж тяжелой, но что легко дается молодым, никак не выходило с бабулей, возраст которой перевалил за сотню годков. Казалось, малейшее усилие, и кости старой женщины попросту хрустнут от напряжения. Конечно, она пыжилась, всячески изображая спокойствие, и все-таки было видно, что подобная акробатика ей не по силам. Потому и провозились не те пять минут, на которые рассчитывал Шебукин, а впятеро дольше. При этом приходилось постоянно озираться, привлекая внимание и без того недоумевающих прохожих. В итоге пришлось рвать на полосы одолженные у соседки простыни и экстренно вязать из них что-то вроде импровизированной люльки. Потом в окно первого этажа забрались вдвоем, чтобы не рисковать и гарантированно удержать старушку на весу…