До самой смерти...

Макбейн Эд

– Стив, я очень ценю то, что ты для меня делаешь, – замялся Томми, – но я все обдумал и почти уверен, что это шутка. Проходите, пожалуйста, в спальню.

Они проследовали за ним через весь дом. В спальне Томми взял с комода белый галстук и подал его Карелле.

– Вот, – сказал он, – попробуй, может быть, у тебя что-нибудь выйдет с этой чертовой штукой.

Он встал перед Кареллой и поднял подбородок.

– Я навел справки о Соколине, – проговорил Карелла, принимаясь за работу.

– Да?

– Я

не хочу, чтобы ты сразу начал волноваться... но он сейчас в городе. В апреле вышел из тюрьмы.

– О!

– По-прежнему считаешь, что это шутка?

– Ей-богу, даже не знаю. Ты думаешь, он способен столько лет питать ко мне злобу? За то, что случилось в Корее? Или, точнее, за то, что даже не...

– Ты был в Корее? – спросил Клинг с интересом.

– Да, а ты?

– Тоже.

– В сухопутных войсках?

– Да.

– Я был в частях связи, – сказал Томми. – Десятый корпус. Высадка при Инчхоне.

– А я участвовал в освобождении Сеула, – сказал Клинг. – В составе Девятого корпуса.

– Под командованием генерала Уокера?

– Да.

– Черт, мы же сражались вместе с Первым и Девятым возле Сеула! – воскликнул Томми. – Боже, так мы же были друг от друга рукой подать.

– Ты участвовал в наступлении на Ялу?

– Конечно.

– Как тебе это нравится? – усмехнулся Клинг Стиву. – Тесен мир, ничего не скажешь.

– А теперь ты полицейский – так, что ли?

– Да. А ты чем занимаешься?

– Служу в банке, – ответил Томми. – Обучаюсь банковскому делу. – Он передернул плечами. – Вообще, это совсем не то, что я хотел бы.

– А чего бы ты хотел?

– Я бы хотел быть бейсбольным комментатором. Я был довольно приличным ловцом, когда мы играли ребятишками. Я знаю эту игру вдоль и поперек. Спроси Джоунзи, когда он вернется. – Он повернулся к Карелле. – Вы случайно не встретили его внизу?

– Кого? – пробормотал Карелла. – Ну все, завязал наконец.

– Джоунзи, он будет моим дружкой на свадьбе. И к тому же это мой лучший друг. Он сошел вниз примерно полчаса назад, сказал, что хочет подышать воздухом.

– Он уже был при полном параде?

– Да.

– Что-то я никого не заметил, кто был бы одет, как на свадьбу. А ты, Берт?

– Тоже.

– Ну ничего, он не опоздает, – сказал Томми. – Господи, только бы он не потерял кольцо. Сколько времени, Стив?

– Два. У тебя еще час, расслабься.

– Да, но, видишь ли, я должен приехать туда немного раньше и ждать у священника. По правилам, я не могу видеть невесты, пока она не подойдет к алтарю. Но твоя мать, Стив, – это нечто!

– Как это?

– Ты не подумай, я не жалуюсь. Из нее, наверное, выйдет отличная теща. Но когда я тут позвонил недавно, она даже не разрешила мне поговорить с Анджелой. Это уж чересчур, тебе не кажется?

– Она

одевалась, – объяснил Карелла.

– Да? – Томми просиял. – Ну и как она выглядит? Здорово, наверное?

– Здорово.

– Я так и знал. Она волновалась?

– Очень.

– Я тоже. Хотите кофе?

– Нет, спасибо.

– Выпить чего-нибудь?

– Нет. Рассказать тебе про Соколина?

– Соколина? Кто такой?.. Ах, ну да. Конечно, конечно, – Томми надел пиджак. – Ну все, я готов. Как я выгляжу? Я чисто выбрился?

– Чисто.

– К тому времени, как мы приедем вечером в отель, мне, наверное, снова надо будет побриться. У меня быстро отрастает щетина. Вам, светловолосым, Берт, везет. Как я выгляжу? Ничего, Стив? Бабочка на месте?

– На месте.

– Тогда я готов. Как думаешь, мы можем уже идти? Уже ведь третий час, верно?

– Думаю, что ты должен еще кое-что сделать до ухода, – произнес Карелла.

– Да? Что?

– Надеть штаны.

Томми посмотрел вниз, на свои волосатые ноги.

– О Боже! Хорошо, что вы здесь! Как может человек забыть то, что он делает каждый день, всю свою жизнь? О черт! – Он скинул пиджак и снял с вешалки в шкафу черные брюки. – Так что этот Соколин?

– Он отсидел год в тюрьме за драку из-за своего дружка, убитого в Корее.

– Да, звучит не очень обнадеживающе.

– Звучит просто скверно. Могу себе представить, какие чувства он питает к тебе.

Раздался стук в парадную дверь. Томми поднял голову и натянул подтяжки на плечи.

– Стив, открой ты, пожалуйста. Это, наверное, Джоунзи.

Карелла пошел вниз и открыл парадную дверь. Парень, который стоял перед ним, был примерно возраста Томми: лет двадцати шести или двадцати семи. Темные волосы были коротко подстрижены. Серые глаза горели от возбуждения. Он был очень красив в своем смокинге и белой рубашке с накрахмаленной грудью. Увидев, что Карелла был в такой же униформе, он протянул руку и сказал:

– Привет. Тоже шафер?

– Не-а. Родственник, – ответил Карелла. Он пожал протянутую руку. – Стив Карелла. Брат невесты.

– Сэм Джоунз. Дружка жениха. Зови меня Джоунзи.

– О'кей.

– Как наш жених?

– Волнуется.

– А кто не волнуется? Я даже пошел прогуляться, а то думал, чокнусь.

Они прошли через весь дом и вошли в спальню. – Все в порядке, Томми?

– Все прекрасно. Я чуть не ушел без штанов, что ты на это скажешь?

– Нормально в твоем положении, – успокоил его Джоунзи.

– У тебя грязь на коленях, – сказал Томми, глядя на брюки своего шафера.

– Что? – Джоунзи проследил его взгляд. – О, черт, я так и знал! Я споткнулся на ступеньке, когда выходил. Проклятие! – Он начал энергично счищать грязь щеткой.