Диверсант

Эхерн Джерри

Около двадцати человек начали подъем с западной окраины городка. Таким образом, они оставались практически вне пределов досягаемости.

— Нужно отдать должное сообразительности этого парня, — почти небрежно заметил Хьюз. — Они собираются обойти нас сверху. Если мы останемся здесь достаточно долго, то окажемся зажатыми с двух сторон.

Кросс закурил и вновь поднес к глазам бинокль.

Второй отряд поднимался по пути оползня, под тросами подвесной дороги. Тридцать человек пробивались сквозь снежные завалы, стараясь по возможности не высовываться

из-за деревьев. Полностью избежать огня они не могли и потому лишь старались свести потери к минимуму. Третья и последняя группа — во всяком случае, Кросс полагал, что отрядов только три — подготавливала тяжелое оружие.

Кросс отложил бинокль и принялся заряжать обоймы пистолетов.

— Послушай, эти штуковины ужасно похожи на “Стингеры”. — Люди в белых комбинезонах распаковывали оружие, издали напоминающее базуки времен второй мировой войны.

— Ты имеешь в виду эти запускаемые с плеча ракеты?

— Вот именно, — улыбнулся Кросс.

— Что ж вполне одобряю их выбор. Цифровое управление позволяет творить чудеса. Опытный оператор может даже сбить такой штукой низко летящий реактивный самолет. Почти поразительно.

— Только почти?

— По-настоящему поражен я был тогда, когда впервые увидел реактивный истребитель “Люфтваффе”. С тех пор я поражаюсь только почти.

Кросс бросил сигарету в снег.

— Какой радиус действия у этой гадости?

— Ты имеешь в виду “Стингеры”?

— Да.

— Это секретная информация, парень. Ею не разбрасываются направо и налево.

— Но тут-то они нас достанут, верно?

Хьюз посмотрел на него и улыбнулся своей характерной улыбкой. В глазах его заиграли хитрые огоньки.

— Думаешь в противном случае они стали бы возиться с этими игрушками? Разумеется, они способны нас достать. Особенно, пока мы представляем собой неподвижную мишень.

— Понял! — улыбнулся Кросс. — Мы не станем облегчать им задачу!

— Ты схватываешь все на лету.

Кросс продолжил заряжать обоймы, периодически поглядывая, как люди внизу готовятся покончить с ними.

Одетая в перчатку правая рука Джилл Бейтс твердо сжимала девятимиллиметровый “Зиг-Зауэр”. Ствол пистолета был направлен ему в грудь. Ларрейби, с “береттой” в левой руке, правой принялся перебирать принесенное Бэбкоком оружие. Автомат Хьюза небрежно свисал у него за спиной.

Рот Бейтс частично закрывал все тот же теплый вязаный шарф, теперь обмотанный вокруг головы. Когда она заговорила, Бэбкок поймал себя на том, что пристально вглядывается в ее лицо.

— Ваше настоящее имя?

— Люис Бэбкок. Теперь ваша очередь.

— Меня действительно зовут Джилл. Бейтс. И я рада, что вам и вашим товарищам удалось взобраться наверх. Теперь вы можете присоединиться к остальным добровольцам и отвести их в Австрию.

— А куда направитесь вы? И почему я не вижу оружия у мистера Рейнса?

Ему показалось, что девушка улыбнулась. Хотя освещение не позволяло утверждать этого наверняка.

— Я уже говорила Эйбу, что бывала здесь раньше. Это правда. Я родилась в Западной Германии. Мой отец служил

в армии и был направлен сюда. В этот городок я приехала еще в детстве. После смерти матери отец ушел в отставку.

— А что случилось с вашим мужем-полицейским?

— Мой муж был офицером западногерманской разведки. Увы, как выяснилось, мальчики нравились ему больше, чем девочки. Хотя, он, скорее всего, не знал об этом, когда женился на мне. Возможно, именно поэтому он и покончил с собой.

Бэбкок перевел взгляд на Ларрейби, потом на Рейнса. Хьюз отдал Рейнсу свой автомат. Зато на левой скуле у него появился выразительный синяк.

— Хватит болтовни, — вмешался Ларрейби. — Заканчивай и пусть Самбо отправляется вместе с остальными.

Бэбкок спокойно посмотрел на Ларрейби. Его обзывали и похуже.

Вновь заговорила Джилл Бейтс. Похоже, она испытывала потребность оправдать свои действия.

— Поймите меня, мистер Бэбкок. Отец потратил на поиски этого целых двадцать лет. И подобрался совсем близко! А потом проклятый оползень стер городок с лица земли, его прибрало к рукам правительство и закрыло доступ сюда. Графики учений держались в строжайшем секрете, так что я очень рисковала, попытавшись добраться с австрийской стороны. А раскапывать тайник с личными бриллиантами Гитлера...

— Заткнись, черт тебя побери! Пустоголовая шлюха!

— Следи за своим языком, парень, — спокойно произнес Люис Бэбкок и отвернулся от Ларрейби, ожидая, что Джилл Бейтс продолжит свой рассказ. Фигуру, устремившуюся к Ларрейби, он заметил слишком поздно, чтобы успеть вмешаться. Ларрейби обрушил пистолет на голову мужчины. Следующий удар достался поворачивающемуся к нему Бэбкоку.

— Когда?

— Скоро. Поспешишь — людей насмешишь.

— Не спорю. — Кросс уже успел зарядить обоймы для “беретты” и автоматные магазины. С плеч у него свисали два автомата. За пояс, под пуленепробиваемый жилет он заткнул два “Зиг-Зауэра”.

Взгляд его был прикован к склону, на котором Хьюз установил имитаторы взрыва, которым предстояло спровоцировать лавину.

Им оставалось только ждать.

Люису показалось, что он потерял сознание всего на несколько минут. Да и то не до конца. Он слышал голоса, чувствовал, как Мэри, старшая из женщин, массажирует ему голову, пытаясь привести в себя.

— Когда он открыл глаза, первым, что он увидел, было улыбающееся лицо Мэри.

— Мистер Бэбкок?

Ее голубые глаза слезились. Бэбкок сказал себе, что причиной тому — ветер.

— Я уже пришел в себя, мэм, спасибо. — Он не стал сразу пытаться сесть и какое-то время лежал у нее на коленях, пытаясь вспомнить, о чем разговаривали Джилл Бейтс и Ларрейби. Казалось, разговор их он слышал во сне. Они говорили о бриллиантах. Но Джилл Бейтс упоминала еще об ответственности перед людьми.

Он сел и почувствовал, что голова раскалывается от боли.

— Мистер Бэбкок!

Он обернулся и увидел сидящего неподалеку Рейнса. Из правого уголка рта у него стекала струйка крови. Бэбкок ощупал свою кобуру. Пистолета не было.