Дневник
Шрифт:
Бездна манит и завораживает. Хотя откуда у меня уверенность в том, что это именно бездна, я не знаю. Делаю два шага по ступенькам и чувствую за спиной злобное рычание. Делаю шаг вперед и просыпаюсь.
Это же надо такому присниться! Что мне делать с этим животным? Единственный пока вариант ответа на этот вопрос — бояться — меня не устраивает. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.
Вечером за мной зашла Варюша, и мы пошли на танцы. На ней было новое нежно-голубое платье, делающее её глаза ещё более голубыми, и выглядела она в нем необычайно
Когда мы пришли, Драгомир был уже там. И как только начался очередной танец, он подошел и пригласил меня танцевать. Он двигался очень уверенно и плавно. От него пахло летним утром, и этот запах дурманил мне голову. И было такое чувство, как будто я кролик перед удавом. Из головы выветрились все мысли, поэтому беседа у нас не заладилась.
Как же я была скованна и неуверенна! Весь мир вокруг словно отдалился. Не было ничего более настоящего, чем тепло его руки на моей талии и непокорная черная челка, которую мне хотелось отвести от его лица. Меня сковал непонятный страх сделать или сказать что-нибудь не так… Но даже не смотря на это, я получила огромное удовольствие, и мне показалось, что танец закончился слишком быстро.
Больше Драгомир меня на танец не приглашал, хотя я несколько раз чувствовала на себе его взгляд.
Потом меня опять приглашал Всеволод. Я смеялась, отвечала на его реплики, но мои мысли были не с ним. Я подумала, что нам с ним нужно объясниться, но как это сделать, я не знала. Сказать ему прямо, что не люблю его… так ни о чем таком разговора у нас не было. Да и никаких двусмысленных намеков он не делал. Прямо о том, что он хочет отношений, не говорил тоже.
Потом Всеволод опять предложил проводить меня домой, и я после недолгого раздумья, согласилась. Но при условии, что мы уйдем немного раньше, чем закончатся танцы. Не хотелось объясняться перед ребятами.
По дороге домой, мы некоторое время молчали. Наверное, он как-то почувствовал мое настроение, потому что совсем не удивился моему предложению поговорить.
Я молчала, не зная как начать, когда Всеволод начал разговор сам:
— Я знаю, что ты скажешь. Я и сам это почувствовал. Но ты мне очень нравишься, поэтому я до последнего не хотел верить.
— Мне очень жаль, — опускаю глаза, не решаясь на него смотреть. — Я не знала, что все так получится. Ты и правда, очень хороший парень, я уверена, ты сможешь сделать любую девушку счастливой… но нельзя почувствовать того, чего нет.
— Я знаю. Но и друзьями мы с тобой не сможем остаться. Я не смогу удовлетвориться ролью друга.
— Значит, это наша последняя встреча…
— Да, — он озорно улыбнулся. — Но если ты передумаешь, знай, что я буду рад.
Мои губы невольно растянулись в улыбку:
— Обязательно!
Оставшийся путь до моего дома мы прошли молча. На прощание он поцеловал кончики моих пальцев. Мы встретились взглядами, и я увидела в его глазах его судьбу, его страхи, надежды, мечты, будущее…
Он станет великим бардом, таким, которого помнят спустя века. Он будет счастлив с женой и двумя дочерями.
Он будет петь в соседних странах, но никогда не будет делать это на потеху тем, кто не оценит его талант.
Один из тех, кому он откажет, затаит злобу и однажды ослабит подпругу
Глядя в глаза Всеволода, я попросила:
— Поклянись мне что выполнишь одну мою просьбу.
Он недоверчиво посмотрел на меня, но после колебаний решительно кивнул:
— Клянусь!
— Учти, ты поклялся! С этого дня, если ты садишься на лошадь, внимательно проверяй, как закреплено седло. Однажды это убережет тебя от большой беды.
Он внимательно посмотрел на меня, что-то увидев в моих глазах, поклонился, сказал «спасибо» и ушел, не оглядываясь.
Иногда так происходит, что я могу видеть будущее. Это никак не зависит от моего желания. В какой-то момент это просто случается, и я понимаю, что именно должна сказать человеку, который стоит передо мной. Словно наблюдаю за собой и ситуацией со стороны.
Я очень рада, что никогда не видела своё будущее, и у меня нет возможности его узнать. Мне нравится думать, что всё зависит только от моего выбора и от моих усилий. Именно поэтому я с самого раннего детства стараюсь прилежно учиться и как можно больше читать. Чтобы знать, что сделала всё, что от меня зависело. И не жалеть потом.
_________________________
Все утро я была как на иголках. Каждая секунда тянулась вдвое дольше, да еще, как нарочно, я проснулась раньше обычного.
Мама, как и всегда, все поняла, едва взглянув на меня. Мы позавтракали, попили чай и начали готовить вкусный обед. Стоило нам поставить жаркое в печь и дорезать салат, как мы услышали на улице громкий голос брата: «А где же мои красавицы? Почему меня никто не встречает?».
Мы рванули на улицу. Брат выгружал вещи из повозки, а рядом с каретой стояла миниатюрная светловолосая девушка. Увидев ее, я наконец-то осознала, что все эти дни переживала о том, сделал ли Дин правильный выбор. Понравится ли мне его избранница, а если нет, смогу ли я огорчить брата, смогу ли притворяться.
И вот теперь меня накрыла волна облегчения — девушка мне понравилась, и я почувствовала, что брату она подходит. Не знаю, почему мне она кажется подходящей, но точно знаю, что это именно так. Внешность у нее самая обычная, но есть в ней что-то такое необъяснимое, какое-то внутреннее свечение. А может дело во взгляде, которым она смотрит на моего брата.… Даже не знаю. Но как же я обрадовалась!
Обнявшись с Дином, я вдохнула солоноватый запах моря и поняла, что его плечи стали ещё шире. Отойдя в сторону, он представил нам свою невесту. Оказалось, что ее зовут Кали и она целительница на том же корабле, на котором ходит и брат. Этим она окончательно завоевала мое расположение, т. к. я преклоняюсь перед работой целителей, и одновременно мне их жаль.
Очень сложно всю жизнь посвятить другим людям, оставляя для себя лишь маленький кусочек. Быть всегда приветливой, милой, сострадать, дарить душевное тепло, даже когда тоскуешь, устала, плохое настроение, что-то болит. Я понимаю, что они черпают силу в своей работе, но принять это мне сложно. Да и не нужно, если совсем уж честно.