Диверсант в городе
Шрифт:
Теперь копы, разумеется, просмотрят все материалы с камер видеонаблюдения, зафиксируют наши лица и отправят запросы на поисковые серверы. У них сейчас с этим быстро. Ведь все здесь давно компьютеризировано. Даже в обычных патрульных машинах полиции стоят компьютеры, способные связываться с базами данных из любой точки, где действует беспроводный интернет. А потому надо убираться как можно быстрее, чтобы снова на какое-то время залечь на дно, сбив погоню со следа. Впрочем, банковской картой я не расплачивался. Так что моего нового имени власти очень легко не узнают. Да и маскарад с очками, кепкой и усами сработал мне на пользу, частично завуалировав внешность. А вот Джессику они,
Оба оставшихся преследователя, которые бросились в погоню за нами от центрального эскалатора, но так и не догнали, растворились где-то среди толпы. Сейчас опасность с их стороны отступила. Ведь вряд ли они продолжат перестрелку на виду у полиции. Но, я ошибся. Оба негра в черных костюмах, разгоряченные погоней, выскочили наружу с оружием в руках и тут же напоролись на подъехавших копов. И полицейские, конечно, решили, что перед ними те самые террористы, устроившие стрельбу в торговом комплексе. Потому в негров сразу начали стрелять на поражение. Воспользовавшись тем, что эта новая перестрелка отвлекла внимание полицейских, мы с Джессикой все-таки проскочили по флангу незамеченными за длинными рядами стоящих машин.
Джесси хотела кинуться к своей красной «Хонде», но я вовремя отдернул ее, сказав правду:
— Твою машину придется бросить. Поедем на моем автомобиле.
— Но, в ней же продукты и все другие мои покупки! Надо их хотя бы переложить в твой багажник! — запротестовала девушка.
— Черт с ними. Сейчас надо поскорее сматываться, пока копы не перекрыли все выезды отсюда, — сказал я, поворачивая ключ в замке зажигания.
Она помрачнела, но ничего не возразила. Между тем, я спокойно вырулил на проспект, а потом свернул на шоссе. И зеркала заднего вида показывали мне, что нас никто не преследовал. Полицейские, занятые перестрелкой с неграми и сдерживанием толпы, вывалившей из здания, не обратили внимание на один из автомобилей, неспешно уехавший с парковки где-то позади. На шоссе я разогнал свой паркетник до приличной скорости, но не превышал ограничения, установленные знаками. Впрочем, быстро ехали мы недолго. Вскоре уперлись в длинную пробку перед светофором, заполонившую все полосы движения.
Джесси на пассажирском сидении тихо всхлипывала и утирала слезы ладошкой. Я протянул ей левой рукой одноразовый носовой платочек. Стресс, пережитый только что, все-таки подействовал на нее чисто по-женски. Ее лицо побледнело еще больше, а под глазами обозначились темные круги.
— Ты как? — спросил я, пытаясь вывести ее из ступора.
Но, девушка не отвечала, обидчиво надув губы, словно бы вот-вот расплачется пуще прежнего. И с этим выражением лица она еще больше напомнила мне мою покойную жену Полину в минуты волнений. Я мог, конечно, понять, что хрупкий мир Джессики рушится в очередной раз. Это для такого бойца, как я, многие привычные вещи не имеют никакого значения. А для нее имеют. Она уже успела привязаться к своим покупкам, к новому смартфону, к красной машине, к дому на ранчо, в конце концов. И все это вдруг пропало в один момент из того мира, который она начала с энтузиазмом выстраивать вокруг себя. Все для нее снова рухнуло. А тут еще и эта опасная погоня со стрельбой. Вот и неудивительно, что девушка загрустила.
Чтобы разбавить обстановку, я включил радио. На волне местных новостей уже передавали о перестрелке в торговом комплексе. Но, сообщение пока звучало очень лаконично: «Двое террористов, устроивших стрельбу, ликвидированы полицией. Причастные лица и мотивы их действий устанавливаются».
