Диктатор

Крейдун Мила

В руках фанатки появился нож.

– Эй-эй-эй-эй, - встрепенулся на стуле Макс. – Ангелина. Ангелина! – пытался он до неё достучаться, пока та решительно приближалась к смыслу его жизни. – Сделай что-нибудь! – заорал он на президента, забыв о субординации и условностях.

– Ангелина, немедленно брось нож! Ангелина! Ангелина, посмотри на меня немедленно, тварь, иначе я тебя сейчас же уволю и вышлю из страны! Ты больше никогда меня не увидишь!

Как ни странно, это заставило помощницу сбиться

с шага и удивлённо обернуться на своего идола.

– Она ничего. Для меня. Не значит, - медленно произнёс Медведь, удерживая взглядом внимание сумасшедшей. – Развяжи меня.

– Это неправда, - отказывалась та слышать то, что нужно. – Зачем вы тогда сюда примчались? – прыгала она с «ты» на «вы».

– Во-первых, я не примчался, а приехал, - чуть скрипнул зубами диктатор.

«Хотя мог бы быть и посдержаннее», - с отчаянием подумал Макс, боясь, что псисхопатка в любой момент может сорваться.

– Зачем? – с болью настаивала на ответе та, что служила ему верой и правдой десятилетиями.

– Хотел утешить своё оскорблённое эго и убедиться в том, что она несчастна, - ответил президент. – Она ничего не значит для меня, поверь. Лишь бесит и злит. Она меня оскорбила.

– Тем более, я убью её для тебя, - вновь шевельнулась она в сторону Мили.

– Не смей! – заорал диктатор в панике, и тут же одёрнул себя, когда идолопоконница изумлённо на него обернулась.

Влад попытался взять себя в руки. Да, последний год дался ему нелегко, полностью расшатав психику. Он стал нестабилен. Слишком эмоционален. Слаб.

Ему пришлось приложить немало усилий, чтобы смириться с выбором той, которая была для него второй самой важной частью его мира. Влад понимал, что именно в этом и крылась проблема – что она была второй. Он понимал. Не винил её. И почти справился. Но он должен был убедиться, что у Сокровища всё хорошо. Ему нужно было увидеть, что назад дороги нет, чтобы вновь полноценно зажить дальше. Покончить с надеждой, которая всё же подтачивала его последние месяцы.

Ему нужно было поставить точку. Для себя.

Но не так!

Он прибыл на остров инкогнито. Поиски Мили были сверхзасекречены. Но явно недостаточно, чтобы утаить их от лучшей мировой шпионки и его собственной личной помощницы, дуэт которых привёл их к подобному финалу.

– Ангелина, - спокойнее начал Медведь. – Я не хочу, чтобы ты марала свои руки в крови. Ты же не такая.

– Да, но я хочу, чтобы ты заметил меня, наконец, - едва не хныча ответила та. – Чтобы понял, как для меня важен. Как ещё я это докажу, если не убью ради тебя ту, что причинила тебе боль?

Безумная вновь повернулась к Золоту.

– Убей Йену, - быстро нашёлся президент, вновь останавливая её.
– Раз уж действительно хочешь доказать свою любовь и преданность мне –

убей Йену. Почему ты решила, в конце концов, что можешь сама выбирать, кого для меня убивать? Ты хочешь доказать что-то себе или мне?

– Тебе, - растеряно ответила сумасшедшая.

– Убей Йену, - твёрдо произнёс диктатор.

– Но я хотела убить для тебя её, - озадаченно ткнула она ножом в сторону Мили. – А Йена помогла мне. У нас договор.

– Тем более, ты должна убить для меня именно Йену, - твёрдо произнёс Медведь. – Потому что это для тебя непросто. Именно это докажет, что ты готова ради меня на всё, насколько ты ценна и преданна мне. Йена уже давно стоит мне поперёк горла. Именно Йена. Я уже поручал Астахову разобраться с ней, но он не смог. Никто не смог. Но ты сможешь. Ради меня. Только на тебя я могу по-настоящему положиться.

Ангелина явно сомневалась.

Дверь бунгало открылась. В помещение вошла сообщница.

– Очнулись? – весело поинтересовалась та, явно наслаждаясь ситуацией. – Ну, здравствуй, великий и ужасный, - надменно улыбнулась она Медведю. – Как дела? Как настроение?

– Ближе к делу, Йена, - холодно произнёс президент. – Что тебе нужно?

– Мне нужно, чтобы ты страдал, дорогой, - сладко ответила она, подойдя к нему и скользнув коготками по щеке.

Диктатор пренебрежительно дёрнулся, прервав ласку.

«Чёрт подери», - подумал он с сожалением, видя, как Йену взбесило это ещё больше. Нервы слишком расшатаны в последнее время. Слишком много ошибок. Которые в данный момент могут стоить Мили жизни.

– Хочешь начать всё сначала? – попробовал он исправить ситуацию.

– Нет, - усмехнулась хищница. – Лишь месть, - достала она из высокого сапога небольшой кинжал и направилась к Сокровищу.

– Йена! – закричал Макс. – Не делай этого! Йена! Их с президентом больше ничего не связывает. Она моя жена. Она предпочла его мне. Она и так уже причинила ему боль. И он будет страдать и дальше, видя, как она со мной счастлива. Йена! – кричал Астахов, видя, что шпионка не реагирует.

Она остановилась у стула полубессознательной Милены, развернулась к диктатору и нанесла быстрый удар по телу любимой.

Макс взвыл. Президент безнадёжно опустил взгляд, пряча боль.

– О, да-а-а, - протянула международная преступница, смакуя реакцию Медведя. – И это только начало, дорогой, - произнесла она сладко. – Я буду убивать её долго. Я это умею. Увидишь. Ты будешь умолять меня остановиться.

– Я уже умоляю, - тихо произнёс диктатор.

– Что? – притворно переспросила Йена, переигрывая, поднося руку к уху.

– Я уже умоляю, - чуть громче повторил президент.

– Не слышу, - потребовала оскорблённая безжалостная любовница.