До небес
Шрифт:
–Пусть войдёт! – Приказал Лёня.
Я стоял, как истукан не в силах слово сказать, ни пошевелится.
Секретарша вышла, и спустя пару минут вошла гостья в монашеском одеянии.
–Вы сказали имя Вера, – Задал я вопрос сухим безжизненным голосом. – Кто вы такая?
–Я не хотела приходить. Вера лишь однажды сказала мне, что знает вас, но в детали не посвятила. Мне пришлось порыться в поисках информации, и я думаю, что поступила правильно.
–Лёня, покажи ей снимок, – Потребовал я, – Это она?
Монахиня, взглянув на снимок
–Да, это Вера. Несколько дней назад она покинула монастырь, и вот я узнала то случился пожар в квартире её родителей.
–Монастырь, – Пробормотал я, начиная вникать в суть. – Она пряталась у вас?
–Да, последние три года, – Продолжила Монахиня, – Я знаю о ней лишь с её слов. Помню, она пришла сильно избитая, истощённая, и мы приняли её. Но она не могла оставаться у нас, не имея чёткой позиции. Я дала ей достаточно времени…
–Вы отпустили её понимая что ей некуда идти? – Прошипел я в бешенстве, – И сейчас пришли для чего?
–Я дала ей денег, и рекомендательное письмо. Надеялась, что она пойдёт к вам, но я вижу что ошиблась. Вера не могла смотреть вам в глаза, из-за того что случилось с ней в прошлом.
–Она была у родителей? – Выпалил я, взглянув на растерянного Лёню, – Это так твои люди смотрели за домом? Что три года назад…Она пошла к ним, перед тем как пойти в монастырь.
–Марк, я не понимаю, почему всё так происходит, – Сокрушался Лёня, – Мои люди её в лицо не знали, им приказали следить за родителями. Не нужно меня во всём винить!
–Да, ты прав. Извини, – Произнёс я, понимая что перегнул палку, – Спасибо что пришли, я распоряжусь сделать пожертвования в ваш монастырь.
Мне уже не о чем было говорить с ними обоими, и я поспешил покинуть офис.
Мои силы на исходе. Я устал жить прошлым, это бремя становится слишком тяжёлым. Вера не хочет, что бы её нашли, а я не могу дальше бегать за призраком, который то и дело ускользает от меня.
****
Снова часы, отсчитав время, замерли на циферблате, отбив ровно девять. Я пьян, бутылка скотча почти опустела, в гостиной стоит полумрак, и я вновь слышу, как стрелка часов зашелестела по циферблату. Чёртово время, оно неумолимо движется вперёд.
Ещё скотча, глоток, жидкость обжигает горло, беру в руку фотографию, смотрю на Веру, и моих губ касается лёгкая улыбка. На этом снимке она смеётся, но в глазах грусть. Мне жаль, что она так и не смогла найти в себе силы прийти, поделится своим горем. Пальцы сомкнулись, сжимая в ладони фотографию.
За спиной раздались тихие шаги, затем робкий голос горничной.
–Вам что-нибудь нужно?
Я не знаю, что ей ответить. Мысли путаются, нельзя столько пить…
Подняв глаза, окинул её тонкую фигурку оценивающим взглядом.
–Сними платье, – С трудом ворочая языком, пробормотал я.
Она будто ждала этого приглашения. Пальчики забегали по пуговицам, и вскоре платье упало к ногам.
–Что дальше? – Поинтересовалась она, коснувшись лямок лифчика.
–Убирайся, –
Почему они все готовы раздвинуть ноги только лишь по одному щелчку! Где эта грань? Как понять, что пора остановится или ты перешагнёшь тот барьер, и назад уже не сможешь вернуться? Что нами движет? Смог бы я достичь того что имею, не будь у меня маниакальной злобы на человечество? Те, кто раньше не замечал меня, теперь зависят от меня! Они просят у меня помощи, а кто помог мне?
Поставив бокал на журнальный столик, с трудом встал, и, пошатываясь, пошёл наверх.
–Марк!
Услышав голос Лёни, я остановился, на секунду усомнившись в том, что реально его слышу. Но он вновь позвал меня.
–Что тебе надо? – Не оборачиваясь, пробормотал я.
–Я знаю, где Вера.
–Это очередная уловка. Она опять исчезнет, и всё начнётся снова. Этот круг никогда не замкнётся, будет тянуться бесконечно.
–Я знаю, где она, – Настойчиво повторил Лёня.
–Ладно, говори…
С тяжёлым вздохом произнёс я, присев на лестничную ступеньку.
Что бы он ни сказал, уже не был уверен, что хочу это услышать.
Глава 4
Вера
Это не должно было случится…
Но я не смогла смотреть дальше на это безобразие…
Всё что нужно было сделать поднести спичку и навсегда покончить с прошлым.
Да, она была ко мне несправедлива, порой жестока, но она моя мать. Было время я хорошо помнила её любовь, заботу, и не могла смотреть на то как она окончательно губит себя.
Подписав все бумаги в наркологическом центре, оставила мать на попечение врачей. Даже если она не излечится, у неё будет шанс, я попыталась спасти её, несмотря ни на что.
Маму повели в палату, я смотрел ей вслед, с трудом сдерживая слёзы. Она ведь была человеком, у неё была жизнь. Помню, они вернулись с роддома, мама, папа, счастливые их лица сияли. Маленький свёрток оказался у меня в руках, откинув одеяльце я стала всматриваться в личико малыша. Он умер через шесть дней, от кровоизлияния в мозг, мама уронила его, и так и не смогла себя простить. Спустя немного времени, я уже редко видела их трезвыми, а потом и вовсе никогда.
–Здравствуйте…
За спиной раздался мужской голос. Смахнув набежавшие слёзы, повернулась. Передо мной стоял врач в белом халате, протягивая мне кулёк с личными вещами матери.
–Выкиньте их, они мне не нужны, да и ей тоже, – Отмахнулась я, не желая даже к ним прикасаться.
–Хотите быть рядом?
–В смысле? – Растерялась я.
–Ну, с матерью? У нас есть место нянечки, работа тяжёлая, да и вредная. Но вы сможете контролировать процесс её выздоровления.
Я не могла поверить в то, что слышу. Мне негде жить, нечего есть, и эта работа просто необходима.