Дневник августа IV, Двуреков Ярослав

Дневник августа IV

5.00 + -

рейтинг книги

Шрифт:

От автора

Наша жизнь состоит из атомов-мгновений – событий, мыслей, настроений, каждое из которых составляет, наполняет и изменяет человека и вселенную. Каждое мгновение сиюминутно: объективен ноль времени – прямо сейчас, сию секунду. Всё, что осталось позади, дополняется и гримируется опытом прожитого и пережитого, тенью прошлых жизней – включается вторая сигнальная система. Будущее – набор вероятностей, большей частью наши предположения, опирающиеся на опыт прошлого.

Дневник Августа IV – кадры и образы, попытки остановить, отразить мгновение, событие, мысль. Эти заметки – и стоп-кадры, и картинки прошлого, и, конечно, мечты и надежды. Поэтический слог дневника даёт автору относительную свободу в выборе формы, размера и рифмы, а читателю – абсолютную свободу восприятия написанного. Ретроспектива и хронология этих записей относительна, как и многое нас окружающее.

Сборник содержит пять глав, расставленных, на первый взгляд, в хронологическом порядке. Но ретроспектива и хронология Дневника – это скорее этапы, объединяемые не временем и местом, а условно именованными жизнями или эпизодами из параллельных жизней, проживаемых лирическими и не очень героями,

объектами наблюдения, всеми, кто неслучайно оказался в поле зрения автора.

Наблюдатель объединяет устремления героев взглянуть на мир объективным взглядом свидетеля квантового перехода, а также найти себя между «…бездною неба и твердью земли…», «вторником и четвергом…», «…надо, хочу и могу…», ночью и рассветом.

Город М – это не место на карте, не железнодорожная станция. М – это одновременно и Многоликий Миллионный мегаполис и Малоэтажный Микрорайон, Мегавселенная и Метафизический лабиринт Минотавра, в котором каждый одновременно и герой, и злодей, и свидетель.

Пустыня – сюжеты и герои, обнаруженные автором в ходе затяжного путешествия в разных из двенадцати пустынь одиночества. Удалось ли героям, как и самому автору, найти выход из пустыни?

Город П – это жители и образы города Памяти юности, города Первой любви и города долгой зимы, города Предыстории, милые провинциальные пасторали.

Каждый следующий – почти дословно приведённая часть текстов одноимённого альбома группы «Машинист Дымов». Эти стихи стали песнями в результате интуитивного дополнения знаков пунктуации аккордами шестиструнной гитары и записи на магнитную ленту.

Наблюдатель

Улисс

Ты в раздумьях бредёшь… То смеясь, то в слезахОбращаешься к вечным богам пустоты:«Кто впустил в этот мир свет, любовь, боль и страх?»,А в ответ снова слышишь: «Ты сам… Только ты…»Посыпаешь свой чёрный надломленный хлебБелой солью семи неспокойных морей.Уклоняешься встречных людей и судеб,Обгоняешь попутных, шагая быстрей.Ты испробовал несколько способов житьМежду бездною неба и твердью земли:Против ветра идти, по течению плыть,И сгорать от любви, и сжигать корабли.Избегаешь зеркал – нет давно новостейВ отражениях, ждущих тебя за стеклом.И в холодных глазах цвета будничных днейОстывающий пепел лежит серебром.И тебе всё одно, что аминь, что авось…В череде ясных дней и дождей проливныхБлагодарен одним ты за всё, что сбылось,А за то, чего не было, помнишь других.Ночь темна за окном, и ты встретишь рассветТо ли трижды святым, то ли только на треть.В список первых тебе был подарен билет,Поднимай паруса, сделай всё, чтоб успеть!

Мотылёк

Мне тяжкий груз сомнений не знаком,И самый дальний план мой – план на вечер.Я налегке, свободным мотылькомПорхаю не спеша судьбе навстречу.Мне дважды не прожить вчерашних дней,Проказы дежавю, по счастью, редки.Не превращаю память в дом-музейИ не бросаю я в фонтан монетки.Загадывать на завтра – суета,Располагать – известно чья задача…И рифма здесь какая-то на «та».А я живу сегодня наудачу.Проснулся утром, к вечеру не сдох,И день прошёл, меня не искалечив.Я говорю: «Спасибо тебе, Бог!»Пусть, очевидно, этот цикл не вечен.

