Дитя тьмы
Шрифт:
— Кто? Кто? — не умолкая, вопрошала Непанта.
— Видимо, Мгла, — высказал предположение Турран. — Кроме нее, на подобное никто не способен.
— Но почему?
— Кому ведомы пути Шинсана?
— Камень, — вмешалась Элана. — Перед тем как Валт закричал, рубин вспыхнул так, что я едва не ослепла.
Непанта посмотрела ей в глаза. Ни одна из женщин не высказала вслух своих опасений.
— Следовательно, она в Кавелине, — произнес Турран. Он что-то обдумывал, пока женщины пытались успокоить брата. А тот неожиданно начал задавать вопросы:
— Что случилось? Где я?
— Все
— Но…
— Похоже, что у нас есть еще один шанс. Элана, Слеза Мимизан — самая большая ценность, которой обладает сейчас Запад. Береги ее. Если Кавелин падет, отправляйтесь к Вартлоккуру.
События развивались настолько стремительно, что времени протестовать у Эланы просто не было. Прежде чем она взорвалась в бессильном отчаянии, братья уже ускакали. Вальтер не скрывал изумления, но в то же время был преисполнен решимости устра-1 нить вред, причиненный его предательством.
Стоя с Непантой на балконе, Элана наблюдала за тем, как братья скачут в направлении приморской дороги. Турран надеялся догнать Рольфа и Ута.
Шорох в саду привлек ее внимание. Ничего не сказав Непанте, она вгляделась в темноту и увидела маленького человечка, кивающего в ответ на свои мысли. Это он разговаривал с Браги не так давно у их дома. Поспешно, как испуганный заяц, человечек кинулся к боковой калитке и исчез.
Через мгновение Элана замерла от изумления. Она увидела, как, пересекая лунный диск, летят на восток крылатый конь и оседлавший его маленький человечек.
Глава 10
1002 год от основания Империи Ильказара
ЗАМКНУТЫЙ КРУГ
Из тисков безысходности
Рагнарсон без сил рухнул на скалу. Лишь ценой нечеловеческих усилий ему удавалось не впасть в забытье. Нордмены сдавали оружие без протеста, но с явным изумлением. Они никак не могли поверить в то, что их победил человек низкого происхождения.
И для самого Браги происходящее казалось сном. Он потратил две чудовищно трудные недели, но все же выскользнул из смертельных тисков.
Он бежал от Майсака в твердой уверенности, что ему никогда не удастся покинуть проход Савернейк. Его окружал враг, а у Браги не было возможности свернуть в сторону.
Отрываясь от войск Каптала, он чуть было не влетел в объятия восточных баронов, преследовавших сэра Андвбура. Затем ему все же удалось уйти в сторону, выбравшись из ловушки, — они попали в тупиковый боковой каньон. По крайней мере его враги верили, что это ущелье — тупик и оттуда никто не выберется.
Пока бароны, принадлежавшие к разным лагерям, приглядывались друг к другу, а он всеми силами пытался спровоцировать их на Драку, его люди вырубили ступени в каменной стене ущелья. Бросив все, кроме оружия, они по одному вскарабкались наверх. Рагнарсон с горсткой тролледингцев беспокоил оставшихся в живых шинсанцев, чтобы те не помешали баронам вести междоусобную драку.
Мелкие бестолковые стычки между отрядами претендентов закончились только через четыре дня. Теперь они все противостояли Капталу. У баронов было численное
Рагнарсон понял, что на сей раз ему удалось одержать решающую победу. Он сумел выиграть время. Каптал не успеет собрать новые силы до того, как снега запечатают проход. К весне вопрос о престолонаследии так или иначе будет решен. Восточные нордмены сокрушены, и в настоящий момент лишь он да волстокинцы являлись по-настоящему реальной силой в Кавелине. Если он будет действовать быстро, пока зима не позволит внешним силам вмешаться, то его миссия может завершиться полным успехом.
И он вернется к Элане.
Если, конечно, Гарун позволит. Он не имел никакого представления о планах бин Юсифа.
Браги направил своих людей вверх по каменным ступеням и затем по горам в тыл баронского войска. Лошади и все остальное — кроме оружия — было брошено, чтобы послужить приманкой. Бароны ворвались в ущелье и принялись за грабеж.
Лучшие люди Рагнарсона под водительством Черного Клыка яростно бросились следом за нордменами и запечатали выход из каньона. Браги с небольшой группой остался у вершины каменной лестницы, чтобы не позволить врагу повторить побег его войск из ловушки.
Это ущелье было совершенно безводным, а лошади Рагнарсона успели съесть всю редкую растительность. Лучники, размещенные у узкого входа в ущелье, были прекрасно защищены, и сбить их с позиций не представлялось возможным. У нордменов не оставалось иного выбора, кроме как сдаться.
Чтобы добиться этой победы, люди Рагнарсона проявляли чудеса героизма, который, казалось, был выше человеческих сил. Их вели за собой такие испытанные воины, как Черный Клык, Аринг, Альтенкирк и сэр Андвбур. Жестокое сражение породило и новых, неизвестных дотоле лидеров.
Рагнарсон внимательно присматривался к сэру Андвбуру. Его первоначальное представление о рыцаре как о человеке хладнокровном и умелом полностью подтвердилось в сражении у Эбелер. Под его командованием вессоны в борьбе с баронами проявили себя с самой лучшей стороны, особенно во время отходов и отступлений.
После того как их войска оказались запертыми в каньоне, молодой рыцарь позволил себе выказать раздражение:
— Их вожди полагают, что смогут разделаться с нами позже.
— Похоже, вы против них ожесточены.
— Да, ожесточен. Вам, полковник, не приходилось постоянно сталкиваться с их высокомерием. Кавелин — самая богатая страна во всех Малых Королевствах, и не только по капиталам или природным ресурсам. Главное ее богатство — люди. Но гении из вессонов, силуро или Марена Димура там пашут, выносят ночные горшки или жрут червей в лесах. Большего им не дозволено. А между тем слабоумные нордмены ведут Кавелин к гибели. Вы полагаете, что плебеи восстают лишь в поисках исторической справедливости? Вовсе нет. Их подталкивают к этому безумные излишества, которым предается мой класс… Люди, подобные Инреду Тарлсону, способны превратить Кавелин в достойное место обитания для всех. Но у них нет возможности. Если, конечно, они, как Тарлсон, не окажутся в милости у короля. Это угнетает и приводит в ярость.