Услышав сообщение в новостях, Джессика вздрогнула всем телом
— Значит, они установят и мою личность? — жалобно промямлила девушка.
— Конечно. А ты как думала? Ты же теперь моя подельница, соучастница преступлений, — проговорил я, не желая скрывать от нее правду.
— Но, мы же просто оборонялись, — пробормотала Джесси.
Я уточнил:
— Ага. Только этот факт еще доказать надо будет в суде. Труп того нигера, который остался лежать в коридоре, ничего уже не расскажет. Да и что стало с остальными преследователями, тоже неясно. А уж тот, которому я кружкой рожу разбил, явно остался жив и будет свидетельствовать против тебя, если его привлекут.
— Ну, это же ты его кружкой ударил, а не я, — выдавила она.
Я возразил:
— Так я ему двинул уже после того, как он назвал твое имя. Значит, он именно тебя преследовал.
— Он же ничего мне не сделал, просто имя назвал, а ты его сразу по носу. Как-то нехорошо получилось, — шутливо укорила меня Джессика и снова заулыбалась, хотя ее юмор и показался мне черным.
Вообще-то, за все время нашего знакомства она еще ни разу подолгу не обижалась. Ни на меня, ни на обстоятельства. И эта черта характера Джессики очень мне нравилась. Не меньше даже, чем ее внешность. При всем своем облике симпатичной и немного глуповатой блондинки, она имела внутри своего сердца удивительно позитивный настрой, позволяющий ей никогда не впадать в уныние надолго даже в самых трудных ситуациях.
Словно бы угадав мои мысли, она объяснилась:
— Прости, что разрыдалась, как дура. Просто страшно мне было, конечно, оказаться в перестрелке. Да еще и получается, что я осталась совсем без всех своих вещей. Даже сумочка моя там в машине осталась. А в ней не только косметичка лежала и деньги, но и все мои документы. Даже не знаю теперь, как же дальше жить.
— Ничего. Со мной не пропадешь. Только не привязывайся мыслями к потерянному. Отпусти эту утрату. Пусть та страница жизни будет перевернута, закрыта и забыта. А новые документы для тебя добудем, не проблема, — успокоил я ее.
Она посмотрела как-то странно, слишком внимательно, с уважением, что ли? И сказала:
— Знаешь, я ведь сначала думала, что ты врешь, что гангстер. Потому что разговариваешь по-другому, чем эта публика, правильно слишком, к тому же, не пьешь, не ширяешься и почти не ругаешься. Чувствуется, что ты образованный, не похожий на людей с пороками, которые пытаются подняться, нарушая закон. Да и на простого налетчика ты совсем не похож. Видела я многих в детстве, заходили к нам разные лихие люди, подельники отца. Но, теперь, после всей этой перестрелки, я убедилась, что ты все-таки самый настоящий бандит, как и мой отец. Только ты круче. Отлично стреляешь. Киллер, наверное, в банде? Прости, но я полюбопытничала тогда и видела твой тайник с оружием в гараже на ранчо Уиткинсов.
Я улыбнулся, но ничего не сказал девушке, радуясь, что обстоятельства неожиданно подтвердили для нее мою выдумку. Преодолев дорожные пробки, через какое-то время я свернул к недорогому мотелю, расположенному недалеко от заправки. Оставив свой серый паркетник на гостевой стоянке и заплатив вперед за двое суток, я накинулся на Джессику, нагло завалив ее на кровать и стянув одежду, едва мы вошли в номер, закрыв за собой дверь. После любовных утех она, приняв душ, порывалась идти в ближайший магазинчик, чтобы купить себе необходимые предметы косметики и гигиены, включая женские прокладки. Но, я не разрешил ей выходить лишний раз из номера, чтобы не мелькала в поле зрения видеокамер и патрульных полицейских.