До последнего
Шрифт:
— Это ты хорошо придумала. Догадывалась, наверное, как я тебя хочу.
Почувствовав на себе его руки, она застонала, провела пальцами по его лицу и коснулась выреза футболки. Потом, одним молниеносным движением разорвав на нем футболку от шеи до талии, она резко от него отодвинулась.
Стрейта настолько поразили действия Гвен, что он едва не скатился с постели.
Проследив за ее взглядом, он понял, что она смотрит на окровавленные бинты, стягивавшие его плечо.
— Странный все-таки след оставила лягнувшая тебя лошадь, — сказала Гвен.
Некоторое время после этого они смотрели друг
— У твоей пушки неважный баланс, Немо, — сказала она, осмотрев оружие со всех сторон. — Кроме того, было бы неплохо поставить на нее лазерный прицел. Очень полезная вещь, особенно если стреляешь ночью.
На лбу у Стрейта выступили крупные капли пота.
— Ловко же ты управляешься с этой штукой.
— На ферме в Кентукки я занималась не только лошадьми. Мои отец и братья были активными членами Национальной стрелковой ассоциации. Я тоже хотела туда записаться, но родители считали, что девушке это ни к чему.
— Приятно слышать. Я тоже член этой ассоциации. — Когда она поставила пистолет на предохранитель, он вздохнул с облегчением.
— Так что же ты прятал в трейлерах? — спросила Гвен. — Наркотики?
— Послушай, детка, почему бы нам еще немного не выпить, а потом...
Гвен сняла пистолет с предохранителя и снова его подняла.
— Я пришла сюда, чтобы поиметь тебя, а не для того, чтобы меня поимели. Время уже позднее, и я начинаю уставать. Если хочешь получить сегодня сладкого, то брось молоть чепуху и отвечай по существу.
— Ладно, ты баба умная, и я скажу тебе все. — Он допил бурбон и вытер рукой рот. — Да, наркотики. Но только не те, о которых ты подумала. Они продаются по рецептам, хотя раза в два сильнее морфина. Так что проблем с лабораториями и транспортировкой через границу нет. Главное — получить доступ к рецептам или подкупить лаборанта, который занимается изготовлением таблеток. Эти таблетки — оксиконтин — легче всего добыть в сельской местности. Я же развожу их по большим городам. Редкий случай, когда деревенский житель может урвать свой кусок от жирного пирога наркобизнеса. И меня это радует.
— Значит, ты используешь Ист-Уиндз как свою базу, а наши трейлеры — как средство транспортировки?
— Сначала мы использовали для транспортировки пикапы, оставляя партии продукта в условленных местах. Мы даже рассылали таблетки по почте. Но потом мне пришла в голову идея перевозить их в трейлерах для лошадей. Ведь транспорт такого рода постоянно перемещается из штата в штат. А когда копы останавливают караван, чтобы потребовать документы на лошадей, запах навоза заставляет их держаться подальше от трейлеров. Кроме того, поисковых собак вряд ли натаскивают на наркотики, которые распространяются по рецептам. Так что я рассылал своих людей с трейлерами по всей стране, и даже вы с Билли не имели представления о том, чем я занимаюсь. Последний транспорт — в Кентукки — был самым крупным из всех.
Он поднял свой стакан, словно собираясь выпить за успех своего предприятия.
Гвен снова посмотрела на его рану.
— Но, как я вижу, не обошлось и без эксцессов.
— Что ж, когда занимаешься нелегальным бизнесом, нужно быть
— А от кого в данном случае исходила опасность — от товарищей по цеху или от полиции?
— Какая разница, детка?
— Ты это верно заметил. Из-за твоей деятельности теперь для нас с Билли представляют угрозу и те и другие. А между тем, Немо, ты должен был работать на нас и только на нас.
— Но должен же человек думать и о собственной выгоде? А это дело показалось мне таким прибыльным, что я не смог отказаться. Я не намерен вкалывать на фермах до конца жизни.
— Я наняла тебя для выполнения особой миссии, поскольку ты обладал всеми необходимыми для этого качествами.
— Верно. Потому что у меня есть голова на плечах и я в состоянии собрать качественное взрывное устройство. Кроме того, я знаю людей, которых не пугает вид крови. И я сделал все, что ты хотела. — Стрейт начал загибать пальцы на руке. — Отправил к праотцам федерального судью, прокурора и адвоката.
— Лидбеттера, Уоткинса и Винго. Бесхребетного судью, трусливого прокурора и адвоката, который взялся бы защищать убийцу своей матери, если бы ему за это заплатили. Я считаю, что мы исполнили свой долг перед обществом, покончив с этими негодными людишками.
— Это точно. Кроме того, мы уничтожили группу «Чарли» и натравили ПОЗ на это чертово «Свободное общество», уничтожив их руками его членов. Мы подставили работавшего под прикрытием агента, заставив его поверить в то, что он оказался на складе крупнейшего наркотического картеля, после чего он и вызвал группу захвата. Ради этого мы разыграли целое представление, достойное театральной премии. Мы много чего сделали, леди... — Немо мрачно посмотрел на Гвен. — Так что теперь можем немного поработать и на себя. Ты не на невольничьем рынке меня купила, Гвен, и я не твой раб.
Гвен по-прежнему не выпускала из рук пистолета.
— Между прочим, Веб Лондон все еще жив.
— Но ты сама велела оставить его в живых и выставить трусом. Мне просто повезло, что я встретил психиатра, работавшего со мной во Вьетнаме, который согласился им заняться. Теперь все считают, что Веб Лондон насквозь прогнивший тип. Ты не представляешь, сколько усилий мне пришлось для этого приложить. А между тем я сделал все это почти даром, поскольку и сам считал, что твой сын погиб ни за что. — На лице Стрейта выразилась обида. — Но я что-то не припомню, чтобы ты сказала мне за это спасибо.
Лицо Гвен было непроницаемым.
— Спасибо, Немо. Кстати, сколько денег ты сделал на этих перевозках?
— А что? — с удивлением спросил тот.
— А то, что мы с Билли на грани разорения. Вспомни, сколько я тебе заплатила и какие суммы Билли вложил в эту ферму. Очень скоро сюда приедут представители банка, чтобы описать нашу коллекцию автомобилей. Мы слишком много под нее заняли. Так что теперь нам нужна наличность, чтобы расплатиться с долгами. Кстати, мы собираемся продать ферму и уехать отсюда. Твоя рана еще больше заставила меня убедиться в правильности этого шага. Не хочу, чтобы в один прекрасный день ко мне в дверь постучали и начали задавать разные неприятные вопросы. Помимо всего прочего, мне надоели эти дикие места. Хочу перебраться на какой-нибудь остров, где всегда тепло и нет этих проклятых телефонов.