Дневная тень
Шрифт:
— Похоже, он считает, что выполнил то, ради чего родился на свет, — сказала она на четвертый день вечером, когда Денсер как обычно раньше всех отправился спать. — В глубине души он хорошо относится ко мне и нашему ребенку, но тщательно это скрывает. Он так долго искал «Рассветного вора» и олицетворяемое им совершенство, что сейчас просто растерялся.
— И грозящее вторжение драконов его совершенно не волнует, — добавил Илкар.
— Не волнует, — согласилась Ирейн. — Денсера покинули не только силы, но и ощущение важности происходящего. Что кажется мне странным, учитывая вчерашние
Ирейн имела в виду свой сеанс связи, из которого они узнали первые результаты измерений. Парве скроется под тенью через тридцать дней, если только Вороны не найдут способ запечатать разрыв. Тридцать дней до того момента, как в Балии установится власть драконов.
Впрочем, с точки зрения Хирада, это было далеким будущим. Сейчас им требовалось пройти мимо постов висминцев и попасть в Джулатсу.
На ночь остановились в небольшой лощине, укрытой от резкого ветра с залива. Кроны деревьев шелестели над головами, трава бессильно льнула к земле, а жесткий кустарник цеплялся ветвями за растущий повсюду папоротник. Путники сошли по склону между крутыми скалами и устроились среди зарослей вереска и обросших лишайником валунов. Тут и там, отчаянно сражаясь с порывами ветра, росли жалкие кривые деревца.
Фрон и Илкар внимательно оглядели берег и доложили о том, что им удалось увидеть.
Хирад потер руки в перчатках и взял чашку горячего кофе, радуясь тому, что они решили прихватить с собой печку Уилла. Чуть раньше, поняв, что лошади им скорее мешают, чем облегчают путь, животных отпустили в заросшей деревьями Долине, уничтожив седла, уздечки, стремена и все, что не могли унести в руках. После коротких споров Фрон надел на спину сложенную печку Уилла; казалось, она ничего не весила, таким легким был его шаг. Сейчас все радовались теплу, которое печка дарила усталым путникам, не выдавая их местонахождения.
Они пристроили ее на один из камней, и тонкая струйка дыма медленно поднималась в затянутое тучами небо. До восхода солнца оставалось пять часов. В темноте путники не могли разглядеть даже лиц своих соседей.
— Где мы находимся? — спросил Хирад.
— Примерно в получасе от цели, если идти быстрым шагом. И в два раза дольше, если соблюдать осторожность. Придется отойти чуть дальше на север, иначе нас заметят, — ответил Фрон.
— Итак, что мы имеем? — спросил Безымянный.
— В лагере около трехсот человек, все они в палатках, расставленных по традиции племен полукругом вокруг костров, — сказал Илкар. — Три сторожевые башни поставлены таким образом, чтобы охватывать всю территорию вдоль берега. Главная дорога ведет с юга. Нам нужно подойти с севера, как можно дальше от сторожевой башни, хотя и в этом случае могут возникнуть проблемы.
— Как насчет лодок? — поинтересовался Хирад.
— Лодок множество. От маленьких парусников до морских кораблей среднего размера, хотя одни только боги знают, где их взяли. Мы без проблем найдем что-нибудь подходящее.
— А что на противоположном берегу? — спросил Уилл.
— Думаю, значительно более серьезные укрепления, — ответил Фрон. — Но так далеко мы не видим. Так или иначе, чтобы избежать неприятностей, направимся прямо к Водопаду Горан.
— К тому же это немного
— А как насчет лошадей на другой стороне? — поинтересовался Уилл.
— У нас есть два варианта, — сказал Илкар. — Либо украдем у висминцев, либо будем надеяться, что Стража озера Триверн еще жива. Вероятность этого достаточно высока, поскольку висминцам удалось дойти только до Джулатсы. Хирад вытер рукой губы.
— Ладно. В теории все получается очень даже неплохо. А теперь попытаемся решить практические вопросы. Как мы достанем лодку, не подняв на ноги весь лагерь?
— Допей кофе, а потом я тебе кое-что покажу, — ответил Илкар. — У нас с Фроном возникла идея.
Через некоторое время Вороны, скрываясь за кустами и прижимаясь к земле, смотрели на покрытый папоротником склон, что сбегал к заросшей травой поляне и берегу залива Триверн. Прямо перед ними был разбит сборный пункт висминцев. Сейчас там царила тишина, хотя между палатками, расставленными в форме восьмиугольника, горел большой костер, а вокруг него расположилось несколько висминцев. Вдоль берега виднелось еще несколько костров, освещавших ряды вытащенных на песок лодок, но в целом в лагере было темно, если не считать тусклого отражения луны на воде.
В синей дымке Хирад различил три сторожевые башни. С той, что стояла на южной стороне, просматривались дорога, которая уходила на юго-запад, и сарай, где держали лошадей и домашних животных; животные вели себя тихо. Быстро оглядев лагерь, Хирад убедился, что дестранов не видно, однако собаки наверняка неподалеку. Фрон был прав, единственный разумный путь — идти дальше на север, где их не заметят стражники на башнях.
— Ладно, — сказал Фрон. — Теперь вы все видели. Нужно проскользнуть по границе лагеря, миновать большой костер и выбраться на берег. Придется убрать стражников на башне, иначе нас заметят. Илкар предлагает, чтобы двое под прикрытием «Плаща-невидимки» попытались застать стражников врасплох и прикончили их. Таким образом, мы справимся с первым препятствием.
— Значит, потребуется два мага, — сказал Денсер. — Кого Илкар имел в виду?
— Если хочешь, можешь обращаться прямо ко мне, Денсер. Я тебя пойму.
Хирад вздохнул.
— Мы должны действовать сообща, — сказал он, глядя на Денсера. — Иначе нас убьют. Я знаю, тебе сейчас очень трудно, но ты нам нужен. Неподалеку расположились триста висминцев. Как ты думаешь, сколько времени мы продержимся, если нас обнаружат?
— Я прекрасно понимаю серьезность нашего положения. Мне только хотелось знать, кого Илкар намерен послать на самоубийство.
— Я рассчитывал на тебя и себя, — ответил Илкар. — Трудное задание поможет тебе отвлечься от душевной боли.
— Ты не имеешь ни малейшего представления о том, что я чувствую, — снисходительно заявил Денсер.
— Не спорю, — серьезно проговорил Илкар. — Но сейчас ты изо всех сил стараешься, чтобы с тобой страдали и остальные. Попытайся снова стать участником происходящих событий — вдруг понравится. Лично мне они доставят истинное наслаждение.
— Попытайся завершить дело своей жизни, которое в конце концов проклятием падет на твою голову, — парировал Денсер.