Ты всего лишь чёрная кошка

На пути в Изумрудный городПерешла ты ему дорогуЧёрной кошкой. Тебе под сорок,А ему – за сорок немного.Суеверия – чем не поводНа секунду остановиться?И случайно среди знакомыхОбнаружить новые лица.И не ты, и не он – ни с места,Словно дух снизошёл, бесплотен.Заунывная песнь норд-вестаПрервалась на высокой ноте.И поверилось: это утроНачинает новую эру,Дан отсчёт с нулевой минутыНа тропинках пустого сквера.И мольбою: «Замри, мгновенье!» —Вдруг наполнился каждый выдох,И взметнулось ангелов пеньеНад землёй, до того безвидной.Пробужденьем убита сказка,И

замок на воротах рая…Голос ангелов, тих и ласков,Обернулся вороньим граем.И пуста у судьбы ладошка,И меж вами, как прежде, бездна:Ты всего лишь чёрная кошка,Ну а он дровосек железный.И чуть-чуть не хватило веры,И сфальшивил норд-вест в бемоле.Посыпает дорожки сквераСонный дворник песком и солью.

Белое

Мой путь лежит меж каплями дождя,Иду вперёд в толпе, в противотоке.Тебя теряя, нахожу себяИ вновь ищу твой голос одинокий.Но дождь не различает голоса,Цвета не различает, впрочем, тоже.Он лишь на миг смыкает небесаИ землю, сблизив бога и прохожих.И имя мне неведомо твоё,Цвет глаз твоих в толпе едва узнаю,А дождь ласкает струны и поёт,Ни в ноты, ни в размер не попадая.И белый стих, и белый шум дождя —В неясность формы тайный смысл уложен.Сюжет петляет, лужи обходя,И я петляю, обходя прохожих.Затеряны мы в лабиринте строк,И наша встреча на одной страницеВозможна как постскриптум, эпилог,Не сумма чувств, но сумма интуиций.Всё звонче и отрывистей струна,Смешались и адажио, и скерцо.Вдруг белая случилась тишина —Такая, как меж двух ударов сердца.Два такта паузы и пустоты —Задав вопрос, не получить ответа.Остановилось время… «…Это ты?»И снова дождь, как белый стих поэта.

Новое утро

Здравствуй, новое утро!Я жив, и уже слава богу!Мне снова пора в дорогу,Вот только допью свой кофе.Мне снова пора в дорогу,Мне снова бежать по кругу,Кружиться, как на карусели,И доля моя типична!Бежать по прямой – примитивно,Хлопотно и чревато…Петлять же нам не пристало,Ведь мы никакие не зайцы.А круговое движеньеКомфортно и безопасно.Со временем привыкаешь,И думаешь: «Так и надо!».Таков закон карусели:Что ждёт и что было – понятно,Вот только тошнит немного,Зато не собьёшься с пути.И музыка громко играет,И веселятся холопы,Сзади – всё те же лица,А впереди – те же спины.И даже герои Вселенной —Отважные космонавты —В небе круги нарезаютЗвёздочкой неприметной.А стрелки бегут по кругу,И время снежинкой тает,И кофе, как и кровь, остывает,И новый круг впереди…

Один ночью волк

ОдиночестваПоднимаю флаг.Один ночью волк —Мой тотем, мой знак.Один ночью волкСам отныне я,Одиночество —Жизнь пустынная.Жизнь пустынная —Сожжены мосты.И пусть ты – не я,Пусть и я – не ты.Волчья, вольнаяПеснь ласкает слух —При луне поётМой свободный дух.Волчья, вольнаяЖизнь отшельника —Ни креста на мне,Ни ошейника.Не пристало мнеОбщий строй крепить:Я не блок в стене,Не звено в цепи.Никому не другИ не враг притом,Только сам – себе,Остальным – никто.Я прощаю всем,И оставьте мне.Вторит волчий войВетру при луне.

1 2