До конца времен
Шрифт:
Сандра понимала, что Шандор добьется своего. Она уже убедилась в этом на собственном горьком опыте. Ругнувшись шепотом, она села на землю и стала разуваться.
— Я не расслышал, что именно ты сказала, — усмехнулся Шандор, — но, кажется, речь шла о моих родственниках. — Опустившись на землю рядом с Сандрой, он расшнуровал ее левую туфлю. Жесткое выражение на его лице испарилось так же быстро, как и появилось.
— Говорю же, нет у меня никаких мозолей! — возмущалась Сандра. — Почему ты
— Ты все время твердишь одно и то же. Интересно, почему? — Сняв туфлю, он принялся стаскивать носок. — Ты так уверена, что не хромаешь, что невольно приходит в голову одна мысль. Ты изо всех сил старалась не хромать, вот что. — Он снова заглянул в лицо девушки. — Я ведь прав?
— Нет у меня никаких мозолей, — упрямо гнула свое Сандра.
— Что ж, посмотрим, — отбросив носок, Шандор взглянул на ногу Сандры. — Какие у тебя красивые ступни! Сильные, изящные.
— И огромные!
— Было бы странно, если бы у такой крупной женщины были маленькие ноги. Что ж, на пятках и на пальцах мозолей нет, — с этими словами он поднял ногу, чтобы взглянуть на подошву.
— Нет! — Сандра попыталась выдернуть ногу. — Ты ведь уже убедился…
Поздно — она ясно видела это по окаменевшему лицу Шандора.
— Да, мозолей действительно нет, — хрипло проговорил он. — Господи, почему ты не сказала мне ни слова? Вторая нога выглядит так же?
— Да, — Сандра снова хотела поджать ногу, но Шандор крепко держал ее стопу. — Я хочу обуться.
— Пока не стоит. Тем более что теперь тебе нечего больше скрывать. — В глазах его сверкала ярость. Дрожащими руками Шандор расшнуровал правую туфлю. — Ты прошла не меньше десяти миль, скрывая от меня свое состояние, но теперь я уже все видел. — Он осмотрел вторую ступню и тяжело вздохнул. — Ты снова солгала мне. Эта нога выглядит гораздо хуже.
Сандра пожала плечами.
— Болят они совершенно одинаково, — она печально улыбнулась.
Рука Шандора сжала ее стопу.
— Ничего смешного! Я готов задушить тебя! Почему, почему ты не сказала мне? Почему не спорила, когда я объявил, что придется идти пешком по горам пятнадцать миль? Почему не объяснила, что твои ступни покрыты шрамами и тебе трудно пройти даже одну милю?
— Ты ведь сказал, что безопаснее всего двигаться пешком. Я не могла требовать, чтобы ты рисковал собой из-за моего увечья.
— Я нашел бы способ переправить тебя! Какое ты имела право корчить из себя мученицу! — Он коснулся пальцами ее израненной ноги. — Я чувствую себя одним из палачей Налдоны. Ну почему ты не можешь довериться мне до конца? — В голосе его зазвучала боль. — Как еще я должен доказать тебе, что заслуживаю доверия? Ты не должна переносить все невзгоды одна! Я здесь, и я хочу помочь тебе.
— Ты вовсе не кричал, — тихо сказала Сандра. Он и вправду ни разу не повысил на нее голос, но в словах его было столько едва сдерживаемой ярости, что ей стало не по себе.
— Нет? — Шандор лукаво улыбнулся. — А мне казалось… — Он опустил ноги Сандры так, что теперь они висели над водой. — Что ж, посмотрим, что можно сделать, чтобы эти кошмарные раны болели не так сильно. — Он присел рядом с Сандрой. — Обидно, когда тебе не доверяют, но готов подождать, пока ты сама захочешь рассказать мне о своем прошлом.
— А другие женщины сразу и во всем доверялись тебе? — Сандра сама не знала, как эти слова сорвались у нее с языка.
— Я, кажется, ясно дал понять, что тебе не стоит сравнивать себя с другими женщинами из моей жизни, — не глядя на Сандру, Шандор закатал ее джинсы до колен. — Я не могу силой добиться твоего доверия. Это должно исходить от тебя. Я не сержусь. Просто мне больно сознавать, что ты не веришь мне до конца. — Он осторожно погрузил ее ноги в холодную воду ручья. — Посиди вот так. Тебе должно стать легче. Ну как? Лучше?
— Намного, — рассеянно прошептала Сандра. Мысли ее были заняты словами Шандора, и она почти не чувствовала, как обмывает распухшие ноги ледяная вода. Она причинила ему боль. При мысли об этом у Сандры защемило сердце. Она же не хотела!.. Шандор прав. Она давно привыкла охранять свой мир от посягательств посторонних и непроизвольно отгораживалась стеной от всякого, кто пытался туда проникнуть. Но Шандор не побоялся дать понять, что Сандра может причинить ему боль. Он доверял Сандре, а она не могла найти к себе силы довериться ему до конца.
— Это случилось в Саид-Абабе, — быстро произнесла девушка.
— Что? — Шандор буквально впился взглядом в ее лицо.
— Я говорю о шрамах, — Сандра смотрела на лоскуток неба, темневший в просвете между кронами сосен. — Это случилось шестнадцать лет назад в Саид-Абабе.
Шандор застыл, словно пораженный громом.
— Но ведь шестнадцать лет назад тебе было не больше двенадцати… а раны, от которых остаются такие шрамы, должны быть очень глубокими. — Он старался говорить ровно, чтобы Сандра не испугалась и снова не замкнулась в себе.