Диско 2000
Шрифт:
Как и следовало ожидать, принимая во внимание мороз и сумерки, маленький балкончик был пуст. Я закрыл за собой стеклянную дверь, отделившей меня от тепла и людского шума.
Ощутив руками прохладу узких гладких перил, я забрался на них ногами. Город раскинулся подо мной как витрина магазина Тиффани. Ветер задувал в рукава, манил за собой. Глаза начали слезиться.
Я перегнулся вперед, потом заколебался. Неужели это и вправду единственный выход? Кто-то подтолкнул меня сзади.
— Увидимся! —
Пролетев этажей двенадцать, я достал рог и поднес его к губам. Закрыл глаза и заиграл как заправский трубач, выдувая злобное протяжное ВУУУУ!
Чудовищный ледяной ветер, овевавший мое пикирующее тело, утих. Ощущение падения ушло. Я, вроде бы, сидел на большом, мягком и удобном кресле. До меня донесся грохот пляшущей на столе посуды. Кто-то пыхтел и фукал. Еще кто-то хрюкал. Третий пищал. Потом тот, кто хрюкал, заговорил. Вернее, закричал — высоким нечеловеческим голосом.
— Обмажьте-ка ему уши маслом!
Я открыл глаза. Над нарядным чайным столиком раскинулось, простирая изумрудную тень, огромное дерево. Пахло свежей травой и теплыми лепешками. Безумный Шляпник держал Соню за щиколотки, а Мартовский Заяц давил на крохотные плечики грызуна, проталкивая ее в сахарницу. Алиса, разумеется, только что ушла.
Оставив попытки, Безумный Шляпник поставил Соню лапками на стол, а голова ее так и осталась в сахарнице. Писк ее постепенно затихал, превращаясь в храп.
Безумный Шляпник снял цилиндр и потер свой покрытый жиденькой порослью скальп. Вокруг ленты на его шляпе я заметил темную влажную полоску. «Обмажьте-ка ей уши маслом». Зачем, с какой стати? Мы же собираемся ее есть, правда же?
Мартовский Заяц брезгливо поморщил нос, подергал бакенбардами.
— Дурень! Ну, конечно, нет. Соню можно есть только в те месяцы, которые заканчиваются на «О», например, в мае!
Положив шляпу на стол, Безумный Шляпник сказал:
— Насколько я припоминаю, именно вы посоветовали мне когда-то добавить масла в часовой механизм, и всем нам известно, что из этого вышло. Почему же на этот раз должно быть иначе?
— Вы же не будете спорить, что время, которое показывают ваши часы, когда в их механизм добавлено масло, сильно разнится со временем, которое они показывали прежде.
Безумный Шляпник достал часы из кармана и скорбно посмотрел на них, после чего опустил их в чашку с чаем.
— Да, именно так. Хотя они теперь правильны только два раза в сутки, зато дни кажутся гораздо длиннее!
— На этот раз я предложил только масло, — напомнил Мартовский Заяц, клюя носом.
— Вы сказали «уши», а не «глаз». Уши Сони необходимо намазать маслом, утверждали вы. Я помню это вполне отчетливо, ибо это повергло меня в такое замешательство, какого я никогда не испытывал, и, надеюсь, никогда не испытаю.
Мартовский
— Никогда я такого не говорил! Я всего лишь утверждал, что у нашего сомнамбулического приятеля в ушах масло, и его нужно вытереть.
— Это вранье!
— Это правда!
— Нет, вранье!
— Нет, правда!
Из чайника раздался сдавленный голос.
— Почему бы не попросить джентльмена в колпаке урегулировать разногласия?
Мартовский Заяц и Безумный Шляпник повернулись ко мне.
Я попытался вжаться в кресло, но бутылочки с надписью «Выпей меня» под рукой не оказалось. Господи Иисусе, зачем я ввязался в эту историю? Проклятый Бахус!
— Глубочайшая мысль! — вскричал Безумный Шляпник. — Кто может быть более беспристрастен, чем тот, кто не имеет ни малейшего представления о происходящем!
Сощурив на меня один глаз, Мартовский Заяц сказал:
— Сомневаюсь, что он подойдет. Он как будто что-то ищет. Разве может нам помочь тот, у кого есть миссия?
— Мы уже пытались привлечь мисс из миссии, но она оказалась ни на что не годной.
Мартовский Заяц захлопал в лапы.
— Все понятно! Он ищет Алису!
Соня, схватив одной лапой носик чайника, а другой — ручку, ухитрилась стащить его со своей головы.
— Не думаю. Девчонку какую-нибудь ищет, вот и все.
— Ну, хорошо, на этот случай имеется Королева.
— Или Герцогиня, — добавил Мартовский Заяц. — Обе не замужем.
— А как же Король?
— Королю нечего делать с Герцогиней. Это грязные сплетни, распускаемые Валетом.
— Так что ж, король не станет возражать, если этот тип захочет жениться на Королеве?
— А чего ему возражать? Муж должен поступать так, как угодно жене, тем более, если он так всемогущ, как Король.
— Что ж, значит решено? Наш друг с сахарной головой сегодня женится на Королеве?
— Непременно.
— Великолепно!
Заяц и Шляпник, взявшись за руки, принялись танцевать и петь.
Плясать и веселиться
На свадьбу мы идем —
Жених башки лишится
Когда-нибудь потом
Соня между тем прошлась по столу и шагнула мне на колени. Я невольно отпрянул от этого мохнатого комочка. Однако сдержался, позволил ей свернуться клубком и заснуть.
Я не осмеливался что-либо предпринимать внутри этой галлюцинации. Я не врубался, как ее воспринимать. В любом случае, я был вполне готов к тому, чтобы в любой момент грохнуться на тротуар под окнами Энн Мари, когда завершится этот амброзбирсианский период маниакальной мозговой активности.
Прекратив паясничать, два странных существа обступили меня с разных сторон.
— Вина выпьете? — спросил Мартовский Заяц.
— Спасибо, мне уже хватит. Вы не могли бы ответить на один вопрос?