Дина
Шрифт:
— Нет, не для этого, — голос Камиля звучит серьезно, но взгляд искрится весельем. — Может, все-таки дождемся, пока принесут торт. А то ты выглядишь недружелюбно настроенной.
— Не помню, чтобы тебя это пугало.
— Ладно, — усмехнувшись, отвечает он. — Хотел обсудить перспективы работы ресторана. Нужно твое мнение. В формальности выражений нет нужды. Расскажи своими словами: как видишь стратегию развития и в чем заключаются основные затыки, по твоему мнению.
Теперь приходит мой черед усмехаться. Потому что я искренне не понимаю, для чего он его купил.
— Основной затык
— Понимаю. А на чем сейчас делают основную прибыль?
Веселье полностью исчезло из его глаз, уступив место сосредоточенному выражению. Меня даже посещает ностальгия по тому времени, как мы сидели в его кабинете в автосалоне, устраивая мозговой штурм.
— Заказы в номер по вечерам и завтраки. Ну и еще чай и кофе для тех, кто любит устраивать встречи в лобби.
— Понял. А что по стратегии. Каково твое личное видение развития?
Этим вопросом Камиль попал в яблочко, ибо говорить об этом я могу часами, что я начинаю делать, напрочь забыв о прошлых разногласиях.
— Покажешь потом результаты того, что уже внедрила, — говорит он, когда мой эмоциональный монолог, наконец, стихает. И, тронув тарелку с моим нетронутым десертом, с улыбкой добавляет: — Ешь давай. Выглядит неплохо.
Я снова ловлю себя на том, что броня, наросшая за время, что мы не виделись, вновь трескается. Когда Камиль берет на себя труд быть милым, ему сложно противостоять.
— А как у тебя дела? — спрашивает он, пока я ковыряю десерт. И тон у него в этот момент очень личный, что ложка в моей руке дергается.
— У меня все хорошо, — отвечаю я, на секунду встречаясь с ним глазами. — Живу, как видишь. Работаю.
В своем ответе ему я не пытаюсь играть или огрызаться. Полчаса, проведенные наедине, смягчили меня и обезоружили.
— И как там, кстати, моя замена? — добавляю я через паузу. — Справляется?
— Справляется, — кивает Камиль, который, в отличие от меня, ни разу не отвел взгляда. — Но тебе и в подметки не годится.
17
«Неплохо бы еще обсудить вывеску и подумать над летней террасой», — печатаю я по пути в свой кабинет.
«Что думаешь по поводу бизнес-ланчей? Не скатит нас до уровня кафе?»
Только вовремя поднятый взгляд спасает меня от того, чтобы не врезаться в дверь. Притормозив, я продолжаю увлеченно молотить пальцами по экрану:
«Если будем подавать оливье с колбасой и борщ, сваренный на тушенке, то точно скатит. С ланчами я подумаю. Стоит оно того, или нет».
«Договорились».
Вернувшись на свое рабочее место, я не сразу ныряю в монитор, а еще какое-то время покачиваюсь в кресле с блуждающей улыбкой на губах. С появлением Камиля в «Холмах» моя жизнь словно повернула вспять. Я снова разрываюсь между двумя проектами и откровенно от этого кайфую. Снова засыпаю, обуреваемая новыми идеями, снова встаю без будильника и приезжаю на работу заряженная бодростью,
Ты, главное, не переходи грань делового взаимодействия и ничего себе не придумывай, — строго напоминаю я себе. — И обмен сообщениями не принимай на свой личный счет. Просто радуйся тому, что его имя больше не отзывается обидой и болью.
А тут же возражаю самой себе: Эй, да за кого ты меня принимаешь? Второй раз вставать на те же самые грабли? Я не дура, вообще-то.
Дура не дура, но то, что теперь мое настроение вальсирует на отметке «эйфория», отрицать нельзя. Правда я и этому нахожу логическое объяснение. В последнее время мне стало не хватать привычной гонки и работы в условиях многозадачности. С приходом Камиля все это я снова получила. Если Игорь Станиславович обычно выслушивает мои предложения и либо утверждает их, либо отклоняет, что, к счастью, бывает редко, то Камиль приходит со своими идеями и со своим упрямым видением. И даже если я не всегда их разделяю, это становится поводом посмотреть на проект под другим углом.
— Я сегодня ухожу пораньше, — приблизительно за час до окончания рабочего дня вдруг объявляет Диляра.
Оторвав взгляд от монитора, я вижу, как она тщательно красит губы и приглаживает волосы, и решаю не игнорировать очевидное:
— Идешь куда-то?
— Меня пригласили на свидание, — немного заносчиво звучит в ответ. Видимо, в мыслях коллега все еще воюет со мной. — У Игоря Станиславовича я, если что, отпросилась.
Я желаю ей отлично провести время, но про себя скептически качаю головой. Ну кто же отпрашивается с работы на первое на свидание? Если парень действительно заинтересован, то не развалится — часок подождет. Эх, Диляра-Диляра. Пытаться быть удобной в отношениях еще на начальном их этапе — это путь в никуда. Но раз уж я сняла с себя роль мамочки, то нужно позволить ей набивать свои шишки.
На этом и порешив, я возвращаюсь к работе, и даже просиживаю за компьютером лишние полчаса в качестве компенсации за переписку с Камилем. Выключив свет и заперев кабинет, я думаю пойти в зал, но потом передумываю. Лучше прогуляюсь в парке, пораньше вернусь домой и почитаю книжку.
— Работаешь сверхурочно? — нагоняет меня знакомый голос у выхода из отеля.
Я поворачиваюсь, встречаясь лицом к лицу с Камилем.
— Ты я, погляжу, тоже.
— Я проездом. Документы кое-какие забирал. — Его взгляд спускается на спортивную сумку, висящую у меня на плече, и возвращается к глазам. — Планы есть?
Подавив всплеск волнения, вызванный этим вопросом, я отвечаю как можно сдержаннее:
— Собиралась прогуляться. А что?
— Давай в один ресторан заедем, — предлагает он абсолютно будничным тоном, словно именно этим мы и занимались последние несколько недель. — Он недавно открылся, но народу полно. И они как раз таки ввели в меню бизнес-ланчи. Посмотрим, что и как.
Я не сразу нахожусь с ответом. И да, я прекрасно осведомлена, что соглашаться не обязана. Мой рабочий день, в конце концов, подошел к концу, а мы с Камилем не друзья, чтобы оказывать ему такую услугу.