До конца времен
Шрифт:
Леони озабоченно поднялась, поставила стакан на столик, взяла сумочку и направилась к купальне, чтобы вымыть руки и проверить макияж в туалетной комнате.
Она медленно брела по саду, восхищаясь обилием цветов. Возле неоклассического портика купальни ее окутал опьяняющий аромат вьющихся роз, почти скрывающих из виду изящное строение. Розовые розы были в полном цвету, опавшие лепестки устилали лужайку и каменный пол портика.
Открыв застекленную дверь купальни, Леони вошла внутрь и с удивлением обнаружила, что Бобби превратил одно из помещений в спортивный
Разумный выбор, наконец решила Леони. Здесь светло, просторно и тепло, по крайней мере летом, к тому же достаточно только отворить дверь, чтобы нырнуть в бассейн и смыть пот после тренировки.
По пути в ванную Леони вдруг остановилась. Краем глаза она заметила большую черную спортивную сумку на одной из скамей. Сумка с золочеными инициалами на боку выглядела до боли знакомой.
Она подступила поближе и…
– Не может быть!
Леони отпрянула так поспешно, словно из сумки выползла ядовитая змея и подняла голову, приготовившись к прыжку.
– Не может быть, – повторяла Леони, – этого не может быть.
Ее сердце гулко заколотилось в груди, к горлу подкатила тошнота. Сделав несколько глубоких вдохов, Леони попыталась взять себя в руки. «Я ошиблась, – говорила она себе. – Это просто обман зрения. Не иначе».
Спустя несколько минут ее дыхание вновь стало ровным. Набравшись смелости, Леони подошла к сумке и присмотрелась.
Золотые буквы отчетливо выделялись на фоне черной кожи. Г.У.Р. Генри Уилсон Рейнолдс.
Прижав ладонь к губам, Леони подавила возглас. Теперь у нее не осталось никаких сомнений.
Эту сумку она подарила Хэнку на день рождения два года назад.
Чтобы не упасть, Леони схватилась за ближайший тренажер, уронив прислоненную к нему теннисную ракетку. Ракетка глухо стукнула об пол. Наклонившись, Леони подобрала ее и положила на скамью.
Эту ракетку Хэнк преподнес самому себе на тот же день рождения.
Леони рухнула на скамью рядом с сумкой, подтянула колени к груди и закрыла лицо руками. В такой позе она просидела довольно долго, борясь с вихрем противоречивых мыслей и чувств. Потрясение было слишком велико, чтобы плакать.
Мало-помалу бешеный стук сердца утих. Леони охватило оцепенение, которое вытеснило шок.
Внезапно ей стала ясна подноготная многих событий нескольких последних месяцев. Осознание пришло мгновенно и было подобно пощечине.
Хэнк и Бобби Чандлер – любовники. Все просто как арбуз. Муж бросил ее ради ее лучшего друга. История древняя, как сам мир. Только на этот раз в роли «другой женщины» выступил мужчина.
Леони вдруг разразилась смехом, от которого сотрясалось все тело, а стены зала отзывались эхом. Эта бурная и непристойная вспышка неуместного веселья поразила даже саму Леони.
«Вот она, извечная шутка судьбы! – думала Леони. – Да, так оно и есть. Судьба вновь пошутила – на этот раз со мной. Она не изменила своим правилам».
Когда ей наконец удалось овладеть собой, в голове снова завертелись мысли, разрозненные кусочки мозаики стали складываться, образуя отчетливую картину.
Медленно поднявшись, она поплелась в ванную, где причесалась, вымыла руки и проверила макияж. Надо слегка подкрасить губы, решила она. Так будет лучше. Вынув тюбик бордовой помады, Леони тщательно нанесла ее на губы, вновь посмотрелась в зеркало и осталась довольна увиденным.
Повесив сумочку на плечо, она выпрямилась, вышла из купальни и направилась к противоположной стороне бассейна, где под большим полотняным зонтом за столом уже устроился Бобби.
Увидев ее, он приподнялся.
– Вот ты где! А я уж думал…
Но заметив выражение лица Леони, он замолчал.
– Не вставай, – бесстрастно произнесла она.
– В чем дело, Леони? – спросил Бобби. – Ты выглядишь так, словно увидела призрак.
– Не призрак, Бобби, – поправила она, – а истину.
Он озадаченно нахмурился.
– О чем ты говоришь?
– Ты и сам знаешь. О тебе и Хэнке.
Бобби вдруг напрягся, под густым загаром на лице проступила бледность. Спустя несколько секунд он овладел собой, но не проронил ни слова.
– Я любила тебя как брата, Бобби, – продолжала Леони. – Ты был моим лучшим другом.
– И я любил тебя, – живо отозвался он.
– Может быть, – со вздохом произнесла Леони. – До тех пор, пока это тебя устраивало. Но с теми, кто тебе действительно дорог, ты поступаешь совсем не так. – Она перевела дыхание. – Напрасно ты скрыл от меня правду. Если бы не твоя скрытность, возможно, мне… не было бы так больно.
– Мне очень жаль, Леони…
– Надеюсь, в глубине души ты и вправду сожалеешь о случившемся. – Долгое время Леони смотрела на него молча. – Ну, мне пора, – наконец решила она. – Желаю вам обоим счастья.
Повернувшись, она стремительно зашагала прочь от бассейна, пересекла сад, обогнула дом и подошла к машине. Быстро открыв дверцу, она бросила сумочку на сиденье, села за руль и включила зажигание.
На аллее, у самых ворот, ее глаза внезапно наполнились слезами. Смахивая их ладонью, Леони вспомнила, что не взяла вещи, за которыми приезжала. «Ну и черт с ними! Бобби богат. Пусть сам пришлет их мне».
Глава 13
Дом погрузился во мрак; единственным признаком жизни в нем остался свет маленького ночника в гостиной. Дождь хлестал по окнам, над самой крышей слышались зловещие раскаты грома. Резкие и пугающие вспышки молний освещали комнату, отражаясь в зеркале над камином, которое лишь усиливало их.
Эта летняя гроза заставила Леони почувствовать себя ужасно беспомощной и уязвимой.
Она лежала на кушетке, подсунув под голову подушки с бахромой в наволочках из старинного лионского шелка. На столике рядом с кушеткой стоял бокал «пуайи-фуазе». Еще недавно Леони была поглощена своими мыслями, но неукротимая ярость грозы и ее пиротехнические эффекты отвлекли ее, заставили вернуться в этот мир. Злобный ветер хлопал незапертой ставней, аккомпанируя дождю.