До тебя
Шрифт:
Чертова Татум Брандт.
Обернув черное полотенце вокруг талии, подхватил еще одно, и вошел в свою комнату, вытирая волосы.
Включил лампу, подошел к окну, глядя через ветки на ее спальню. Там горел свет, но Тэйт не было видно. Я окинул взглядом передний и задний двор, насколько позволял обзор, чтобы удостовериться, что все в порядке.
Мне очень не нравилось, что она дома одна. Несмотря на желание поскорее отправиться на Петлю, я хотел, чтобы Тэйт была поблизости. Чтобы я мог ее видеть.
Просто
Пусть Тэйт держала меня на расстоянии, но она любила гонки. В этом я не сомневался. В детстве мы обсуждали, как будем гонять на Петле, когда обзаведемся собственными машинами.
А если буду проводить с ней время – покажу, что мне можно доверять, возможно, она отстанет с расспросами. Может, забудет о прошлом.
– Джаред?
Тихий, низкий голос пробрал меня до глубины души. Я резко обернулся; сердце загромыхало в груди.
Какого черта?
– Тэйт? – Видение, стоявшее в темном углу, одновременно испугало, сбило с толку и обрадовало меня.
Она здесь? В моей комнате?
Тэйт опустила подбородок, но ее взгляд был прикован ко мне. Она не пошевелилась, словно чего-то ждала, и выглядела так, будто ее застали за тем, чего делать нельзя.
– Какого черта ты делаешь у меня в спальне? – спросил я спокойно, скорее не понимая, чем сердясь.
После нашего последнего разговора я был уверен – Тэйт не станет первой искать встречи со мной. Тогда что она задумала, черт возьми?
Тэйт молча сделала шаг вперед, приблизившись ко мне.
– Ну, я подумала о твоем предложении попытаться опять стать друзьями, и решила для начала поздравить тебя с днем рождения.
Хм?
– Значит, ты пробралась ко мне в комнату, чтобы поздравить с днем рождения спустя неделю после дня рождения? – Я ощутил толику удовлетворения, потому что Тэйт вспомнила, но она явно лгала. Не для поздравлений она сюда пришла.
– Взобралась по дереву, как в старые времена, – пояснила Тэйт.
– А твой день рождения завтра. Мне тоже можно пробраться к тебе в спальню? – язвительно поинтересовался я. – Что ты на самом деле тут забыла? – Пристально глядя на нее, подошел так близко, что в животе все вспыхнуло огнем.
Проклятье.Мне опять придется принимать душ. Оказывал ли я такой же эффект на ее тело?
– Я… эмм… – она запнулась. Я был вынужден сдержать улыбку.
Тэйт хотела поиграть? Она понятия не имела, во что ввязывается.
Ей было тяжело смотреть мне в глаза – не могла отвернуться надолго, но и выдержать мой взгляд у нее тоже не получалось.
Наконец, Тэйт глубоко вздохнула, заправила прядь волос за ухо; на ее губах появилась неуверенная полуулыбка.
– Вообще-то, у меня есть кое-что для тебя. – Дистанция между нашими лицами сократилась. – Можешь считать это подарком для нас обоих.
Что за…?
Губы Тэйт буквально растаяли
Иисусе. Что она делает?
Ее упругое тело прильнуло к моему; я закрыл глаза. В пальцах покалывало от неконтролируемого желания коснуться каждого миллиметра ее кожи.
Своими губами она дразнила и очаровывала меня. Медленно, едва заметно двигала бедрами против моих. Игриво скользнула языком по моей верхней губе.
Меня ждала куча проблем и мир, полный боли, если Тэйт остановится. Ее руки обвили мою шею, и я приподнял брови.
Твою мать.Она не остановилась. Наоборот, продолжила.
Боже, спасибо.
Обняв ее, взял контроль на себя, углубил поцелуй, словно другого шанса у меня не будет.
Я забыл обо всем. Почему Тэйт пришла. Почему инициировала все это. Как она поступит, когда мы дойдем до точки невозврата.
Какая к черту разница?
– Господи, Тэйт, – выдохнул я. Голова закружилась, когда она принялась целовать меня в шею. Удовольствие от прикосновений ее губ, языка – словно воплощенная в жизнь мечта.
Это Тэйт, но она была сама на себя не похожа.
Дикая. Целовала, кусала меня так же, как той ночью на кухне. Я почувствовал, как ее бедра прижались к моим.
Тэйт была повсюду. Я не мог вспомнить собственное имя.
Когда ее пальцы скользнули по шрамам у меня на спине, напрягся на мгновение. Ей было известно, что они там есть, но я надеялся, она их не заметит. Я буду готов с самим дьяволом сразиться, если Тэйт сейчас остановится, чтобы задать больше гребанных вопросов.
Жар ее рта, сладость дыхания, словно в ступор меня ввели. Каждый раз, когда ее язык касался моей кожи, я практически рычал.
Тэйт дразняще прошептала мне на ухо:
– Я не собираюсь останавливаться.
На это мое тело буквально завопило: "Уложи ее на кровать!".
Черт, да.
Приподняв Тэйт, отнес ее к кровати. Она обвила мою талию ногами. Невероятное чувство. То, как она сжимала меня в объятиях. Хотела меня.
Я не знал, зачем Тэйт на самом деле пришла сюда; внезапная перемена в ее планах тоже была подозрительна, однако сейчас она не притворялась.
И я сделаю все, чтобы не испортить этот момент.
Уложив Тэйт на кровать, склонился над ней, наслаждаясь видом. Медленно приподнял ее майку до лифчика. Мне нравилось к ней прикасаться. Живот такой гладкий, подтянутый; изгибы талии казались мягкими, но упругими. Я понадеялся, что Тэйт будет часто показывать мне свое восхитительное тело.
– Ты такая красивая. – Я несколько секунд смотрел ей в глаза, прежде чем опустил голову к ее животу и попробовал на вкус разгоряченную кожу.
Губы Тэйт всегда были сладкими, словно фрукт. Зато тело оказалось неистовым, чувственным. В голове возник образ того, как с ее обнаженной груди скатываются капли дождя, пока я занимаюсь с ней любовью на капоте своей машины.