Дикий лес
Шрифт:
— Извините! — прокричала она, когда ринувшаяся в сторону толпа практически подняла ее в воздух и потащила над мраморным полом. — Господин секретарь! — Прю замахала рукой над головой. Большинство существ в зале были намного крупнее нее, и девочке ничего не оставалось, кроме как не сводить глаз с эпицентра урагана — атакуемого атташе с кипой бумаг в руках, который изо всех сил старался не замечать громких воплей осаждающей его толпы. Над головой мужчины пестрым ореолом кружили птицы, клекотом стараясь привлечь его внимание. — Господин секретарь! — повторила Прю чуть громче, чувствуя, как ее тычут
Крик оборвался, когда мельтешащего перед ней приземистого бобра оттолкнули назад, и он врезался головой ей точно под дых. Они с бобром кувырком вылетели из толпы и очутились на полу. Прю, чертыхнувшись, поднялась на ноги и решительно посмотрела на атташе, который в своем плотном окружении уже добрался до двойных дверей. Внезапно она вспомнила про сигнал, который лежал у нее в сумке. Перекинув сумку вперед, она торопливо раскрыла ее и вытащила банку.
— ГОСПОДИН СЕКРЕТАРЬ!!! — проорала она еще раз, а потом нажала на рукоятку.
Комната наполнилась гулом. Оглушительным, перекрывающим все гулом. Звук длился несколько секунд.
Все замерли.
Кто-то уронил на пол ручку.
Черный медведь в суконном жилете, охваченный паникой, выбежал из зала.
Вся толпа, умолкшая от невероятного по мощности гудения, медленно повернулась, чтобы посмотреть на его источник. Прю в одиночестве стояла посреди фойе, на мгновение лишившись дара речи.
— Э-э-э, — кашлянув, тихо выдавила она, — господин секретарь. Мне… э-э-э… нужно поговорить с губернатором. — Рой, окружающий атташе, так и стоял, замерев, и от пристального внимания всех присутствующих Прю стало неуютно и страшновато. Наконец началось шевеление — к ней кто-то пробивался из самой сердцевины толпы. Это был сам атташе; он отделился от остальных и пошел к Прю, нахмурив лоб и глядя на нее сквозь стекла очков. Остановившись рядом, атташе пристально изучил девочку, глядя поочередно то поверх очков, то через них.
— Вы… — начал он. — Вы… из Внешних?
— Да, сэр, — ответила Прю и спрятала баллончик обратно в сумку.
— То есть… то есть… — пробормотал атташе. — Снаружи?
— Да, сэр, — подтвердила она. — Я оказалась здесь, потому что…
— Как вы здесь оказались? — перебил атташе.
Прю сконфуженно улыбнулась, внезапно смутившись от всеобщего пристального внимания.
— Пришла, сэр, — ответила она.
— Пришли? — недоверчиво переспросил атташе. — Но… но… вы не могли!
Прю не нашлась, что ответить, и поэтому просто стояла молча.
Глубоко взволнованный атташе покачал головой и свободной рукой потер лоб.
— То есть… то есть… это абсолютно невозможно! Или, точнее, должно быть невозможно, если только… если только… — он умолк и уставился на Прю, но потом передумал, покачал головой и продолжил: — Должно быть, где-то во Внешнем поясе появилась трещина или разрыв. Магия не сработала. Ох уж эти идиоты-северяне. Чертова глухомань! — Он щелкнул тонкими
Прю, немного придя в себя, перебила:
— Сэр, у меня большая проблема.
Атташе отвернулся от помощника.
— Мадемуазель, это вы — большая проблема, — нервно усмехнулся он.
Но та непоколебимо продолжила:
— Сэр, моего брата Мака вчера украли вороны. Я видела, как его унесли в лес. В Дикий лес. — Толпа в фойе завороженно слушала. — И мне бы очень хотелось его вернуть. — Она почувствовала, как на глаза навернулись слезы отчаяния. — И я вам обещаю, клянусь, положа руку на сердце: если я смогу забрать его домой, то никогда больше тут не появлюсь. — Она приложила руки к груди. — Честное слово.
В полной тишине атташе по-прежнему недоверчиво смотрел на Прю. Наконец помощник наклонился к нему и что-то прошептал на ухо. Тот молча кивнул, не отрывая взгляда от девочки.
— Хорошо. — Прю показалось, что прошла вечность, прежде чем он заговорил. — Поскольку у вас такая необычная ситуация, мы постараемся разобраться с вами вне очереди. Следуйте за мной.
Толпа, окружавшая атташе, расступилась, и он повел Прю наверх по алебастровой лестнице.
Хотя в подземном логове губернаторши не было часов, Кертис чувствовал, что к тому времени, как он закончил дефилировать по комнате в своем новом наряде, с театральным благородством размахивая и отражая удары саблей, как удалые драгуны из фильмов и книжек, утро уже почти перетекло в день. Украшения на груди восхитительно позвякивали с каждым движением, а клинок рассекал воздух с потрясающим свистом. Койот-адъютант, видимо, привычный к эксцентричным выходкам начальства, терпеливо ждал у трона, двинувшись только раз — чтобы уклониться от одного из особо яростных выпадов.
— Отлично, сэр, — сказал он, когда пыл Кертиса поугас. — Вы весьма одаренный фехтовальщик. Для пацифиста.
Мальчик, стоя посреди комнаты, пнул носком земляной пол.
— Ну, я ни за что не стал бы того… ни с кем драться. — Он слегка запыхался после упражнений. — Хотя… — продолжил он, — вы честно так думаете?
— О, конечно, — сказал койот.
— Утомительное это дело, правда? — спросил Кертис. Он последний раз сделал выпад и, уронив руку, помассировал мышцы свободной ладонью.
— Вы привыкнете, сэр, — уверил его койот.
Кертис бросил на него подозрительный взгляд.
— Как вас зовут? — спросил мальчик.
— Максим, сэр, — ответил койот.
— Максим, значит? — повторил Кертис, поворачивая саблю в руке. — Странные у вас имена.
Максим только поднял бровь.
— И чем вы тут занимаетесь, Максим? — спросил Кертис.
— Я — адъютант губернаторши. Мне поручили позаботиться о вашем размещении.