Дикий Порт
Шрифт:
– Они молчат, капитан.
Карреру понял.
Первый пилот обернулся, и Ано люто, по-черному позавидовал Маунгу. Спокойствие и едва уловимая грусть на лице азиата не были маской, плодом самообладания и притворства. Он не боялся. И все. Просто не боялся.
– Каков курс в данный момент? – прикосновение ледяного взгляда оказалось приятным, как компресс.
– Идем прямиком в «Йиррму», – ответил Кхин, пожав плечами.
– Что, на таран угадали? – фыркнул Патрик.
– Нет, конечно. Но с сохранением теперешнего
– Если будет еще чему проходить… – пробормотал О’Доннелл.
– Отставить панику, – хрипло сказал Карреру.
– Это не паника, капитан, – внезапно обнаглел второй пилот. – Это факт.
– Отставить… хамство.
О’Доннелл захихикал.
– Вы в порядке, капитан? – обыденно спросил Кхин. – Выглядите нездоровым.
– Правильно, – вслух подумал О’Доннелл, – здоровеньким помирать обидно…
– Патрик, заткнись.
– Спасибо, Маунг.
– Я… – Ано подавился словом, – у меня, должно быть… я в порядке, – «Зачем спрашивает?» – мелькнуло раздраженное.
Капитанский экран вспыхнул золотыми панелями, они на миг озарили рубку и погасли. Перелив певчего дерева, сыгранный для отца любящей дочерью, зазвенел в воздухе. Смолк, тонким эхом таясь по углам.
Первый пилот скосил глаза на капитана. Потом на экран. Вызов предназначался Карреру, но тот, похоже, был не в состоянии даже прочитать принятое, не то что среагировать адекватно.
Впрочем, на такое и Маунг не смог бы легко ответить.
Лицо О’Доннелла перекосила улыбка.
– Капитан, нам помощь нужна? – надтреснуто, со смешком выдал он.
– Что? – прохрипел тот.
– По общей линии сообщение от противника. Они спрашивают, не нужна ли нам помощь.
Карреру резко сгорбился. На миг Кхин заподозрил худшее. Потом понял, что тот насильно заставляет разладившийся организм работать снова, губя необходимейшие ресурсы, выжигая нервные клетки… европеец не владел никакими техниками, его сила воли была – буквально – грубой силой, расходуемой настолько неэкономно и неразумно, насколько вообще возможно. И все-таки капитан распрямлял себя, готовясь в последний рывок.
Маунг почувствовал уважение. Он был свидетелем подвига.
– Какого черта?… – взрыкнул, наконец, Карреру, поднимая взгляд.
Патрик заледенел лицом. Отчеканил:
– Получено требование визуального контакта.
Капитан вдохнул и выдохнул – шумно, глубоко. Маунг смотрел на него с болью. Порой человек способен поделиться собственной силой, но как делиться своим умением? Ему можно только учить. Долго. Кхин колебался, не предложить ли Карреру заменить его, когда тот спокойно приказал:
– Принять. Включить переводчик.
Данные о местоположении уже устарели на несколько минут. Все это время корабли мчались друг другу навстречу – как далеко сейчас се-ренкхра?
– Связь установлена, –
Маунг стиснул зубы и подобрался в кресле. Напомнил себе, что в сансаре все иллюзорно, что благие дакини и Махакала имеют зримый чудовищный вид. Что корабль осенен небесной удачей. Что до се-ренкхры более пяти парсек, броня и орудия «Миннесоты» исправны, и проклятая группа «Шторм» все-таки близко, близко, почти совсем рядом, и…
…что это не он сейчас смотрит в золотые вражеские глаза.
В центральном экране, ослепительный и грозный как молния, стоял ррит.
Изображение плыло, но гранитной неподвижности врага не скрадывали помехи. Маунг быстро читал отличительные знаки инопланетянина, снизу вверх – от тяжелого пояса и рукояток священных ножей в ножнах. От широкой груди: завораживающе красивых насечек, черных по желтоватому металлу брони, странно похожей на древние людские доспехи. От длинной гривы, заплетенной в множество кос с зажимами и подвесками, от крупных парных браслетов, громоздкого ожерелья-воротника из тысячи причудливых звеньев – до серег. Скромных, розовато-белых серег из кости.
Из костей. Из чьих-то маленьких пятипалых рук.
Ррит смотрел недвижно, словно позволяя любоваться собой.
«Это он. Сам, – думал Маунг. – Это Т’нерхма».
И дальше мысли соскальзывали, точно под откос по обледенелой тропе – что у ррит три сердца, и оттого они намного выносливее людей, что до войны люди успели освоить три планеты земного типа, что слишком многие расы Галактики используют для дыхания кислород, и что значат украшения рритского командарма: зажимы в косах, браслеты и ожерелье… что означает ожерелье?
Все равно. Только не думать о том, как капитан сидит под взглядом врага, встречая его молчаливый смех.
Глаза ррит, озера кипящего золота в черной кайме, сузились, тонкие губы дрогнули, открывая белизну природного оружия. Как они сумели сохранить зубы и когти не атрофировавшимися за время разумности, вчетверо большее, чем у людей?.. пятипалая, почти человеческая ладонь огладила левую височную косу, и из кончиков пальцев мягко, наполовину вытекли янтарные острия.
Т’нерхма что-то сказал – минуту назад. Звука не было, только картинка, а потому слова врага произнес переводчик голосом Иренэ.
– Х’манку нужна помощь? – спросила девушка, и безумной насмешкой почудилось в речи компьютера – участие.
«Они понимают, что у нас неисправны двигатели», – мельком подумал Маунг.
Карреру с усилием поднял лицо: как самого себя вздернул за подбородок.
– Мы признательны за беспокойство. Нам не нужна помощь.
За время ожидания командарм не шевельнулся – даже блики на украшениях не дрогнули.
– Неужто х’манк отважен? – челюсти Т’нерхмы разошлись, открывая, насколько в действительности длинны клыки ррит, жесточайших воинов во Вселенной.