Дневник Берта

Ульссон Сёрен

Поэтому сегодня мне не нужно было идти в школу. Треб Волкер собирался на секретное задание.

В пятницу одной специальной особе исполняется двенадцать лет. Я купил подарок и собираюсь его послать — анонимно. Вот именно. Ребеке исполняется двенадцать лет. Это не совсем безопасно, покупать девчоночьи подарки. Если тебя заметят приятели — это опасно для жизни. Вся школа тогда узнает, что Треб купил постыдную девчоночью вещь. Поэтому я пошёл в магазин, когда все остальные были в школе. Вот как это было.

Сначала я пошёл в «Консум».

Там были только две синие пластмассовые лопатки и одна старательная резинка. Потом я три раза прошёл мимо парфюмерного магазина. Внутрь я, естественно, не зашёл. Парням нельзя покупать духи, можно только иногда шампунь и мыло. По-моему, я даже видел табличку: «Собакам и одиннадцатилетним парням вход воспрещён». Лучше зря не рисковать. Я нашёл подарок в универмаге. Я прошёл вокруг и проверил, нет ли поблизости кого-нибудь из знакомых. Путь был свободен.

На третьей полке лежали они. Розовые, блестящие пеналы.

В момент, когда я уже брал пенал, я заметил двух больших парней, которые, похоже, наблюдали за тем, что я делаю. И тогда я взял — пару шнурков для ботинок. Их я пошлю Ребеке с запиской:

«Вообще-то ты должна была получить розовый пенал. Но они закончились. Подпись: Неизвестный».

Когда я ждал автобуса, ко мне подошла Ирис Линд. Ирис Линд по средам вместе с бабушкой вяжет крючком скатерти.

— Уж не Треб ли это? — воскликнула она.

— Что? — спросил я.

— Треб, ты ведь сейчас должен быть в школе?

— Что? Треб… Меня зовут Йонссон, и мне тридцать семь лет. До свидания.

Я пошёл домой пешком.

У Оке нет мамы. Она умерла, когда Оке было семь лет. Мы с Оке пытаемся понять, где она сейчас.

— На кладбище, — считает Оке.

Я в это не верю.

Она летает вокруг в воздухе и совершенно невидима.

Бабушка утверждает, что когда человек умирает, он приходит к Богу.

— И где он тогда находится? — обычно интересуюсь я.

— Везде, — объясняет бабушка. — Бог везде.

Но это не так. Я искал под кроватью, в сахарнице и в папашином «Опеле». Там его не было видно.

Интересно, кем Бог работает. Точно не на почте. Там работает Карлссон. Он постоянно матерится и жуёт табак. Кстати, Богу и не нужно работать. Он наверняка на пенсии, поскольку своё он уже сделал.

Оке и я любим хулиганить по телефону.

Однажды мы позвонили тётеньке по фамилии Альбертссон.

Мы сказали, что мопед готов.

— Какой мопед? — удивилась она.

— Мопед с высоким рулём, снятым глушителем и линией скорости на баке.

— Нет у меня никакого мопеда, — сердито заявила тётенька.

— Так написано в бумагах, — возразил Оке.

Оке умеет врать.

Тётенька собиралась позвонить в полицию. И мы положили трубку.

Можно звонить людям со смешными фамилиями. Вот несколько хороших примеров:

— Это Ель?

— Да?

— Тогда сыпь иголки. ХА-ХА-ХА!

— Это Орёл?

— Да?

— Тогда

улетай.

— Это Пистолет?

— Да?

— БА-БАХ!

— Это Олень?

— Да?

— А лось дома?

Самое лучшее — звонить девчонкам. Но это опасно! Нельзя, чтобы тебя узнали. Но разрешено делать некоторые подсказки. Например, когда я звоню Линде, чтобы помочь Оке.

— Оке у тебя?

— Какой Оке?

— Посмотри в окне!

После этого мы кладём трубку.

У нас появился новый сосед. Старик. Выглядит довольно подозрительно. Старику примерно двадцать пять лет и несколько месяцев. У него усы. Иногда его по ночам не бывает дома. Его зовут Улле Коллин. Подозрительное имя.

Мы с Оке собираемся за ним следить, чтобы понять, чем он занимается.

Я больше люблю бутерброд с сырными чипсами, чем просто с сыром. Но мама не позволяет мне делать такие бутерброды.

Вот что мама не позволяет:

бутерброд с сырными чипсами, грязные пятки, порванные трусы.

Потому что если попадёшь под машину и тебя отвезут в больницу, то все увидят, что у тебя рваные трусы. Это знак того, что ты бедный или что у тебя неряшливая мама.

Кстати о бутерброде. Какое название! А если бы он назывался маргаринброд или бутерлось.

Хорошее животное — лось. Бегает себе по лесу и мычит. Потом его переезжает автомобиль. Глупо. Я бы хотел иметь собственного лося. Лося Эйнара. Тогда бы я ездил верхом на Эйнаре в школу, и он бы съел капот на рокерской машине Глыбиного папаши. Я бы всем школьникам позволял ездить на лосе. Это бы стоило одну крону. Но не для Ребеки. Она могла бы ездить бесплатно.

Конец простой — вампира вой

5 февраля

Здорово, дружище!

Оке сегодня чуть не умер. Но не потому, что у него слабое сердце или что-то в этом роде. Нет, его чуть не убили все учащиеся нашей школы.

Дело было так.

Утром Оке влетел на физкультуру и заорал, что у него точная информация. Что к нам в класс приходит новый парень. Никто не заинтересовался.

— Парня зовут Большой Эрик, — продолжал Оке.

Все заинтересовались. Оке сообщил, что Большому Эрику восемнадцать лет, что он несколько лет был в море и поэтому должен идти в школу только сейчас. А если это правда! Большой Эрик будет самым сильным в классе. Он сможет с первого раза завалить кого угодно, даже Глыбу. Мечта! Глыба будет размазанным, как пюре, а Ребека не любит пюре. Тогда освободится путь для меня. Но если Ребека заинтересуется Большим Эриком…